Ссылка на первую часть:
С психиатрией я по-настоящему столкнулся именно в период, описанный в конце предыдущего поста. Влюбленность была мощнейшей, даже изматывающей, и продержалась долго - не пару месяцев, как у многих, а больше года. Мы постоянно что-то придумывали, как-то даже начали рисовать собственный авторский комикс, но это потом заглохло. Однако странности в моей даме сердца я не мог не заметить уже тогда.
В течение нескольких месяцев это был яркий, радостный и буквально лучащийся энергией человек. Проходило время - она превращалась в бледную тень самой себя, унылую, неухоженную и разбитую, способную разве что перемещаться от кровати до туалета и обратно. Путь был пройден долгий, от банального "неужели нельзя просто взять себя в руки?" до попыток как-то расшевелить, заинтересовать. Походы к районным врачам так же не дали результатов - они просто не увидели там никаких отклонений. В конце концов, когда пришло понимание, что это не обычный упадок сил, а что-то явно более серьезное, я полез штудировать специализированную литературу - и мало-помалу картина начала прорисовываться. То, что я видел в тексте и то, что я видел в жизни, отчетливо совпадало и явственно подходило под симптомы биполярки. Но благоверная и слышать не хотела о том, что у нее может быть что-то из большой психиатрии. Так что я взял кредит, оформил для нее абонемент в хорошую платную поликлинику и отправил к местному неврологу. Который с ходу вынес вердикт: "вам не ко мне". В дальнейшем все встало на свои места. Как бы это не было неприятно.
Поэтому, влезая в ипотечную кабалу, я уже не строил воздушных замков и прекрасно осознавал проблемы, с которыми придется столкнуться. Но, знаете, любовь такая любовь.
Все рухнуло в одночасье, причем по причинам, которых я совершенно не ждал. Дело в том, что моя благоверная в последнее время усиленно занималась активистской деятельностью. Началось все с телефона доверия, на который я сам же ее и пристроил, зная ее жгучую потребность быть нужной и приносить пользу людям. Затем начались митинги, в том числе такие, которые обещали серьезные проблемы с властями. Прекратить это удалось, когда уже замаячил реальный срок. И вроде бы отгремело. Но с тех пор остались контакты. "Боевые соратники". И вот, когда кредит под ипотеку был взят, квартира куплена, и все уже шло к переезду, моя благоверная вдруг выдала: "Я не поеду. У меня здесь друзья, я не могу их бросить." Отмечу - с ее стороны это совершенно не означало разрыв. С моей стороны - означало.
На новую квартиру я в итоге приехал один. Ощущение было, как будто вынули из черепа мозг и напихали туда вместо него пакли. Всю мебель прежние хозяева вывезли - остался один диван. Я купил бутылку водки и методично употребил. Затем кухонным ножом полоснул по локтевой вене и прохаживался по квартире, заливая все вокруг кровью и нецензурно выражаясь. Таким образом удалось скинуть часть напряжения, я перебинтовался и лег спать.
Дальнейшие дни проходили будто в каком-то тяжелом, муторном сне. Надо было искать работу, как-то шевелиться, но ни на что абсолютно не было сил, кроме того, чтобы сидеть и смотреть в одну точку. Примерно в эти дни зачем-то позвонил брат. И тут меня прорвало. Я вывалил на него все, и даже больше, чем позволяют приличия вываливать на человека малознакомого, каким он тогда для меня являлся. А он не только выслушал, но и предложил приехать на некоторое время в качестве моральной поддержки. Правда, здесь и у него был личный интерес: как раз в тот момент с его пассией у него возникли некие разногласия, и он решил ее проучить, исчезнув из поля зрения. Через два дня я уже встречал его на вокзале.
Жить в компании действительно стало проще. несмотря на то, что мы были абсолютно разными людьми с абсолютно разными интересами, каким-то образом у нас всегда находились темы для разговоров. Среди прочего, я узнал, что некогда он не только работал в психушке, но и лежал. А вот причина была туманной - говорил, что сам сдался, когда стало "совсем хреново". После выписки прописали гору таблеток, но он их вскоре бросил, потому что чувствовал себя с них очень вялым, а также начал набирать вес. Для него это было смерти подобно. А несколько дней спустя брат выдал первый психоз. Мы просто беседовали на отвлеченные темы, когда я заметил, что он начинает как бы куда-то "уплывать". Взгляд остекленел, а речь замедлилась. Очень скоро он перестал реагировать на мои попытки его как-то растормошить. Мышцы стали твердыми, так, что, когда я попытался его уложить, он остался в той же позе как когда сидел. Выпрямить конечности получилось, но с усилием, к тому же, я боялся ему навредить. При этом и дыхание, и пульс были в норме.
Любой нормальный человек на моем месте вызвал бы скорую. Но! Не ваш покорный слуга. Вместо этого я позвонил девушке-медику, оставшейся из контактов бывшей, описал картину и спросил, что делать. Получил ответ, что, раз вариант со скорой не рассматривается, то нужно просто не трогать. Это сработало. Брат "оттаял" сам по себе через несколько часов. Извинился и почти буднично объяснил: "у меня кататония". Рассказал, что такие состояния у него периодически бывают лет с четырнадцати, и вообще, судя по всему, не испытывал дискомфорта, кроме того, что доставил мне неудобства. Ну, а я, будучи молодым и непрошаренным, тогда еще не знал, что кататония как отдельное заболевание не существует.
На этом закончу вторую часть и в скором времени приступлю к третьей.