«Ты никто, если у тебя нет трудного характера». Бэт Дэвис
Его Чернейшеству 14 апреля стукнет восемьдесят лет. Культовый на бывшей одной шестой части суши гитарист, к счастью, пока ещё в строю, хотя и страдает недугами, как и многие в его возрасте. С полтора года назад у Ричи Блэкмора был серьёзный сердечный приступ, после которого ему поставили шесть стентов, ещё у него подагра и кое-какие проблемы с артритом. И, конечно, его спина в течение многих лет периодически даёт о себе знать. Так что музыканту становится всё сложнее выходить на сцену. Однако, в паре с супругой Кэндис Найт у него в ближайшие дни запланированы шесть концертов на Восточном побережье США, и нет никаких сомнений об участии в них «Чёрного гения».
Конечно, в последние годы на сцене Ричи чаще увидишь с мандолиной, лютней и разнообразными акустическими гитарами, чем с «Fender Stratocaster». Только, даже если он совсем отречётся от своего рок-н-ролльного прошлого, его будут почитать прежде всего как гитариста Deep Purple и Rainbow, внёсшего сумятицу в умы современников и поколения последователей. Именно джемы первых, когда искусно смешивались в яркие незабываемые полотна гитарные риффы, соло и звуки органа, и коктейль из элементов барокко и харда вторых для многих по сей день служат своеобразным эталоном настоящего хард-рока.
Кто из начинающих гитаристов не пытался сыграть рифф из «Smoke On The Water»?! И чаще неверно, ибо правильно – квартами и пальцами. А один из этапов роста профессионализма – обязательно изобразить по возможности точь-в-точь то самое знаменитое соло из «Highway Star». Это же настоящая хрестоматия гитарных скиллов! В нём есть практически всё, кроме, разве что столь узнаваемых «блэкморовских» стаккато на 16-х нотах. И большие трудности здесь представляют даже не восьмые триоли на первой струне и гаммовые пассажи с бэндами, а точное соответствие в простых фразах, где он нередко подтягивал звучание на одну восьмую тона.
Помимо фамильных стоккато, почерпнутых, безусловно, из классической музыки, заметна и его склонность к «экзотическим» гаммам – в частности к хроматическим. И именно Блэкмор в 70-х годах стал пионером в использовании гармонической минорной гаммы, фактически заложив основу для неоклассического металла. Это после него в 80-е продолжит и разовьёт Ингви Мальмстин. Только вот, последний – в большей степени шреддер, а Блэкмора, несмотря на его скоростную игру, таковым назвать язык не поднимается. Как он сам говорил:
«Люди слушают музыку. Неопытные музыканты всегда хотят лишь играть как можно быстрее. Наверное, это здорово – уметь быстро играть. Однако все это будет бессмысленно, пока не научишься выражать свои эмоции на медленной скорости… Слушать техничную игру очень интересно, но через десять минут мне начинает хотеться услышать простые мелодии. Зрители не желают, чтобы их головы постоянно атаковала техника. Им нужна душа, им нужно сердце».
Тем ни менее, для исповедующих шреддинг Блэкмор по сей день – настоящая икона. А, уж, в 70-е – и подавно. «Ричи ещё тогда был источником тайны и восхищения – никто не мог так играть в те дни», – заметил гитарист Queen Брайан Мэй. «Дело не только в скорости – были и другие люди, которые могли играть быстро... но они не Ричи Блэкмор». В своих соло Ричи сочетал блюзовую пентатонику и фразировку с доминирующими минорными гаммами и идеями европейской классической музыки. Так что утверждение, что Блэкмору чужд блюз – в корне не верно. И классический пример тому – двенадцатитактовый блюз «Lazy». А если вы послушаете запись джем-сессии Ричи с группой Джеки Линтона в лондонском клубе «Kings Head» от 10 марта 1987 года, то убедитесь, что он – прекрасный блюзовый гитарист.
К слову, сама песня «Lazy» взяла немало из композиции Cream «Steppin' Out».
И надо отдать должное музыканту: он, не стесняясь, откровенно об этом рассказывал, а также о том, что нередко заимствовал у других – Джими Хендрикса, Эдгара Уинтера, того же Эрика Клэптона, а кроме них – И.С. Баха, Моцарта и много кого ещё. Огромный резонанс вызвала его реплика, что девяносто процентов современной музыки своровано у других (именно так он дословно и заявил, хотя, на мой взгляд, точнее было бы – вдохновлено и переработано – прим.).
Его природа всегда был чужда компромиссам, хотя по факту Ричи нередко именно им и следовал, что позже компенсировалось эксцентрикой и скандальными выходками. В Блэкморе поразительным образом сочетается мизантропия и хорошо развитое чувство юмора. Примером для подражания музыканту служил комедийный телесериал «Монти Пайтон». Но его попытки перенести подобные скэтчи в реальную жизнь чаще всего вызывали негативную реакцию со стороны жертв розыгрышей. А мишенями обычно служили коллеги по группам, и не все из них были довольны таким пранкам.
Как он сам признавался: «Я всегда хотел делать что-либо, выходящее за рамки общепринятого… Если я делаю что-то, от чего я не в восторге, или кто-то другой делает глупости, это выводит меня из себя… Если я кому-нибудь не нравлюсь, то это те люди, которым я и не хочу нравиться». Таков, уж, он – «Человек в чёрном», да мы его и любим, и принимаем таким, какой он есть.
В середине 70-х Ричи Блэкмор брал уроки игры на виолончели у Хью Макдауэлла из Electric Light Orchestra. Игра на виолончели помогла ему в сочинительстве – в частности, именно так родился рифф к песне Rainbow «Gates Of Babylon», который Ричи, по его словам, никогда не смог бы сочинить на гитаре.
Но помимо гитары и виолончели Блэкмор искусно играет на мандолине, лютне, колёсной лире и домре, что он блистательно демонстрирует в Blackmore's Night. Именно с этим коллективом он с конца 90-х, наконец-то, смог поиграть для своей аудитории средневековую музыку (его давнее увлечение) и посочинять песни в этом духе.
В 2016 году Ричи Блэкмор был введён в «Зал славы рок-н-ролла» именно как участник группы Deep Purple. При этом сам гитарист не принимал участия в торжественной церемонии по этому поводу. Своим любимым альбомом в Deep Purple Блэкмор считает «Machine Head», немного отстают от него в его личных рейтингах «In Rock» и «Burn». А вот «Fireball» Ричи не жалует, да и «Who Do We Think We Are» ему не нравился ещё в момент его создания.
Как вы думаете, была бы хоть на сотую долю у Deep Purple такая популярность, если бы в ней не играл Ричи Блэкмор? Уж, в нашей стране – однозначно нет. Во многом благодаря ему «Пёплы» у нас получили столь большое поклонение, которое можно характеризовать как мания – «пёпломания».
Помню, когда в конце 80-х появились видеосалоны, одним из главных фаворитов там было «Live in California» с выступлением Deep Purple на Калифорнийском фестивале в апреле 1974 года, на котором Блэкмор устроил пожар на сцене и разбил телекамеру. И даже сегодня в любом составленном списке гитаристов, гитарных риффов или соло вы обнаружите комментарии типа «Никто, кроме Блэкмора, не может находиться на первом месте». Сам же гитарист скромно говорил, что первый – Джефф Бек, а он сам лишь второй:
«Мне нравится Джефф Бек. Он мой любимый гитарист. Есть много гитаристов, которых не замечают. Когда ты сам гитарист, то, как правило, серьёзным образом погружаешься в то, чем занимаешься. Майк Блумфилд по-настоящему хорош. Стив Хау всегда был очень хорошим гитаристом».
По иронии судьбы, когда его спросили, есть ли среди американских гитаристов достойные упоминания, Блэкмор назвал Томми Болина, который в итоге на какое-то время заменил его в Deep Purple.
Давайте эскизно пробежимся по его творческому пути с самого начала до его появления в Deep Purple
Уроженец приморского городка Уэстон-сьюпер-Мэре, графство Сомерсет, Ричард Хью Блэкмор переехал с семьёй в Хестон, Мидлсекс, когда мальчику было два года. От хестонской школы у него остались только негативные воспоминания. Сегодня Ричи не жалеет крепких слов, вспоминая свои школьные годы. Учителей он называет ублюдками, утверждая, что «кое-кто из них был попросту умалишенным». Единственное исключение – учитель музыки, который творчески подходил к проведению занятий и пользовался уважением среди учащейся братии. Блэкмор признаёт, что он был проблемным учеником. Несмотря на высокий интеллектуальный потенциал и живой ум, учился он крайне неохотно. По словам Блэкмора, не проходило и недели, чтоб ему не грозило исключение из школы.
Он ожидаемо провалил свой экзамен, который давал право перейти в старшие классы английской средней школы, и автоматически стал изгоем. Отдушиной от постылой учёбы для мальчика поначалу стал спорт: он проявлял недюжинные способности в плавании, метании диска и копья, не раз побеждая на различных соревнованиях. Но приоритеты изменились, когда приятель притащил в школу гитару. Этот день стал переломным в жизни 11-летнего Блэкмора. Он был просто околдован её внешним видом. Как он вспоминал: «Это был такой красивый инструмент и к нему было просто приятно прикасаться. Я хотел быть похожим на Томми Стила, который прыгал и играл. Я думал, это и есть жизнь». Ричи пришла в голову мысль, что научившись на ней играть, он докажет что он чего-то стоит, а не просто идиот какой-нибудь.
Вскоре после этого Блэкмор-старший за 8 гиней купил сыну акустическую гитару «Framus», дав шутливое мотивационное напутствие: «Если ты не научишься играть на этой штуке, я разобью её о твою голову». Отец же был первым, кто показал как на ней играть. Почти год Ричи ходил на занятия, обучаясь игре на классической гитаре. То, что он сразу приобретал правильные навыки владения инструментом, дало Блэкмору очень много в плане техники. «Я научился ставить каждый палец на отдельный лад и правильно держать медиатор». Ричи также считает, что эти уроки помогли ему и в умении сочинять музыку, а также привили любовь к классике.
Но не меньше уроков дали Блэкмору просмотры телепередач и прослушивание грампластинок. Он старался не пропускать телепрограмму «Six Five Special», где часто выступали именитые рок-н-ролльщики. После просмотра подобных передач отрока посещали крамольные мысли: «И зачем я учу эти гаммы? Вон Томми Стил просто выходит на сцену и развлекается вовсю! И я хочу так делать». Он запоем слушал партии Скотти Мура, Джеймса Бёртона, Джимми Браянта, Стиви Уэста. Ритчи старался копировать этих гитаристов, повторяя их «ходы».
Отец принимал активнейшее участие в становлении Ричи как гитариста. Если у сына возникали какие-то проблемы, он садился и показывал, как их можно решить. Он ставил записи Леса Пола, Джанго Рэйнхардта и других музыкантов, которые, по его мнению, играли нестандартно и интересно. То, что подросток не зацикливался только на рок-н-ролльщиках, сыграло свою роль в формировании особого «блэкморовского» стиля.
Свою квалификацию юный музыкант повышал на занятиях у «Большого» Джима Салливана. Джим был членом группы Marty Wilde and The Wild Cats и параллельно подрабатывал, давая платные уроки гитарного мастерства (по 50 пенсов за одно занятие). Как вспоминал Ричи: «Он играл на гитаре всего несколько лет, но сразу же стал едва ли не лучшим гитаристом Англии. Я усердно занимался с гитарой и думал, что здорово играю, пока не услышал его. Я даже толком не мог понять, что он делает на самом деле. Джим научил меня многим приёмам. Когда ты находишься рядом с действительно хорошим музыкантом, это спасает тебя от многих ошибок и неправильных ходов».
Салливан вспоминал, что поначалу Ричи слепо копировал партии других гитаристов, снимая их «один в один» с пластинок: «Я сказал ему, что в игре должен быть собственный стиль». Поднаторев в искусстве обращения с гитарой, в 1958 году Блэкмор с однокашниками создали группу 21's Coffee Bar Junior Skiffle Group. Тринадцатилетний Ричи поначалу играл в ней на стиральной доске, а потом на ящике из-под чая с воткнутым в него шестом – традиционных для скиффл-групп инструментах.
И лишь позже Блэкмор переключился на электрогитару. Её он изготовил самостоятельно на уроках физики и труда, использовав свою черную «Framus»: звукосниматель он прикрутил к деке, а из старого радиоприемника сконструировал колонку и усилитель. Репетиции проходили в школе. В том же 1960-м Блэкмор впервые попал на рок-концерт. Это было выступление его любимой группы Nero And The Gladiators, проходившее и «Southhall Community Centre».
Их репертуар состоял из классических рок-н-роллов, но они исполнили и рок-обработку известной темы Эдварда Грига «In The Hall Of The Mountain King». Узнав о вакансии гитариста, Блэкмор предложил свои услуги, но «Гладиаторы» взяли Тони Харви. Но Ричи не расстроился: «Это был великолепный, изумительный гитарист. Когда мне хочется «пошоуменствовать» на сцене, моим вдохновителем является именно он. На Харви мне всегда нравилось смотреть. То, как он двигался, его образ мышления».
В 1960 году Ричи покинул школу, и, после непродолжительной работы на фабрике при помощи отца устроился радиомехаником в аэропорту Хитроу. В обязанности Блэкмора входило обслуживание авиационных радиоприёмников. За заработанные 22 фунта Ричи приобрёл гитару «Hofner Club 50», и, на некоторое время «засветившись» в Deflonics, собрал собственную группу – Dominators. Барабанщиком Ричи взял школьного приятеля Мика Андервуда, поскольку у того была настоящая ударная установка.
Вскоре двое друзей перешли в группу The Satellites, где Блэкмор играл на ритм-гитаре. Группа бралась за любую работу: вечеринки, свадьбы. Их репертуар состоял из каверов, среди которых было несколько инструменталок популярных тогда The Shadows. Соло-гитаристом был Роджер Мингей. Как вспоминал Ричи: «Мингей сильно повлиял на меня. Я готов был играть всё, что угодно, лишь бы удержаться в этой группе».
В мае 1961 года стало известно, что объявлен конкурс на замещение вакантной должности гитариста группы «Кричащего Лорда» Дэвида Сатча The Savages. Группа была очень популярной. В разное время с Сатчем будут играть Джефф Бек, Джимми Пэйдж и Ники Хопкинс, так что выступать в таком бэнде было делом престижным. И Мингей, и Блэкмор решили попытать счастья. Но, несмотря на то, что Ричи хорошо проявил себя, в группу взяли более опытного Мингея.
После этого Блэкмор по апрель 1962 года играл в группе Mike Dee & The Jaywalkers. В это время на заработанные деньги он купил себе новый усилитель «Watkins Dominator», но тот вскоре сломался. В магазине его заменили, но следующий усилитель постигла та же участь, и так повторялось 4 раза. Тогда у продавцов кончилось терпение, и они попросили его показать, что он с ними делает. Ричи подключил гитару к усилителю и начал играть. Через пару мгновений и этот усилитель сгорел. Тогда ему дали новый усилитель и сказали убираться. Шестой усилок, к счастью, не подвёл. Помимо него Ричи за 135 фунтов стерлингов обзавёлся и первым по-настоящему серьезным инструментом – гитарой «Gibson Е-335». Он зашёл в музыкальный магазин, принадлежавший Джиму Маршаллу, с намерением приобрести гитару «Gretsch Jet Firebird», но будущий создатель усилителей «Marshall» убедил Ричи купить «Gibson». Блэкмор будет играть на ней на протяжении всех оставшихся 60-х годов вплоть до новаторского альбома Deep Purple «In Rock» 1970 года.
Mike Dee & The Jaywalkers часто выступали в «Общественном центре Саутхолла». Несколько раз на их концертах был будущий бас-гитарист «Пёплов» Ник Симпер. Как тот вспоминал: «Все обращали внимание на Ричи, потому что он очень быстро играл, невероятно быстро». Именно с этой группой Блэкмор впервые записался на пластинку. Однако, сингл с песней «Му Blue Heaven» фирма «Decca» так и не решилась выпустить.
После того, как из «Дикарей» Дэвида Сатча ушёл гитарист Берни Уотсон, Сатч организовал очередное прослушивание. И на этот раз Ричи был принят в состав Screaming Lord Sutch & The Savages. Интересный факт: среди других претендентов был и Пит Таунсенд – будущий лидер The Who. Но Ричи ещё нужно было выполнить контрактные обязательства перед Mike Dee & The Jaywalkers. Под названием The Condors эта группа с 21 апреля по 13 мая 1962 года сопровождала в гастролях Джонни Бернетта, Джина Макдениелса и Us Bonds.
В «Дикарях» всем музыкантам «Лорд» Сатч присваивал сценические имена, и Блэкмор стал «Колокольчиком» (Bluebell). Сатч каждое выступление превращал в незабываемое шоу и в эту вакханалию вовлекал музыкантов группы. Ричи поначалу старался пристроиться незаметно на краю сцены, но не тут-то было! Дэвид хватал за гриф гитары и вытягивал его на середину. Он учил Блэкмора: «Просто выходи на сцену и начинай бегать туда-сюда». «Я возражал, чувствуя себя идиотом. Но, в конце концов, получилось так, что я ношусь по сцене в костюме Тарзана и осознаю: «Невероятно! Публика на это ведётся»».
Музыканты настолько интенсивно гастролировали, что у Сатча даже не нашлось времени зайти в студию. Так что этот состав «Дикарей» не оставил после себя ни одной записи. Зато Блэкмор получил бесценный опыт поведения на сцене. Полгода работы с Сатчем дали Ричи, наверное, больше, чем вся его предыдущая карьера. «Я многому научился у него в плане шоуменства», – вспоминал позже Блэкмор. Да и он сам, по свидетельствам, тоже был неподражаем, выдавая эти свои изумительные «запилы», от которых у публики перехватывало дыхание.
Однако это не спасло Ричи от увольнения, так как с его слов «он был недостаточно хорош, а у Дэвида было несколько классных соло-гитаристов». Правда, уже через пару недель Сатч попросил его вернуться, но тут уже Блэкмор отказался. К этому времени у него появилась работа, которую ему предложил сам Джо Мик – первый независимый рок-продюсер Англии. У Джо была собственная фирма грамзаписи, «Triumph Records», и он работал со многими исполнителями. В то время Мик как раз искал новых музыкантов для группы The Outlaws. В новом составе уже играли ритм-гитарист Кен Лундгрен и бас-гитарист Чес Ходжес, а место за ударной установкой занял Мик Андервуд. Он то и предложил Джо Мику кандидатуру Блэкмора.
Кроме каверов, The Outlaws записывали и музыку в ковбойском кантри-стиле авторства Джо Мика (иногда на дисках значился его псевдоним Роберт Дюк). А музыканты на некоторых пластинках обозначались как The Rally Rounders или же Sex Shouters. «Если б вы включили радио, то заметили бы, что из десяти хитов – шесть были в исполнении The Outlaws. Я узнавал свою гитару, даже не догадываясь, кто поёт. Как правило, мы записывали инструментальную подкладку, а вокал накладывался позже», – вспоминал Ричи.
Студийная работа очень много дала Блэкмору: «Она делает тебя более дисциплинированным. Ты не можешь себе позволить просто «лабать». Каждая нота должна быть выверена. Когда ты записываешься и недостаточно чисто играешь, получается какое-то месиво. Ты можешь думать, что звучишь на сцене просто сказочно, но когда слушаешь, что получилось на записи – в большинстве случаев это воспринимается как катастрофа. Если ты можешь хорошо играть в студии, то сможешь хорошо играть и на концерте».
Всего «Преступники» с Блэкмором выпустили 4 сингла. Сорокапятка 1963 года с песней «Law And Order» тоже была популярной. Эта композиция звучала и в фильме «Live It Up», вышедшим на экраны перед Рождеством 1963 года.
The Outlaws не были простой аккомпанирующей группой: они выступали с самостоятельными концертами, исполняя как вестерн-композиции Мика, так и традиционные рок-н-роллы. Но делали это по-особому. «Хотя это были 1962-1963 годы, The Outlaws играли тяжелый рок, типа Johnny Kidd and The Pirates, – жёсткий, основательный рок на базе ритм-энд-блюза», – вспоминает Блэкмор. – «Это потом появились The Beatles и все эти гармонии. Но тогда этот тяжелый рок-н-ролл, «искажённые» гитарные соло были немодными и пришлись не по вкусу ценителям гармонических голосов. Все изменится только через 4 года, когда появились Хендрикс и Cream».
Знаменитый диск-жокей Джон Пил назвал композицию «Keep A Knockin’», выпущенную на сингле в апреле 1964 года, первой хэви-метал-песней. Обращает на себя внимание и «Shake With Ме» со второй стороны этого сингла. Ричи вспоминал: «Джо Мик сказал мне: «Сыграй дикое соло, не думай о нотах, пусть даже будет много искажений – это произведет необычный эффект». «Хорошо», – и я всё сделал именно таким образом. Особой техники там нет – всё сыграно спонтанно. И я был очень доволен результатом». В 1967 году Джефф Бек скажет Блэкмору, что эту композицию очень любит Джими Хендрикс, чему Ричи будет несказанно рад.
Иногда The Outlaws приходилось выступать в сборных концертах вместе с оркестрами. Ричи несколько раз в перерывах закрывал оркестрантов в раздевалке, а сам спускался в оркестровую яму и менял ноты на пюпитрах. Со временем, поведение группы во время турне начало вызывать проблемы не только с другими музыкантами, но и с промоутерами. Не удивительно, что администрация концертного комплекса «ABC Blackpool» запретил им выступать, обвинив в «хулиганстве». Были отказы предоставлять сценические площадки и в других городах.
В 1963 году Ричи бросил работу радиомеханика: ему надоело совмещать карьеру музыканта с постоянными поездками в аэропорт. Тем более, все чаще приходилось уезжать из Лондона. Группе удалось стать аккомпанирующим коллективом американской звезды рок-н-ролла – Джина Винсента. Ребята сопровождали его во время двух туров: Англия, Германия, Франция. Попав в Германию, Блэкмор был очарован этой страной и пронёс через всю свою жизнь любовь к ней.
В профессиональном плане The Outlaws полностью устраивали Винсента. Но ребята явно не прочувствовали ситуацию, и когда их объектом для шуток стал сам певец, стало ясно, что скандал неизбежен. Как-то Ричи сотоварищи вынесли из его номера всю мебель, вместо стола поставили ящик, накрыли его листом фанеры со следами от окурков, а на стену повесили старое треснутое зеркало. После этого от услуг группы Джин отказался. Более успешным оказалось сотрудничество с еще одним молодёжным идолом – певцом и пианистом Джерри Ли Льюисом.
Несмотря на то, что Джерри Ли в то время обладал ужасной репутацией за жестокое обращение с музыкантами и даже носил прозвище «Убийца», The Outlaws, и особенно Ричи, ему очень понравились. Интересно, что группа практически не репетировала. Льюис встретился с музыкантами прямо в день первого выступления и начал играть свои песни на пианино, ожидая, что парни сразу же будут готовы ему подыгрывать.
The Outlaws показали себя как настоящие профессионалы, а Блэкмор удивил легендарного рокера тем, что смог одновременно пожать ему руку, продолжая солировать. Ричи, предупрежденный о том, что Джерри бьёт по лицу всех музыкантов, которые ему не нравятся, ожидал получить удар, а вместо этого услышал: «Очень хорошо, мальчик. Продолжай!». Льюис был так впечатлён талантом молодого Блэкмора, что даже предложил ему поехать с собой в Америку и работать его личным гитаристом. Однако Ричи отказался.
Одним из протеже Джо Мика был немецкий певец Хайнц Бёртон. Он приметил этого бас-гитариста малоизвестной саутгемптонской группы The Tornados и пригласил его в Лондон. Когда Джо начал раскручивать сольную карьеру немца, The Outlaws не раз аккомпанировали Хайнцу. Но Мик решил, что Бёртону нужна постоянная группа.
В апреле 1964 года Ричи уходит из The Outlaws и становится гитаристом Heinz and The Wild Ones, позже в августе они слегка изменят своё название на Heinz with The Wild Boys. На барабанах здесь играл бывший участник популярных Rory Storm and The Hurricanes – Иен Броуд. Он станет близким другом Блэкмора на долгие годы, а в 70-80-х годах будет его роуди.
Дебют «Диких парней» состоялся 10 мая 1964 года в лондонском «Beat City Club». Летом группа вместе с комиком Артуром Эски уехала на работу в валлийский приморский городок Рил, а позже гастролировали по Скандинавии с Билли Джей Крамером и певицей Лулу.
Стоит отметить, что в группе Ричи не только играл на гитаре, но и выполнял функции музыкального директора. Порой музыканты репетировали прямо у него дома. Брайан Вудс позднее вспоминал, что в спальне у гитариста «повсюду были диктофоны, вся комната была в проводах… Он был очень изобретательным гитаристом, и фанатиком Леса Пола».
Нельзя сказать, что Ричи устраивало положение простого аккомпанирующего музыканта. Будучи юношей честолюбивым, он, конечно же, мечтал о собственной карьере. И первый шаг в этом направлении Блэкмор сделал в 1964 году. Соратниками Ричи по трио стали блюзовый музыкант Джеки Линтон и американский певец Ким Фоули, который неплохо «косил» под Пи Джей Проби. Джека Блэкмор впервые увидел ещё в 1960-м, а спустя год познакомился с ним. Трио записало демо, которое Ким отдал Линтону. Но тот умудрился забыть его в поезде, на чём затея с созданием группы и закончилась.
Блэкмор стремился изменить ход вещей не только из честолюбия – Ричи банально не хватало денег. Он пробовал пристроиться к какой-нибудь другой группе, но талант соло-гитариста остался невостребованным. Юному виртуозу давали от ворот поворот. Он вспоминал: «В большинстве групп играли достаточно посредственные гитаристы. Найти исполнителя моего класса среди всех этих ансамблей было нелегко. Дела обстояли так: «Ты можешь петь и брать аккорды на гитаре?» – «Нет. Но я играю хорошие соло». А они тебе отвечают: «Да нет, мы ищем того, кто умеет петь»».
Ричи был высокого мнения о себе, как гитаристе, пока друзья не затащили его в некий бар: «Я увидел там этого невероятного парня и понял: «Боже мой! Вот оно – каждый гитарист должен играть так же хорошо. Это был Алберт Ли, и он был просто феноменален. Мне казалось, что я не смогу с ним сравниться, Алберт был чересчур хорош…» Среди других потенциальных конкурентов Блэкмор выделял Джеффа Бека, которого впервые увидел в 1964 году, Ричарда Хардина и Джимми Пэйджа. Отдавая дань мастерству этих музыкантов, Ричи, обуреваемый духом соперничества, ещё больше трудился, выковывая свой неповторимый гитарный стиль.
В начале 1965 года Блэкмор был принят в группу певца Нила Крисчена The Crusaders, в которой прежде играл тот же Джимми Пейдж, но ни концертов, ни записей не последовало. Поэтому гитарист возобновил сотрудничество с The Outlaws. Он записался в песне «Only For You» (сторона «В» сингла), а также для сорокапятки с инструменталками «Satan’s Holiday», построенной на мелодии Грига с включением цитаты из «Лебединого озера» Чайковского, и «Earthquake». Для релиза этого сингла на американском рынке группу переименовали в The Lancasters, а среди соавторов композиций значился и Блэкмор.
Помимо этого, гитарист поучаствовал в записях синглов для Чеда Карсона, Дэви Кэя, Джесса Конрада, Берра Бейли, Сайласа Дули «Джуниора», Хьюстона Уэллса и Майкла Кокса.
В феврале была записана и первая сольная работа Ричи – сорокапятка с инструментальными композициями «Getaway» и «Little Brown Jug». Её продюсером был Дерек Лоуренс, работавший звукоинженером у Джо Мика. Помогли Блэкмору записать этот сингл Мик Андервуд, Чес Ходжес на басу, пианист Ники Хопкинс и саксофонист Рег Прайс.
В марте Блэкмор опять присоединился к группе Лорда Сатча The Savages, и в мае 1965 года ребята сопровождали уже знакомого Блэкмору Джерри Ли Льюиса в европейском туре. После окончания гастролей Ричи остался в Германии, где изредка перебивался студийной работой. И лишь в декабре 1965 года вместе с бывшими «дикарями» басистом Эрвидом «Веггом» Андерсеном и барабанщиком Джимом Эвансом он в Гамбурге создал группу The Three Musketeers. «Мушкетеры» играли скоростные роковые обработки классики, джаза и кантри, «стандарты» и очень гордились тем, что один в один копировали репертуар гитариста Джо Проктера, сильно опередив своё время. У барабанщика уже тогда была установка с двойной бас-бочкой. А сам Блэкмор в то время проходил период увлечения шреддингом. В довершение всего, музыканты выходили на сцену в костюмах мушкетеров и даже фехтовали друг с другом.
Как жаль, что не сохранилось записей. У трио было мало предложений от владельцев клубов. «В Германии в первую очередь требовалось, чтоб под музыку люди могли танцевать, а под нашу у них не получалось это делать», – вспоминает Ричи. Группа дала не более 8 концертов, а самым значительным из них стало выступление в знаменитом гамбургском «Star Club». Но после того, как Блэкмор повздорил с администратором клуба, тот разорвал контракт и указал музыкантам на дверь.
Ричи вспоминает, что для него это было самое счастливое время, потому что он играл в группе с близкими друзьями, исполнял на сто процентов «честную» музыку и носил костюмы времён 17-го века – неудивительно, что в 1997 году альбом «Shadow Of The Moon» он посвятил, в том числе, и этому старому немецкому проекту. А в 2018-м, когда не стало Эванса, Блэкмор написал инструментальную композицию в память о своих друзьях и о своей любимой рок-группе, символично назвав её по-немецки «Der letzte Musketier» (Последний Мушкетёр).
В апреле 1966-го вместе с соратниками-мушкетерами Блэкмор снова влился в состав уже знакомых ему The Crusaders. Но после гастролей по Англии и Европе, в сентябре 1966 года, фронтмен решил продолжать выступления без группы, и Блэкмор остался не у дел. Только в октябре подвернулся случай немного подзаработать. Знакомый Блэкмора, пианист Билли Грэй, пригласил его поехать в Италию. Билли, Ритчи, «Вегг» и Иен Броуд в составе группы The Trip отправились на Апеннины, сопровождая на гастролях певца Рики Майоччи. Там они выступали под вывеской Maiocchi & The Trip. Но вскоре музыканты решили продолжить выступления самостоятельно и без вокалиста полтора месяца гастролировали по Италии, играя психоделию, которую критики называли «импрессионистской музыкой». На родину они возвратились в декабре 1966 года. «Блэкмор играл, как целый оркестр», – вспоминал один из зрителей, посещавших те концерты.
Затем Ричи в очередной раз нанялся на работу к Дэвиду «Лорду» Сатчу. Очередной его проект назывался The Roman Empire. Группа гастролировала по Британии и Германии, выступала в гамбургском «Star Club». В её составе собрались опытные музыканты: барабанщик Карло Литтл, бас-гитарист Тони Дэнджерфильд, клавишник Мэтью Фишер и еще один гитарист – Джонни Беддер.
Однако, «Римская Империя» просуществовала меньше полугода – с декабря 1966 по апрель 1967 года. Как только на горизонте замаячила новая работёнка, трое музыкантов: Ричи, Карло и Тони ушли в The Crusaders. Менеджер Крисчена посоветовал ему проехаться с гастролями по Германии, и Нил вновь собрал группу. Но надежды на то, что с Крисченом удастся неплохо заработать, не оправдались. После двухмесячных гастролей по Германии и выпуска сингла «Му Baby Left Me / Yakety Yak»), Нил снова занялся сольной карьерой. А Ричи в очередной раз остался в Гамбурге без работы и без денег.
К этому времени он уже успел жениться, развестись и познакомиться с еще одной немкой – Бэбс Харди. От первого брака с Маргрит у Ричи остался сын Юрген. С мая по сентябрь 1967 года Блэкмор жил на иждивении Бэбс. Как он вспоминал: «Я только практиковался в игре на гитаре и пьянствовал». В Германии он встретил Иена Пэйса, который выступал в «Star Club», и пригласил того присоединиться к своей группе, правда, её ещё пока не было. Иен попросил связаться с ним, как только он найдёт подходящих музыкантов. И через год такой момент настанет.
А пока в сентябре 1967-го Ричи предпринял попытку собрать группу Mandrake Root, пригласив клавишника Мэтта Смита, барабанщика Рики Мунро и бас-гитариста Курта Виля, но дальше репетиций дело не пошло. В октябре 1967 года у Блэкмора не было ни новых предложений, ни идей чем же заниматься дальше. Вот тут-то Ричи и получил телеграмму от бывшего барабанщика группы The Searchers Криса Кёртиса, с которым был знаком ещё с 1963-го, присоединиться к создаваемой группе Roundabout – будущим Deep Purple.
Ещё до записей с новой группой в 1968-м Ричи Блэкмор успел записаться на паре синглов «Боза» Баррела «I Shall Be Released / Down In The Flood» (кавер-версии одноимённых песен Боба Дилана) и «Light My Fire / Back Against the Wall» (кавер-версия песни The Doors). Примечательно то, что в записи также принимали участие и другие будущие создатели «Пёплов»» – Джон Лорд и Иэн Пейс.
Дальнейшая «Пепловская» и «Радужная» история гитариста хорошо известна.
☑ Если понравилась статья, не стесняйтесь ставить лайк и делать комментарии!
❇️ Чтобы не пропустить новое, подписывайтесь на канал.
➤Другие материалы подобного рода: