Зеленый остров накануне бури: ирландские мечты и французские расчеты
Идея нанести удар заклятому врагу, Англии, с неожиданной стороны, через Ирландию, казалась стратегам революционной Франции весьма здравой. Высадить десант на "зеленом острове", поднять там восстание и отвлечь силы британской короны – план выглядел соблазнительно. Однако парижские политики Директории, увлеченные глобальными прожектами и европейскими войнами, имели весьма смутное представление о реальной ситуации в Ирландии конца XVIII века.
Ирландия в то время представляла собой сложное и взрывоопасное образование. Формально обладая собственным парламентом в Дублине, остров фактически находился под властью англо-протестантского меньшинства, так называемого "Протестантского господства" (Protestant Ascendancy). Коренное католическое население, составлявшее подавляющее большинство, было поражено в правах серией суровых "Карательных законов" (Penal Laws), хотя к концу века некоторые ограничения были смягчены (акты 1778 и 1782 годов). В 1783 году ирландский парламент добился законодательной автономии, но реальная власть оставалась в руках землевладельческой элиты, лояльной Лондону. Социальное напряжение усугублялось аграрным вопросом, бедностью крестьянства и религиозными трениями.
Идеи Американской, а затем и Французской революций нашли живой отклик в Ирландии. В 1791 году в Белфасте возникло "Общество объединенных ирландцев" (Society of United Irishmen). Уникальность этого движения заключалась в том, что его основали представители как угнетенного католического большинства, так и прогрессивно настроенные протестанты (в основном пресвитериане Севера), стремившиеся преодолеть вековую религиозную рознь во имя общей цели. Изначально "Объединенные ирландцы" выступали за парламентскую реформу и равные права для всех, но под влиянием революционных событий во Франции и ужесточения британской политики их цели становились все более радикальными: полный разрыв с Англией и создание независимой Ирландской республики по французскому образцу. "Пусть разногласия по религиозным вопросам останутся в прошлом, – писал один из лидеров общества, – нас должно объединять лишь общее имя – ирландец".
Одним из самых ярких лидеров "Объединенных ирландцев" был Теобальд Вольф Тон (Theobald Wolfe Tone), молодой протестантский адвокат из Дублина, страстный республиканец и харизматичный оратор. Именно он стал главным связующим звеном между ирландскими патриотами и революционной Францией. В 1796 году, спасаясь от преследований британских властей, Тон прибыл в Париж с миссией убедить французское правительство – Директорию – оказать военную помощь ирландскому восстанию. Он рисовал радужные картины: по его словам, достаточно было лишь французского десанта, чтобы вся Ирландия поднялась как один человек. Тон уверял французов, что "Объединенные ирландцы" смогут немедленно выставить армию в 250 000 добровольцев! Цифра, как показали дальнейшие события, была чудовищно завышенной, порожденной скорее революционным энтузиазмом, нежели трезвым расчетом. Однако Директория, видевшая в ирландской экспедиции шанс ослабить главного врага, ухватилась за эту возможность.
Фиаско в Бантри-Бэй: первая попытка, утонувшая в штормах и хаосе (1796)
Подготовка к экспедиции началась с большим размахом. В Бресте, главной атлантической базе французского флота, была собрана внушительная армада: 44 корабля – линкоры, фрегаты, транспорты. На их борту находился экспедиционный корпус численностью около 13 400 солдат под командованием одного из самых талантливых молодых генералов Республики – Луи Лазара Гоша (Lazare Hoche). Сам Вольф Тон, в звании французского офицера, также находился на борту одного из кораблей, предвкушая скорое освобождение родины. "Ветер свободы дует в наши паруса! – мог бы написать он в своем дневнике. – Скоро тирания падет под натиском объединенных сил Франции и Ирландии!"
15 декабря 1796 года огромная флотилия покинула рейд Бреста. Чтобы избежать встречи с мощным британским флотом, патрулировавшим подходы к Ла-Маншу, адмирал Морар де Галль избрал рискованный маршрут в обход блокадных эскадр. Однако почти сразу после выхода в море на флот обрушился жестокий зимний шторм. Корабли разметало по океану, связь между ними была потеряна. Часть эскадры под командованием генерала Груши (будущего маршала Наполеона), проявив немалое морское искусство, все же сумела достичь намеченной цели – залива Бантри на юго-западном побережье Ирландии.
Но здесь их ждало новое разочарование. Корабль, на котором находился главнокомандующий Гош, отстал и так и не смог присоединиться к основным силам. Огромные волны и ураганный ветер, который ирландцы позже назвали "протестантским ветром", делали высадку войск практически невозможной. Несколько робких попыток спустить шлюпки закончились неудачей. Французские солдаты и моряки, измученные штормом, с тоской смотрели на туманные берега Ирландии, до которых было рукой подать, но которые оставались недосягаемыми. Несколько дней флот простоял в заливе, ожидая улучшения погоды и прибытия Гоша, но тщетно. Запасы провизии и пресной воды подходили к концу, корабли страдали от непогоды. В конце концов, Груши, не решаясь взять на себя ответственность за высадку в таких условиях и без главнокомандующего, отдал приказ возвращаться во Францию.
Экспедиция, на которую возлагалось столько надежд, закончилась полным провалом, даже не начавшись. Море забрало свою страшную дань: 11 кораблей были потеряны – разбились о скалы или были захвачены подоспевшими британскими крейсерами. Около 4000 французских солдат и матросов погибли в море или попали в плен. Единственными французами, ступившими на ирландскую землю в тот раз, оказались несчастные пленники... Первая надежда Ирландии утонула в штормовых волнах Бантри-Бэй, став жертвой стихии и плохой организации.
Год Свободы и Террора: восстание 1798-го, дерзкий десант Юмбера и Республика Коннахт
Неудача экспедиции Гоша не остановила ирландских патриотов. Подготовка к восстанию продолжалась, хотя и в гораздо более тяжелых условиях. Британские власти, напуганные попыткой французского вторжения, усилили репрессии. Шпионы проникали в ряды "Объединенных ирландцев", аресты и казни лидеров следовали одни за другими. Тем не менее, весной-летом 1798 года по Ирландии прокатилась волна восстаний.
Стихийные, плохо скоординированные выступления вспыхивали в разных графствах – Уэксфорде, Антриме, Дауне. Во главе часто стояли местные лидеры "Объединенных ирландцев" или католические священники. Основную массу повстанцев составляли крестьяне, вооруженные чем попало – пиками, вилами, косами. Несмотря на отчаянное мужество, им редко удавалось противостоять регулярным британским войскам и отрядам лоялистской милиции (йоменов). Восстание сопровождалось актами насилия с обеих сторон, но британские репрессии с самого начала отличались особой жестокостью. Безжалостная метла карательных операций прокатилась по бунтующим графствам. Битвы при Винегар-Хилл, Нью-Россе, Баллинахинче закончились поражением повстанцев и массовыми расправами над пленными и мирным населением. "Земля стонет под сапогом солдата, а воздух пропитан запахом крови и гари," – мог бы написать очевидец тех событий.
Тем временем Вольф Тон и другие ирландские эмиссары в Париже вновь убеждали Директорию вмешаться. Под их давлением французское правительство решило предпринять вторую попытку высадки десанта. Командование было поручено генералу Амабль Юмберу (Amable Humbert), а общее руководство – генералу Жан-Жозефу Арди (Jean Joseph Hardy). План был еще более амбициозным и еще менее реалистичным, чем первый: предполагалось направить в Ирландию несколько эскадр из разных портов – Бреста, Рошфора, и даже из Голландии (Батавской республики). Однако координация действий была из рук вон плохой. Эскадры так и не смогли отправиться одновременно.
Первым, 6 августа 1798 года, из Рошфора вышел небольшой отряд генерала Юмбера: всего три фрегата, на борту которых находилось около 1090 французских солдат – в основном закаленные ветераны итальянских и рейнских кампаний. 22 августа этот крошечный десант благополучно высадился в заливе Киллала, в удаленном и бедном графстве Мейо на западе Ирландии. Место было выбрано не случайно – здесь британское военное присутствие было минимальным, а местное население считалось особенно враждебным к англичанам.
К французам немедленно присоединилось около тысячи местных ирландских повстанцев, вооруженных в основном пиками и косами. Несмотря на малочисленность и плохое вооружение союзников, Юмбер действовал решительно и дерзко. Он двинулся вглубь страны и 27 августа при Каслбаре наголову разбил значительно превосходящие его силы британской милиции. Эта неожиданная победа, вошедшая в историю как "Гонки при Каслбаре" (из-за панического бегства англичан), вызвала эйфорию среди повстанцев и на короткое время вселила надежду. В Каслбаре была торжественно провозглашена Республика Коннахт (по названию провинции), президентом которой стал один из местных лидеров "Объединенных ирландцев" Джон Мур.
Объединенная франко-ирландская армия двинулась дальше на восток, надеясь поднять всеобщее восстание и соединиться с другими отрядами повстанцев. Некоторое время Юмберу удавалось успешно маневрировать и даже одерживать локальные победы над преследовавшими его британскими войсками под командованием генерала Лейка и лорда Корнуоллиса (того самого, что капитулировал перед Вашингтоном при Йорктауне). Но силы были слишком неравны. 8 сентября 1798 года при Баллинамаке франко-ирландская армия была окружена и после короткого, но ожесточенного боя вынуждена была сложить оружие.
Развязка драмы: пленение флота, судьба Вольфа Тона и кровавый закат восстания
Финал короткой и дерзкой кампании генерала Юмбера был показателен. Французские солдаты и офицеры были взяты в плен и, согласно законам войны того времени, с ними обошлись относительно гуманно – их рассматривали как военнопленных и позже обменяли на британских солдат, захваченных французами в других кампаниях. Судьба же их ирландских союзников была ужасна. Почти все повстанцы, попавшие в плен при Баллинамаке, нашли свой конец на месте – их ждали скорый суд и веревка или просто расстрел без суда и следствия. Жестокий урок лояльности британской короне был преподан незамедлительно. Республика Коннахт просуществовала всего двенадцать дней.
А что же остальные французские эскадры? Главные силы под командованием генерала Арди (около 3200 человек) вышли из Бреста с большим опозданием. Лишь 12 октября 1798 года они достигли ирландского побережья в районе залива Лох-Суилли на севере острова. Но было уже слишком поздно. Британский флот под командованием сэра Джона Борлэза Уоррена поджидал их. Завязался морской бой, в котором превосходящие британские силы одержали полную победу. Французские корабли, включая флагман "Гош" (Hoche), были захвачены или потоплены прежде, чем солдаты успели высадиться на берег. Вся эскадра и находившиеся на ней войска попали в плен.
Среди плененных на борту "Гоша" оказался и Теобальд Вольф Тон. Он был одет во французскую военную форму в звании адъютант-генерала. Его немедленно опознали и доставили в Дублин для суда по обвинению в государственной измене. На суде Тон держался мужественно и произнес пламенную речь в защиту своих идеалов и права Ирландии на независимость. "С ранней юности я видел зло рабского подчинения моей страны, – говорил он, – и я решил сделать все возможное, чтобы разорвать ее цепи". Приговор был предрешен – смертная казнь через повешение. Тон, как офицер французской армии, попросил заменить позорную петлю на расстрел – смерть солдата. Но в этой последней милости ему было отказано. Не желая доставить врагам удовольствие видеть его на виселице, Вольф Тон нашел способ избежать петли палача в своей камере – он перерезал себе горло перочинным ножом. Он умер от раны через несколько дней, 19 ноября 1798 года, став последней знаковой жертвой ирландского восстания.
Последствия этих плохо подготовленных и катастрофически неудачных французских экспедиций оказались трагическими для самой Ирландии. Восстание было потоплено в крови. Репрессии британских властей достигли апогея. По оценкам, общее число погибших ирландских повстанцев и мирных жителей в ходе восстания и последующей "зачистки" составило от 50 000 до 60 000 человек – ужасающая цифра для небольшой страны. В районах, где сопротивление продолжалось дольше всего, карательные отряды йоменов и регулярные войска выжигали целые деревни, уничтожали посевы, безжалостно расправлялись с подозреваемыми. Меч карающий прошелся по ирландской земле, оставляя за собой пепел и слезы. Апогеем подавления стало принятие в 1800 году (вступил в силу с 1 января 1801 года) "Акта об Унии", который ликвидировал ирландский парламент и напрямую включил Ирландию в состав Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии. Мечта о независимости была похоронена на долгие годы.
Английский военный историк начала XX века Джон Фортескью, размышляя об этих событиях в своей "Истории британской армии", не без оснований назвал упущенную возможность в Ирландии исторической и военной аберрацией со стороны Франции. "Француз, – писал он, – никогда не должен был отводить свой взгляд от Ирландии, где всего лишь пять тысяч человек, высаженных в нужный момент, были бы бесконечно опаснее для Англии, чем тридцать тысяч в Египте". Действительно, история могла бы пойти совсем иначе, если бы французская помощь пришла вовремя и была организована более умело. Но история не знает сослагательного наклонения. Вместо стратегического триумфа получилась трагедия, полная героизма, отчаяния, предательства и иронии судьбы, ставшая одной из самых мрачных страниц в долгой и сложной истории ирландской борьбы за свободу.