Я, Дима, завёл свой потёртый «Шкода Октавия» в Москве, когда пятничная ночь уже накрыла город. Декабрь, снег валил хлопьями, Краснопресненская набережная блестела от фонарей и фар, пробка тянулась от «Москва-Сити» до моста. Часы показывали одиннадцать, смена только началась, а я уже вёз третью пьяную компанию — корпоративный сезон, все гудят. Телефон мигнул — заказ с делового центра, башня «Федерация», до улицы Маршала Жукова. Четверо пассажиров. Принял.
Подъехал к точке — стеклянные громады «Сити» сияли в темноте, у входа толпились люди в дорогих пальто, с шарами и пакетами. Ко мне подошли четверо: трое мужиков и одна девчонка.
Мужики — лет по тридцать пять, костюмы мятые, галстуки развязаны, от них несло виски и табаком. Девушка — в шубке, каблуки, лицо красное, но держалась ровно. Они плюхнулись в салон — двое сзади, один с девчонкой впереди.
— Жукова, 15, — рявкнул тот, что сел рядом со мной. Лет сорок, лысоватый, голос громкий, уверенный. — Гони, братан, и музыку включи, что-нибудь весёлое!
— Без проблем, — ответил я, трогаясь. Включил радио — шансон, он заржал:
— Ну ты даёшь! После корпоратива надо что-то пожёстче. Давай, как там… «Руки вверх», что ли!
Я переключил на попсу, они загудели. Мы выехали на Кутузовский, сугробы вдоль дороги, пробка ползла медленно. Лысоватый — явно лидер — повернулся назад:
— Ну что, Сань, как я сегодня шефа уделал? Говорю: «Василич, давай ещё по одной!» — а он уже под столом!
— Да ты герой, Серёга, — хмыкнул тот, что сзади, худой, в очках. — Только шеф тебя завтра уволит.
— Меня? Уволит? — Серёга заржал. — Да я ему такие контракты привёз, он мне ноги целовать будет!
Девушка рядом хихикнула, третий — здоровый, с бородой — буркнул:
— Контракты, ага. А кто Ленке весь вечер под столом руку клал?
— Ты следил, что ли, Боря? — Серёга прищурился. — Завидно?
Я бросил взгляд в зеркало — Боря стиснул зубы, Саня ухмыльнулся. Напряжение мелькнуло, но я привык — пьяные всегда чешут языками. Главное, чтоб доехали.
Мы ползли по Звенигородскому шоссе, снег лип к стёклам, фары выхватывали сугробы и свет рекламы. Серёга снова завёл:
— А Ленка-то наша красотка, да, Борь? Ты ж её весь вечер глазами ел.
— Заткнись, Серёга, — буркнул Боря. — Не про неё речь.
— А про кого? — Серёга повернулся. — Про твой отдел, который вечно в жопе?
— Ты свой отдел закрой сначала, — огрызнулся Боря. — А то одни откаты, а дел ноль.
— Ой, какие мы правильные! — Серёга заржал. — Лен, скажи ему, кто тут главный!
Девушка — Лена, видимо — закатила глаза:
— Вы оба придурки. Успокойтесь.
Я стиснул руль. Чувствую — жареным пахнет. Пьяные, злые, тесно — классика. Я вёз таких сотни раз, но тут что-то серьёзное назревало. Мы свернули на Третье кольцо, пробка рассосалась, но в салоне тишина повисла тяжёлая. Саня хмыкнул:
— Борь, не парься. Серёга просто выпендривается.
— Выпендривается? — Боря повысил голос. — Да он Ленку весь вечер лапал, а она молчит!
— Я не молчала, — огрызнулась Лена. — Просто не ваше дело.
— Вот именно, Боря, не твоё! — Серёга ткнул пальцем назад. — Завидно, что не тебе досталась?
— Пошёл ты! — рявкнул Боря, и тут началось.
Боря толкнул Серёгу через сиденье, тот в ответ пихнул его локтем. Лена взвизгнула:
— Прекратите, идиоты!
— Едь, не твоё дело! — крикнул Серёга мне, пока Боря тянулся к нему.
— Останови, я выйду! — рявкнул Боря, пихая Серёгу в плечо.
Я затормозил у обочины, снег скрипел под колёсами. Повернулся:
— Так, успокойтесь оба! Драться будете — выгоню.
— Ты мне указывать будешь? — Серёга прищурился. — Да я тебя…
Он не договорил — Боря врезал ему по плечу, кулак скользнул по спинке сиденья. Серёга рванулся назад, замахнулся — попал по шее. Лена закричала:
— Вы что, с ума сошли?!
Я хлопнул по рулю:
— Всё, хватит! Либо затыкаетесь, либо вон!
— Да пошёл ты! — Серёга ткнул в меня пальцем, но тут Боря схватил его за воротник. Они сцепились, пыхтели, матерились. Лена выскочила из машины, хлопнула дверью. Я включил аварийку, рявкнул:
— Или вы выходите, или я сейчас ментов зову! Выбирайте быстро!
Они замерли, пьяные глаза на меня. Серёга выдохнул:
— Ладно, братан, не кипятись.
Но Боря уже открыл дверь, вывалился в снег, Серёга за ним. Саня вылез молча, Лена стояла в стороне, плакала. Я смотрел через стекло — они толкались, Боря замахнулся, Серёга увернулся, оба упали в сугроб. Проезжающая тачка притормозила, кто-то вытащил телефон, начал снимать. Лена крикнула:
— Дебилы, хватит!
Я сидел, глядя на это цирк. Смеяться? Злиться? Машина цела, я жив — уже плюс. Они катались по снегу, пыхтели, потом Боря встал, пошёл прочь. Серёга поднялся, отряхнулся, крикнул мне:
— Сколько с нас, братан?
— Тысяча, — буркнул я через окно.
Он бросил две пятёрки на сиденье, хлопнул дверью. Лена с Санькой ушли за ним, шатаясь. Я смотрел, как они скрываются за углом, и думал: «Вот и прошёл очередной корпоратив. Остался только запах дорогого парфюма и дешёвой злости.»
Машина завелась, я поехал дальше, в ночь, где огни Москвы мигали, как насмешка.
Если вам понравилась история, поставьте лайк и подпишитесь на канал. Это поможет мне в продвижение канала. Спасибо за прочтение и хорошего времени суток.