— В нашей квартире ты жить не будешь, хоть под забором ночуй! — с издевкой бросил Юрий. — И продать её я не дам.
— А мне что теперь, на улице ночевать? — вспыхнула Лена. — Квартира, между прочим, общая!
— Мне плевать, — отрезал он. — Хотела свободы — получай. Дыши полной грудью.
Последние лет тридцать Лена только и слышала, какая она «не такая». То не так одета, то губы накрасила — клоун, не женщина. А если молчит — значит, затаила что-то. Общих детей у них не было, а сын Лены от короткого романа уже вырос и жил на другом конце страны.
Пока он был рядом, хоть кто-то вставал за неё. А теперь — тишина и вечное ворчание.
— Опять купила котлеты? Своими руками слабо сделать? — заорал Юрий с порога. — Не баба, а позор. И работа у тебя мужская — таксистка!
— А ты, прости, много чего купил? — Лена с трудом опустила тяжёлые сумки. — Или мясо с неба упало?
— Я, между прочим, в активном поиске работы, — буркнул он. — Мужику в моём возрасте непросто. Конкуренция.
— Особенно в домино, — фыркнула Лена. — Есть будешь? Разогрею.
— Не надо, соседка Маришка уже накормила. Женщина от Бога! Жаль, в их двушке всей семьёй с парализованной бабкой ютятся.
— А ничего, что твоя «Маришка» зачастила? Кормит она, как рыбак мальков, приманивает, — скривилась Лена.
— А кому ей ещё душу изливать? Я, между прочим, — отличный слушатель. И вообще, она добрая и не пилит!
Лена не ответила. Её давно не удивляли эти сцены. Пять лет назад Юрий пьяным попал в аварию — чудом никого не убил, но суд присудил выплатить компенсации. Тогда они продали трёхкомнатную квартиру и купили «однушку».
С тех пор Юрий сидел дома и корчил из себя жертву. А Лена с головой ушла в работу, устроилась в такси.
— Ты чего, стоя спишь? — рявкнул он. — Переводи деньги на мою карту. Всё потратил.
— Я — на продукты и коммуналку! — вспыхнула она. — Ты хоть что-то в дом вносишь, кроме нытья?
— Да хоть сторожем устройся, раз вечно без денег! — заорал он.
— Я и так домой только спать прихожу. А ты мне всё аварией своей попрекаешь. В ту ночь, между прочим, за добавкой ехал!
— Не уважаешь, значит?! — взревел он. — Посмотрим, чем это закончится.
На следующее утро Лена поехала работать. А вечером… не смогла открыть дверь. Замки были сменены. На звонки никто не отвечал, хотя изнутри доносился звук телевизора.
Из квартиры напротив вынырнула та самая Маришка в халате с петушками:
— Ты чего шумишь, Лена?
— Юру не видела?
— Да утром вот сидели, чай пили. Он хозяин, кого хочет — того и пускает.
— А вы работать не пробовали? — не сдержалась Лена.
— Мне-то чего? Я же — женщина, — с усмешкой ответила Маришка и закрыла дверь.
Разбитая, Лена отправилась к своей подруге — Инге. У той тоже не сахар — в коммуналке соседил бывший муж, Серёга, двоюродный брат Лены. После развода он получил четверть квартиры и отравлял жизнь вечными загулами.
— Как так, Инга? Мы всё делаем, а потом нас под зад ногой! — Лена плакала у неё на плече.
— Не говори! Я бы отдала многое, чтобы он съехал. Только вселяется обратно с участковым.
— Участковый… — задумалась Лена. — А я тоже к нему утром пойду!
С утра она взяла участкового в союзники, и они пошли к Юрию. Тот открыл в трусах, пытаясь всё свести к шутке:
— Да это замок сломался! Надюша, ты чего с полицией-то?
— Всё в порядке, семейная размолвка, — улыбнулся участковый и ушёл.
— Припугнуть решила?! — сменил тон Юрий. — Не прокатило! Сиди тихо!
— Не дождёшься, — Лена собрала вещи. — Отличный ты партнёр по старости — сидишь на шее и щёлкаешь семечки.
— Да ты без меня пропадёшь! — захохотал он. — Ни копейки за душой. Подружки такие же.
— Ещё посмотрим, — спокойно ответила она.
У Инги Лена обосновалась на раскладушке. На следующий день подала на развод. А ещё через пару недель — встретила Маришку на рынке.
— Уже первое, второе и компот стряпаешь Юрочке?
— Конечно! Мужик свободный, жилплощадь есть! Ещё и ребёнка, может, родим, — хмыкнула Маришка.
— На половину квартиры не зарься — она моя.
Позже Юрий устроил скандал, но Лена терпеливо дождалась решения суда. И тогда с Ингой придумали ход конём: обмен долей. Серёга переезжает к Юрию, а Лена — к Инге.
— Федя, то есть, Серёга, — сказала она за рюмкой. — Переезжай ко мне. Там тихо. Пьянки не запрещаю.
— Серьёзно? — глаза у Серёги загорелись. — А с бывшей этой дьяволицей разъехаться — святое дело.
Документы оформили быстро — родственный обмен. И вот Серёга, при параде, с вещами, стоит у Юрия на пороге.
— Это кто ещё? — зарычал Юрий.
— Новый совладелец. Привыкай, — улыбнулась Лена.
— Ты не имела права! Сделку оспорю!
— Подарок, не сделка. Всё чисто. И вообще, давай, ключи от сейфа — мы с Серёгой мебель делить будем.
— Юра, кто там?! — завизжала Маришка.
— Это я, новенький, — весело ответил Серёга. — Будем жить душа в душу! Олег, тащи второй комплект ключей!
Лена ушла, не оборачиваясь. Замки у Инги уже были новые. А Серёга… вжился в роль: обустроился, гостей водит, шутит. И никуда назад не просится.
А вот Юрий вскоре сам устроился на работу сторожем. Домой старался не заходить — тоска. Никто не кормит, никто не гладит, а Серёга — ну, тот вечный праздник.
Лена номер сменила. Свобода — это не когда тебя не держат. Это когда сам не держишь тех, кто тянет ко дну.