– Привет, малой, – Михаил старался выглядеть спокойно и даже улыбнулся, но улыбка вышла натянутой.
Малым он называл младшего брата с детства. И это закрепилось до сей поры.
– Нам нужно поговорить, – сказал он как-бы извиняясь.
Андрей кивнул, догадываясь, о чём пойдёт речь. Прошло ровно полгода с тех пор, как не стало родителей, но время, казалось, остановилось в этом старом загородном доме.
Они прошли на кухню, где мама всегда пекла их любимые пироги с яблоками из собственного сада. Теперь здесь было непривычно тихо.
За окном ветер гонял по двору пожелтевши листья.
– Я разговаривал с риэлтором, – начал Михаил, присаживаясь за старый дубовый стол. – За дом можно выручить неплохие деньги. Район становится престижным, земля дорожает. Если продадим сейчас, каждому достанется приличная сумма.
Андрей почувствовал, как внутри всё сжалось.
– Ты хочешь продать дом? Дом наших родителей?
– Будь реалистом, Андрей. Что мы будем с ним делать? Я живу в городе, у меня своя квартира, работа. Ты тоже не собираешься здесь жить постоянно. Содержание дома требует денег, нужен ремонт...
– Но это же наш дом, Миша! Здесь каждое дерево посажено папиными руками. Помнишь, как мы построили тот домик на дереве? Как мама учила нас выращивать помидоры в теплице?
Михаил нетерпеливо постучал пальцами по столу.
– Это всего лишь воспоминания, Андрей. Жизнь идёт вперёд. У меня, между прочим, ипотека и дети растут. Деньги от продажи дома пришлись бы очень кстати.
– А мои дети? А наши будущие внуки? Неужели ты хочешь лишить их возможности провести здесь лето, как когда-то мы? Этот дом – наше наследие, часть нашей семейной истории.
– История не накормит наших детей, – резко ответил Михаил. – Я уже начал переговоры с потенциальными покупателями.
Андрей резко встал, опрокинув стул.
– Без моего согласия ты ничего не сможешь продать. Я не подпишу документы.
– Не будь ребёнком! Ты же понимаешь, что это самое разумное решение.
– Разумное? – Андрей горько усмехнулся. –Ты, наверное, забыл, что папа говорил о разумных решениях?
Михаил устало потёр переносицу:
– Помню я, что говорил папа, Андрей. – Папы больше нет. И его философия... она хороша для воскресных разговоров за чаем, но не для реальной жизни.
– Я могу взять дом на себя, – твёрдо сказал Андрей. – Выплачу тебе твою долю постепенно. У меня есть сбережения, возьму кредит если нужно.
– На твою зарплату учителя? Не смеши меня. Ты даже не представляешь, сколько стоит содержание такого дома.
– Представляю. И справлюсь. Я уже разговаривал с банком о возможности кредита.
Михаил встал и подошёл к окну. За стеклом качались ветви старой яблони, и огромный куст вишни, которые они с отцом посадили, когда Андрею было пять лет.
– Ты всегда был таким... идеалистом. Как отец. Но времена изменились, Андрей. Нельзя жить прошлым.
– Я живу не прошлым, – тихо ответил Андрей. – Я думаю о будущем. О том, чтобы наши дети могли приезжать сюда, как когда-то мы. Чтобы здесь по-прежнему пахло маминой выпечкой и папиными яблоками. Чтобы эта яблоня, которую мы посадили с отцом, продолжала расти.
Повисло тяжёлое молчание. Где-то в глубине дома тикали старые часы – подарок дедушки на свадьбу родителей. Михаил снова сел за стол, достал из портфеля какие-то бумаги.
– У меня есть предложение от покупателей. Хорошее предложение. Подумай об этом, Андрей. Серьёзно подумай. Я приеду через неделю.
У двери остановился, словно хотел что-то добавить, но передумал и молча вышел.
Андрей остался один в затихшем доме. Он медленно обвёл взглядом знакомую до мелочей кухню: старые фотографии на стенах, потёртый фартук мамы на крючке, отцовские банки с рассадой на подоконнике. Каждая вещь здесь была частью их семейной истории, каждый уголок хранил свои секреты и воспоминания.
Андрей точно знал одно – он не позволит продать этот дом. Даже если придётся пойти на серьёзные жертвы, даже если придётся влезть в долги. Потому что есть вещи важнее денег – память, корни, наследие. И этот дом был всем этим для их семьи.
Прошла неделя после разговора братьев. Был субботний вечер, когда вся семья собралась в гостиной старого дома. Жена Михаила, Елена, нервно теребила ремешок дорогой сумочки. Светлана, супруга Андрея, сидела рядом с мужем, положив руку ему на плечо. В камине потрескивали поленья – последние, что заготовил отец прошлой осенью.
– Давайте окончательно решим вопрос с домом, – начал Михаил, стоя у камина. – Компания 'СтройИнвест' готова заплатить сумму, превышающую рыночную стоимость.
Андрей резко поднял голову:
– Что значит 'есть предложение'? Ты уже вёл переговоры за моей спиной?
– Я действовал в интересах обеих семей, – Михаил достал из портфеля папку с документами. – Посмотри на цифры, Андрей. Это шанс обеспечить будущее наших детей.
– Будущее? – Андрей горько усмехнулся. – А ты знаешь, что эта твоя компания 'СтройИнвест' планирует построить здесь? Я навёл справки. Они хотят снести дом и построить здесь коттеджный посёлок!
Елена подалась вперёд:
– А что в этом плохого? Современные дома, развитая инфраструктура...
– Плохого? – Светлана впервые вмешалась в разговор. – Здесь же папина пасека, мамин сад! Вы хотите, чтобы всё это просто снесли бульдозером?
– Сентиментальность не кормит детей, – отрезала Елена. – У нас, между прочим, Алёшка в следующем году в школу идёт. Знаете, сколько стоит хорошее образование?
– А наша Машенька? – возразила Светлана. – Она обожает этот дом! Каждые выходные спрашивает, когда мы поедем к бабушкиным яблоням.
Михаил раздражённо махнул рукой:
– Давайте без этих душещипательных историй! Факты таковы: дом требует капитального ремонта. Крыша течёт, фундамент нуждается в укреплении. Это огромные деньги!
– Я же сказал, что возьму все расходы на себя, – твёрдо произнёс Андрей. – У меня есть план. Мы с ребятами из школы можем организовать здесь летний лагерь. Экологическое воспитание, уроки садоводства...
– Очередные фантазии! – перебил Михаил. – Ты всегда витаешь в облаках. А знаешь, сколько нужно разрешений для детского лагеря? Сколько проверок?
– Я всё продумал. У меня есть поддержка директора школы. И...
– Хватит! – Михаил с силой ударил ладонью по столу. – Я уже дал задаток! Покупатели ждут только нашего окончательного решения!
В комнате повисла мёртвая тишина. Андрей медленно встал.
– Ты... что сделал?
– То, что должен был. Я старший брат и...
– Ты не имел права! – Андрей впервые за весь вечер повысил голос. – Это и мой дом тоже! Как ты мог?
– Я действовал разумно! Пока ты строишь воздушные замки, я решаю реальные проблемы!
– Реальные проблемы? – Андрей подошёл к старому серванту и достал потрёпанный фотоальбом. – Вот, смотри! Помнишь этот снимок? Нам с тобой пять и семь лет, мы с папой строим скворечник. А здесь – мамин день рождения, ты помнишь, как мы всей семьёй готовили ей сюрприз?
– Прекрати! – Михаил попытался выхватить альбом, но Андрей отступил.
– Нет, ты посмотри! Вот здесь дедушка учит нас косить траву. А здесь – наш первый улей. Помнишь, как мы боялись пчёл? А папа говорил: 'Не бойтесь, они чувствуют страх. Будьте спокойны, и они признают в вас хозяев'."
– Андрей прав, – тихо сказала Светлана. – Этот дом – не просто стены и крыша. Это наша история.
– История не оплатит счета! – вспылила Елена. – Миша работает как проклятый, чтобы обеспечить семью. А вы предлагаете отказаться от такой суммы ради... чего? Старых фотографий?
– Ради будущего, – твёрдо сказал Андрей. – Ради того, чтобы наши дети знали свои корни. Чтобы помнили, откуда они.
– Задаток я верну, – процедил Михаил. – Но ты должен выкупить мою долю. И немедленно!
– Я найду деньги, – кивнул Андрей. – Но дом останется в семье.
– Месяц, – отрезал Михаил. – У тебя есть месяц. Иначе я подам в суд на принудительную продажу.
Он схватил портфель и направился к выходу. Елена поспешила за ним. У двери Михаил обернулся:
– И не думай, что я делаю это из жадности. Я просто устал жить прошлым. Пора двигаться дальше.
Когда они ушли, Светлана обняла мужа:
– Мы справимся. Я поговорю с родителями, может, они помогут с деньгами. И дача у нас есть – можем продать.
Андрей молча кивнул, глядя на фотографию, где они с братом, совсем ещё мальчишки, улыбаются в камеру, держа в руках банки с первым собранным мёдом. Тогда они были не просто братьями – лучшими друзьями. Что же изменилось? Когда деньги стали важнее памяти?
За окном шумел ветер в кронах яблонь, посаженных отцом. Где-то в глубине сада гудели пчёлы – теперь уже ничьи. Андрей знал, что впереди трудный путь, но он не мог позволить этому месту исчезнуть. Слишком много здесь было вложено любви, труда и памяти.
Продолжение:
Всем спасибо! Оставляйте свои комментарии, ставьте свои реакции!🙏💖