На окраине города, у заброшенного склада, была свалка. Та самая, куда выбрасывали всё: от сломанных диванов до чужого стыда. Там жил он — Фёдор Семёныч. Люди называли его просто: “Бомж”. Кто-то с жалостью. Кто-то с отвращением. А он… просто был.
Собирал бутылки, чинил старые лампы, кормил бездомных котов.
Когда-то у него была жизнь. Семья. Работа. Потом — тюрьма, одиночество.
Осталась только свалка. Однажды утром он услышал писк.
Сначала подумал — котёнок. Но звук был тоньше. Настойчивее.
Он отодвинул коробку из-под телевизора и застыл. Там лежал младенец.
Голый. Завёрнутый в простыню. С синими губами от холода. Фёдор не думал. Поднял. Прижал к груди. Пошёл. Он знал, что если сейчас начнёт искать “правильно”, будет поздно.
Просто шёл — через весь город, к старой аптеке, где работала знакомая. Она помогла. Мальчика положили в больницу. Фёдора допросили. Он всё рассказал.
— Я не знаю, кто его мать. Но раз уж мне он попался — значит, не зря. Мальчика назвали Илья Фёдоров — по имени чело