Верховный регент поднялся с места, задвинул свой стул и, опершись руками о спинку, нахмурился ещё больше.
— Предполагая младенца, находящегося в Инвенторес, невероятная гипотеза Дэниела могла бы иметь место. Но если такое и допустить, у нас нет пока почвы для подобных размышлений. Действительность такова, что показатель аномалий сообщает о любых магических явлениях. Я уверен, что никакая исключительность не способна скрыть этого от «Ока» …
Эллингтон вновь задумался. В тот же момент что-то привлекло внимание Вольфганга. А внутри Нила будто прокатился огромный кусок льда. Он обречённо смежил веки с такой силой, что перед глазами поплыли яркие круги. Осознание конца было выше всяких надежд на спасение, рухнувших вмиг, когда взгляд Вольфганга метнулся в сторону. Ему понадобится не больше секунды, чтобы определить причину падения книги.
Не произнося ни слова, Вольфганг выпрямился и двинулся к лежащему на полу предмету. Регенты проводили его любопытными взглядами. Увидев, что стало объектом его внимания, они подскочили со своих мест, загрохотав стульями. Нил задрожал как осиновый лист — сбылись его худшие страхи.
С полминуты Вольфганг стоял, возвышаясь над книгой, и не мигая смотрел на неё, будто ожидал, что она заговорит. Он протянул руку, и книга взмыла вверх, замерев в паре дюймов от его ладони. Регенты встревоженно глядели то на книгу, то на коллегу. Тишина стала звенящей.
По-прежнему храня молчание, Вольфганг поднял глаза и медленно обвёл помещение взглядом. Казалось, ни один микроб не скроется в поле его зрения.
Нил в своём укрытии (если это можно было так назвать) весь съежился и превратился в несчастный маленький комок, словно пытаясь стать ещё невидимее. Его колотила сильнейшая дрожь. Сердце в груди как будто увеличилось вдвое и стучало с такой силой, что было невероятно, что никто его не слышит в возникшей тишине. Он мечтал провалиться сквозь землю, когда взгляд Вольфганга скользил в его сторону. Если бы он в этот момент не сидел, то наверняка не устоял бы на трясущихся в паническом ужасе ногах.
— Что за чертовщина? — мрачно протянул Мосли, нарушая тишину.
— Миранда, — обратился Вольфганг к женщине, проигнорировав его реплику, — это та книга, которую я велел проверить? Ты же получила Мифос?
Лёгким движением пальцев он заставил парящий в воздухе предмет повернуться лицевой стороной к регентам. Авис, как, впрочем, и все остальные, смогла прочесть название: «Тайны из глубин веков. С. Лестер».
Она сделала огромные глаза и взволнованно промямлила:
— Ну, разумеется. Я сделала всё как положено. И уж точно помню, что поставила её на место. Но… почему она оказалась на полу?
— И ты не заметила ничего подозрительного? — вопросом на вопрос ответил Вольфганг, не сводя глаз с женщины.
— Нет, Макс, ничего.
Его невидящий взгляд застыл на её лице, но, словно очнувшись, он вновь посмотрел на книгу, которая медленно вращалась как в невесомости.
— Вы понимаете, что произошло? — голос его был холоден как лёд, когда он говорил, обмениваясь взглядом с каждым по очереди. — Всем ясно, что книга оказалась на полу непросто так? Хотя в нашем мире полёт предметов — обыденное явление, она не могла, находясь под сильными чарами, просто так выпасть с полки, к тому же отлететь так далеко от стеллажа.
Он опустил руку. Висящая в воздухе книга стрелой метнулась к стеллажу и втиснулась на своё законное место.
— Вижу, я недооценил Ферреуса, — бормотал он, возвращаясь к столу, выдвигая стул и садясь. — Невероятно, столько мер безопасности, но он вновь осмелился его прислать! Что ж, впечатляющая ловкость…
Вольфганга словно веселила возникшая ситуация. Остальные последовали его примеру и расселись по местам, взирая на него в немом ожидании.
Антонио Гриф гневно чертыхнулся. Здоровяк-испанец, как и большинство волшебников, имел длинные волосы, которые чёрным шёлком лежали на широких мускулистых плечах. Он был смуглее своего коллеги Гордона, а зелёные глаза легко могли конкурировать яркостью с очами Авис. Он первым, не выдержав, высказался:
— Ты говоришь о невидимках?
Нил вздрогнул от неожиданности.
— Именно! — подтвердил Вольфганг.
— Вы думаете, это снова они? — мрачно спросил Антонио Гриф.
— Разумеется, а если быть точнее — он.
Испанец сдвинул брови, провёл большим пальцем по твёрдым губам и сжал челюсти, словно сдерживая ругательство.
— Он? — переспросил сиплым голосом Фортис. — Ты имеешь в виду кого-то конкретно?
— Да, я уверен, что здесь действует лишь один невидимка…
— Опять эти чёртовы невидимки! — раздражённо выпалила Авис.
— Раньше они беспрепятственно проникали в замок и собирали для Церберуса информацию. Невидимки повинны в ужасных смертях Светлых — и взрослых, и детей. Всего пять лет прошло с «Противостояния», смерти Крауна и многих других, и всего два месяца, как мы восстановили порядок. Всё наконец стабилизировалось: колледж полноценно функционирует, на улицах стало намного безопаснее, ведуны затаились…
Возобновлению беспорядков препятствуют исключительно используемые нами средства защиты — это непреодолимая преграда для Церберуса, который из кожи вон лезет, чтобы переломить ситуацию в свою пользу.
Вольфганг замолчал. Тишина была абсолютная. Участь Нила висела на тоненьком волоске. В голове роились мысли о последних минутах, которые он доживал. И следующие слова Вольфганга нисколько не облегчили ситуацию:
— Клянусь! Если пострадает ещё хоть один человек, Церберус за это ответит. Если потребуется, я лично его найду — из-под земли достану! Даже если это потребует использования его же методов… — ледяные нотки его голоса не оставляли сомнений в серьёзности этого заявления.
По спине Нила пробежал холодок. Складывалось впечатление, что сказанное предназначалось лично ему, и как бы старательно он не отметал эту мысль, легче ему не становилось.
— Никто не мог проникнуть в замок, даже невидимка, — заявил Мосли. — Как, по-твоему, ему это удалось? Статуи невозможно обмануть!
— Не знаю, как, но удалось, — хмуро ответил Вольфганг, скрестив пальцы рук и вращая большими, один вокруг другого.
Нила вновь прошиб холодный пот, он никак не мог перестать дрожать.
— Это исключено, — возразил сам разработчик защитных чар — Спирос Хейман убийственно спокойным тоном, которому позавидовал бы удав. — Как верно заметил Билл: статуи не внушаемы, чары на них совершенны, а невидимки, как всем известно, не обладают магическими способностями. Нелепо даже допустить возможность приближения таковых к дворцу на расстояние ближе мили, не говоря уже о проникновении во дворец.
— Повторяю, речь идёт об одном единственном невидимке, — Вольфганг был непреклонен. Устало глядя на Хеймана, он терпеливо добавил: — Я не сомневаюсь в невнушаемости Палладиумов и безупречности защитных чар. Но как быть с книгой? Кто-нибудь может дать вразумительное объяснение тому, как она оказалась на полу, практически в центре кабинета?
Регенты молчали.
— Что ж, тогда это сделаю я. Этому есть логическое объяснение: наш неподражаемый шпион не простой невидимка, а невидимка-волшебник…
— То есть как? — всё так же спокойно интересовался Хейман. — Таких и в природе нет, откуда же он вдруг взялся?
Все рассмеялись. Вольфганг улыбнулся, вскинул подбородок и произнёс:
— Ты же не хочешь, чтобы я преподал тебе урок истории, Спирос?
Кое-кто захихикал. Уголки губ Хеймана едва заметно дрогнули.
— Буду счастлив! — уже явственнее улыбнулся он. — Если вы сообщите вдруг, что известно о существовании и волшебников-невидимок, и что это два разных вида, боюсь, мне придётся сложить с себя полномочия.
Коллегия громко захохотала.
— Восхищаюсь твоим тонким юмором, — сказал Мэтт-Брайан.
— Шутки шутками, — заметил Вольфганг, — но я подозреваю, что один невидимка-волшебник имеет место быть в это время в этом королевстве…
«…И в этом кабинете», — мысленно произнёс Нил.
Спорить или шутить больше никто не стал.
— Может, обыскать замок? — резво предложил Гордон, откинув со лба густые кудри.
Нил задержал дыхание на вдохе.
— Пустое, Вельмус, — помотал головой Вольфганг. — Думаю, неожиданная «удача» с книгой напугала его настолько, что он подался в бегство.
Нил облегчённо перевел дыхание. Надо же, сам Вольфганг не смог ощутить его присутствия! А ведь ходят слухи, что он способен видеть невидимок своим иным зрением — кошачьим или инфракрасным, сказать точно Нил не мог.
Время для невидимки тянулось так долго, что происходящее казалось нескончаемой пыткой. Хотя угроза ещё не миновала, волнение постепенно отступало, и сердце уже не стучало так сильно. Как вдруг:
— А что, если он всё ещё здесь — в этом кабинете? — внимательно оглядываясь по сторонам, забеспокоился Мэтт-Брайан.
Остальные тоже завертелись на своих стульях, словно могли увидеть невидимку, даже если бы точно знали, что он действительно тут.
Нила словно огрели обухом по голове, даже в глазах потемнело.
— Действительно! — подхватил Гордон. — Мы тут спокойно обсуждаем важные дела, а он всё мотает на ус.
Мосли недоверчиво хмыкнул...
Начало