План "добрых людей" в действии — до страданий Спасителя остаются считанные часы.
Тайная Вечеря. Христос даёт последние наставления Своим ученикам. Совершается первая Евхаристия Нового Завета.
"...И вот, рука предающего Меня со Мною за столом..." (Лк. 22:21).
Не станем здесь подробно описывать события последней встречи Христа и апостолов — мы это уже делали.
Сосредоточим наше внимание на другой стороне — на тех людях, что затевают страшное злодеяние.
Религиозные лидеры Израиля, те самые "добрые люди", находились в некоторой нерешительности. Они уже давно приняли решение убить Иисуса Назорея, но боялись делать это открыто.
"...но говорили: только не в праздник, чтобы не произошло возмущения в народе" (Мк. 14:2).
Народ — всё дело в народе. Они боялись народа.
А как им не бояться? Христос множество людей исцелил, изгонял бесов, мёртвых воскрешал; тысячи людей ели хлеб из рук Христа и Его учеников. Как поведут себя все эти люди, если старейшины прикажут взять Иисуса?
"...и старались схватить Его, но побоялись народа, потому что Его почитали за Пророка" (Мф. 21:46).
Тут, как говорится, возможны были разные варианты развития событий. Несомненно, что велась и агитация против Христа, как это происходило и ранее.
"Многие из них говорили: Он одержим бесом и безумствует; что слушаете Его?" (Ин. 10:20).
Сейчас могли и переврать, исказить слова Христа о подати римлянам — ведь это вполне в традиции у "добрых людей". Дескать, Он учит платить налоги этим ненавистным римским язычникам, а значит, Он лжемессия и прочее тому подобное.
Но всё же возникает впечатление, что хотят они убрать Иисуса тихо, не при народе, чтобы всё произошло в "тёмном углу", "не в праздник". Так, на всякий случай, чтобы не произошло непредвиденных ситуаций.
Иуда Искариот тут как нельзя кстати оказался со своими услугами.
Но всё пошло не по плану!
Когда мы видим предательство Иуды Искариота, то дело в Гефсиманском саду проходит уже не тихо.
"И, когда ещё говорил Он, вот Иуда, один из двенадцати, пришёл, и с ним множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных" (Мф. 26:47).
Откуда взялось это "множество народа"? То ли пропаганда старейшин сработала, то ли народ сам потихоньку разочаровывается во Христе (Он не поднимает бунт против Рима) — не вполне ясно. Так или иначе, дело принимает широкую огласку. Таково было Божье изволение, чтобы это преступление было явлено пред всем миром.
Первосвященники оказались не готовы к такому исходу. Потом мы увидим это:
"Первосвященники и старейшины и весь синедрион искали лжесвидетельства против Иисуса, чтобы предать Его смерти..." (Мф. 26:59).
Если бы они предполагали, что события пойдут так, то уж точно озаботились бы заранее поиском лжесвидетелей.
А пока Христос предан, схвачен и доставлен на первый суд — к Анне, тестю первосвященника Каиафы.
"...и отвели Его сперва к Анне, ибо он был тесть Каиафы, который был на тот год первосвященником" (Ин. 18:13).
А затем был допрос Каиафы и суд синедриона.
Вообще, этот суд синедриона был незаконным.
Были установлены правила суда синедриона:
- Синедрион собирался днём.
- Приговор выносился на следующий день.
- Заседания не проводились в праздник или накануне праздника.
Но "добрые люди" на то и "добрые", что "ради доброго дела" могли нарушить все свои же правила!
Ну так для "доброго" же дела!
Ночью, накануне праздника — и тут же смертный приговор!
Здесь дело важное, срочно надо приготовить к смерти Праведника, надо торопиться! Это вам не исцеление восемнадцать лет страдающей женщины в день субботний (Лк. 13:10-17) — могла бы и ещё подождать. Короче, "приходите завтра", а тут дело не требует отлагательств.
"Добрые люди"...
Кстати, а за что они Христа Спасителя к смерти приговорили?
"Но Он молчал и не отвечал ничего. Опять первосвященник спросил Его и сказал Ему: Ты ли Христос, Сын Благословенного? Иисус сказал: Я; и вы узрите Сына Человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных" (Мк. 14:61-62).
Вы здесь находите что-либо такое в словах Иисуса, за что Его можно было бы убить?
А вот первосвященник (между прочим, Богом поставленный человек) видит:
"Тогда первосвященник, разодрав одежды свои, сказал: на что ещё нам свидетелей? Вы слышали богохульство; как вам кажется? Они же все признали Его повинным смерти" (Мк. 14:63-64).
Дорогой читатель, скажи, пожалуйста, а в чём они здесь видят богохульство?
Богохульством евреи могли признать что-то из этих двух вариантов:
- Произнесение имени Бога (יְהוָה, Яхве) всуе, например, с проклятием или кощунством.
- Притязание на Божественный статус — утверждение, что человек равен Богу или обладает Его властью.
Что из этого нарушил Иисус? Может, мы что-то не видим в Его ответе?
Первосвященник, кстати, не должен был раздирать свои одежды никогда, но сделал это.
Когда Христа схватили в Гефсиманском саду, Он сказал такие слова:
"Каждый день бывал Я с вами в храме, и вы не поднимали на Меня рук, но теперь — ваше время и власть тьмы" (Лк. 22:53).
Вот она, тьма в действии. В нарушении всех правил, всех законов эта тьма приговаривает Свет к смерти.
Того, Кто только дарил добро людям, Того, Кто спасал грешников, исцелял тела и души, воскрешал к жизни разбитые жизни, — смерть Ему!
Хотя, может, они и не считали, что от Него только добро исходит. Могли посчитать, что Он бесчинствует, обличая их во грехах. Старших-то надо уважать, а Он им их грехи показывает. Это всё вольнодумство надо немедленно прекратить!
"Толпою устремляются они на душу праведника и осуждают кровь неповинную" (Пс. 93:21).
"Князья его посреди него — рыкающие львы, судьи его — вечерние волки, не оставляющие до утра ни одной кости" (Соф. 3:3).
А ведь все они, эти "добрые люди", читали эти и подобные тексты Писания. И других учили этому.
Как же велик подвиг Христа, что Он добровольно пошёл на это судилище!
Но и этого мало — впереди ещё два суда и исполнение приговора...
Продолжение следует...
P.S. Все совпадения с современными персонами считать случайными.
P.P.S. А может быть, и не случайными.