Эту фразу вы можете услышать от клиента с самого начала терапии.
Она звучит просто. Даже буднично.
Но если вслушаться — за ней стоит нечто гораздо большее, чем трудность в формулировке желаний. Это не про характер. Не про застенчивость. И не про низкую самооценку.
Это — про структуру выживания. Ребёнок не может выжить без привязанности.
Фигура взрослого — это его весь мир.
Это безопасность, тепло, защита, утешение. Но что происходит, если любовь становится условной?
Если близость даётся не просто так, а только в обмен на «удобство»? – Не плачь — мне тяжело.
– Не злись — так себя хорошие дети не ведут.
– Не мешай — мне и так плохо.
– Не отвлекай — займись чем-нибудь полезным. Тогда ребёнок делает единственный возможный выбор:
отказаться от себя, чтобы не потерять связь.
⠀
Он учится быть удобным.
Он соглашается, даже если не согласен.
Он заботится, даже когда сам в отчаянии.
Он молчит, даже если больно. Так внутри него формируется базовый договор с миром:
«Я хороший, если