Глава 1. Пополнение
Начальник инженерной службы майор Подкалюк вошёл в кабинет и, не присаживаясь к столу, достал из старенького «Саратова» запотевшую бутылку минералки. Вчерашним вечером начальники служб боевого обеспечения с размахом отметили новоселье. Подходящий повод изобретать не пришлось, поскольку новый начальник штаба выделил для них отдельную, а самое главное - просторную комнату в штабном модуле. В несколько глотков осушив поллитровую ёмкость, Борис Анатольевич вздохнул, вытер рукавом рот и пустыми глазами посмотрел на стол, заваленный книгами, картонными папками и кипами пожелтевших от времени стандартных листов. «Надо бы сегодня разобрать макулатуру. - Думал он, пытаясь прикинуть, сколько времени займёт тупая, муторная работа. – Хлам выкинуть к едрене фене. Оставить только свои бумаги, а наставления, уставы и техническую литературу убрать на полку. Интересно, что в папках хранится? Они ведь ещё от первого начальника службы остались... который в семьдесят девятом сюда заходил. Дааа… Люди служили, ходили на боевые, заменялись, а папки распухали от документов. И ведь каждый начальник был уверен, что его бумажонки приемнику пригодятся. И на кой ляд я их держу? Ведь ни разу ни в одну не заглянул… Голова трещит. Старею. На четверых всего два литра самогона уговорили, а сушняк такой, что с утра третью бутылку минералки откупорил… И где, блин, моего помощничка носит? Взял моду после начальника на службу приходить. Надо будет старлея серьёзно загрузить. А не то начнёт демонстративно носом водить и анекдоты про алкашей травить. У него всё с намёком да с подковырками. Вконец оборзел! Впрочем, я сам виноват, слишком много ему позволяю. Вот и сел на голову… Чего это я задёргался? Сам же ему вечером приказал, чтоб пополнение встретил и лично к штабу привёл. Точно старею! Виталий минут через пятнадцать уже здесь будет. Надо непременно взбодриться. Пойду-ка голову ополосну. Вода с утра почти ледяная. Глядишь, мозги на место встанут».
***
Возвращаясь из умывальника с мокрым полотенцем в руке, майор нос к носу столкнулся со старшим лейтенантом Караблиным у двери кабинета.
- Чего замер как вкопанный? Проходи. – Повесив влажное полотенце на спинку стула, начальник вытащил из нагрудного кармана расчёску и нехотя объяснился. – Что уставился? Не видишь? С пробежки вернулся. Бегом решил заняться. Говорят, полезно для здоровья.
- Ага. - Ехидно поддакнул помощник. – По виду не меньше десятки намотали. Все брюки мокрые. У вас, Борис Анатольевич, наверное, ноги сильно потеют. В области бёдер и ниже. Если бы вы вовремя не рассказали, то я бы подумал, что против ветра …
- Хватит языком молоть! – Сердито оборвал Подкалюк. – Давай по делу. Забыл? Я тебе вечером задачу ставил насчёт молодого пополнения. Люди где? Привёл?
- Так точно, товарищ майор! – Изобразив подобие строевой стойки, доложил старший лейтенант. – Привёл. Все пять человек ожидают в курилке за штабом.
Начальник службы, запив таблетку аспирина минералкой, недоумённо покосился на помощника:
- Как пять? Всего пять? Ведь не меньше десяти обещали? У них что, с головой не всё в порядке? Как можно выполнять задачи инженерного обеспечения при таком некомплекте? Или строевики не считают эти проблемы своими?
- Я здесь ни причём, Борис Анатольевич. – Присев на край стола, беззаботно отговорился Караблин. - Помощник начальника по личному составу сказал, что именно такое количество спецов принял у сопровождающего офицера. Мне кажется, что Серёга прав. Сколько прислали, столько и принял. Не могли же другие пять человек выпрыгнуть из самолёта? У них даже парашютов нет.
Немудрёная шутка пришлась к месту: Подкалюк неожиданно успокоился, и буркнув для острастки привычное: «Доиграешься ты у меня, Виталий», заинтересовано взглянул на офицера:
- Славян много? Или, как обычно, раз два и обчёлся?
- Много. Целых сорок процентов. В цифровом исчислении получается двое. Кстати, один из них москвич.
- Ты это сейчас о чём? – Насторожился начальник, пытаясь сообразить в чём подвох.
- Не любят в войсках москвичей. – Вполне серьёзно ответил Караблин. – За избалованность и постоянное нытьё. Ленинградцев почему-то все уважают, а москвичей… Короче, тяжело придётся пацану у Лишенкова. И ротный не шибко обрадуется такому «подарку». У него в роте и так с неуставными не всё в порядке, а тут на тебе! Практически готовый кандидат в чмошники. Может, в комендантский взвод бойца сбагрить? Чтоб от греха подальше.
- Без тебя разберусь. Не тяни время. Шуруй к молодым. Скажи, чтоб ждали. Потом прямиком в роту. Только быстро. Пусть Николай сам пополнение принимает. Не будем у ротного евонный хлеб отбирать. Он мужик с гонором. Ещё начнёт возмущаться. Мне только этого сегодня не хватает.
- Евонный? Хорошее слово вы откапали, товарищ майор! - Спрыгнув со стола съязвил помощник. - Что ни на есть посконное. Или сермяжное? Впрочем, неважно. Вот скажите мне, Борис Анатольевич, почему нельзя Николая по телефону в штаб вызвать? А? Товарищ майор? Вы просто ручку на телефоне крутните, чтоб связистки на коммутаторе проснулись и все дела. Обязательно из меня посыльного делать? Или у меня работы мало? Тогда совсем другое дело. Пробегусь. Всё равно лучше, чем бумажные завалы на вашем столе разгребать…
Майор, доведенный до белого каления досужей трепотнёй подчинённого, изо всей силы ударил кулаком по кипам картонных папок. Да так, что те посыпались на пол:
- Я сказал: «Бегом»! Я сказал: «Лично»! Я сказал: «Николая»! Ты понял меня, пустобрёх посконный?
Старший лейтенант испуганно икнул и мигом вылетел из кабинета.
***
Командир инженерно-сапёрной роты, невзлюбивший молодого штабиста с первой минуты знакомства, исподлобья взглянул на вошедшего:
- Каким ветром принесло, штабной? Чего припёрся? Или, наконец, решил портяночного духа понюхать? Или с проверкой изволили нагрянуть? Ты ведь начальник. Смотри, старлей! Допрыгаешься ты у меня. Я тебе не Подкалюк. Миндальничать с тобой не собираюсь.
Караблин не стал строить из себя обиженного. Он искренне уважал коренастого, угрюмого, насквозь прокалённого афганским солнцем ротного и никогда не реагировал на придирки.
- Начальник за тобой прислал, Николай Алексеевич. - Приветливо улыбнувшись присутствующим в палатке офицерам, произнёс старший лейтенант. – В роту пополнение прибыло. В количестве пяти боевых единиц. Я команду привёл и в курилке за штабом оставил. Начинж приказал тебе лично заняться. А я типа посыльный. Так что не обессудь, капитан Лишенков. Пора с якоря сниматься.
- Пять человек, говоришь? – Потеплев глазами, уточнил командир. – Добро! Как говорится, и на том спасибо. А по телефону никак нельзя? Или ты жирок решил разогнать? Вроде ещё не нагулял.
- Какой вы глазастый, товарищ капитан! – Картинно восхитился Караблин. - И всё-то вы замечаете, и до всего-то у вас есть дело. Ладно. Пошли уже, Лексеич. Начальники служб вчера новый кабинет обмывали. Так что Борис Анатольич злой с похмелья. Не будем нервировать майора по мелочам. Один он у нас на всех. Мы его беречь обязаны.
Капитан, по достоинству оценив выдержку и беззлобный юмор молодого офицера, задал тот самый вопрос, который минут двадцать назад не на шутку взволновал майора Подкалюка:
- Славяне есть? Или, как обычно, раз два и обчёлся?
- Есть. – Солидно кивнул старший лейтенант. – Целых два. Начальник решил, что сорок процентов - результат вполне удовлетворительный. Только сильно возмущался, что строевиков наши проблемы с укомплектованием не волнуют.
– Кому интересно чужими проблемами заниматься? – Резонно заметил Лишенков. - Не Бог весть какое дело. Мы с Загибиным сами разберёмся. Шевелите поршнями, товарищи сапёры и прислонютые к ним писарюги. Только в штаб мы заходить не будем. Ты, Виталий Батькович, сразу нас к молодым веди. Если тебе делать больше нечего.
***
Ребята устали от неопределённости и затянувшегося ожидания. «Скорее бы. И будь что будет», - читалось на их лицах. Заметив шагающих к месту для курения офицеров, они в едином порыве поднялся со скамеек и без суеты построились в шеренгу, старательно придерживаясь ранжиру. Капитан Лишенков молча прошёлся вдоль строя, внимательно вглядываясь в глаза каждого солдата. Остановившись напротив шеренги, откашлялся в кулак и заговорил, как будто советуясь с давно знакомыми ему людьми:
- Тут вот какое дело, товарищи. Мне сейчас абсолютно всё равно, чему вас обучали в учебке и как вы освоили программу специальной подготовки. Всё равно, потому что с этого дня для вас начинается новый курс молодого бойца, в конце которого придётся сдавать экзамен. Правда, экзаменовать вас будут не офицеры Советской армии, а самые настоящие душманы. Такие вот дела, ребята. О том, что сапёр ошибается только один раз, рассказывать не собираюсь, поскольку надоело и звучит как пошлый анекдот. Теперь насчёт бытовых условий. Пару-тройку недель придётся пожить в палатках. Жарковато, но почти терпимо. А через энное количество дней мы, при вашем непосредственно участии, конечно, закончим сборку казарменного модуля и заживём, как цивилизованные люди. И напоследок. Кто из вас занимался служебным собаководством или, на худой конец, просто держал большую собаку? Спрашиваю наудачу и без особого энтузиазма.
Повести и рассказы «афганского» цикла Николая Шамрина, а также обе книги романа «Баловень» опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/