Телефоны, в которых вы живете, искусственный интеллект... Кажется, все просто: стоит лишь задать вопрос, и ты тут же получишь ответ. Удобно, да вот беда, не ответит машина, как зло победить. Только сердце человеческое это знает.
Дело шло к лету, как вдруг упал на землю снег, завыл ветер. Почки на деревьях замерзли и почернели. Сначала говорили, что так бывает и скоро пройдет. Но холод не покидал землю.
Ванька телефоном пользоваться умел немного, так мультики посмотреть любил, а с интеллектом искусственным он не разговаривал, потому что своего не имел, хоть и было ему уже тридцать с лишним.
Но получилось так, что лишь один он и понял, что с миром что-то не то творится.
— Беда с миром, баба Маня! — закричал Ванька, барабаня в дверь соседке с первого этажа.
Старушка жила одиноко и радовалась, когда Ванька к ней приходил в гости.
— Неужели и ты видишь? — спросила неожиданно она, закрывая за ним дверь.
— Вижу!
— А что видишь?
— Плохое вижу, страшно мне.
— А я вижу, как зло спустилось на землю. Спасать мир надо, — пробормотала баба Маня.
Ванька закивал: «Надо».
— Вот ты и пойдешь, а я не дойду, раньше могла, а сейчас стара стала.
— Раньше? — переспросил Ванька.
— Почти сто лет назад такая же беда случилась, лет десять мне было. Но тогда знали, как с бедой справляться, всем миром справлялись, а сейчас у каждого мир в телефоне, только о себе и думают. Моя хата с краю. Жизнь одна. И чуть что не так пойдет — бегут. Только не знают, что бежать некуда.
Ванька так и не понял, что баба Маня про людей говорила. Какая хата, почему с краю?
—Я хочу, чтобы лето вернулось, листочки чтобы были. Солнышко.
Баба Маня достала из шкафчика пакет. Развязала узелок и вынула булочку. Булочка была очень похода на птичку.
Ванька обрадовался.
— Нет, есть его нельзя. Это жаворонок. Его надо на самую высокую гору отнести и солнцу показать, и попросить весну вернуться.
— А как просить?
— Не помню я слов уже. Как сможешь, так и проси. Только запомни, есть жаворонка нельзя. Вот тебе хлеб и бутылка воды в дорогу.
И пошел Ванька куда глаза глядят, а глядели они вперед: самую высокую гору выискивали.
Шел, шел и встретилась ему по дороге девушка. Очень красивая, в белоснежном пальто и таких же сапожках.
— Привет! Куда идешь? — спросила у Ваньки девушка.
— Надо, — только и ответил он.
— Ой, я такая голодная, нет ли у тебя поесть? — спросила она.
Ванька в сумку полез, хлеб простой достал.
— Ой, а нет ли у тебя булочки? Очень я булочки люблю, — спрашивает девушка.
— Есть, — честно ответил Ванька, — Только не дам, нельзя ее есть.
В тот же миг лицо красавицы скривилось. Выхватила она у Ваньки хлеб, бросила на снег и давай топтать его белыми сапогами.
Ванька испугался, побежал. Долго бежал, потом остановился, осмотрелся, нет никого. Пошел дальше. Вот уже и горы виднеются. Идет мимо дома, а из подвала кошечка выглянула. Мяучит жалобно. Смотрит Ванька, у подвала мисочка пустая стоит. Видно, кормили кошечку, а потом почему-то перестали. Ванька налил в мисочку всю воду из бутылочки.
— Отдал бы я тебе булочку, но нельзя, — сказал он кошечке. И хоть жалко ему стало кошечку, но пошел он дальше.
Вот и гора уже близко. Очень Ваньке есть захотелось. Внутри аж скрутило. Достал булочку — жаворонка. Смотрел, смотрел. Положил в сумку и побрел через силу на гору.
Гора самая высокая, тяжело на нее здоровому подняться, а когда болит что вообще невозможно. Но Ванька слова такого не знал, а знал, что надо на гору подняться. И поднялся. Вечер уже наступил, ночь-то опять рано приходить стала и задерживалась все дольше и дольше. Взял Ванька булочку в руки, поднял высоко к небу. Что говорить не знает.
— Жаворонок, миленький, верни людям весну и солнышко, а все зло на земле пусть со снегом уйдет!
Потеплело в руках у Ваньки, а потом и шевельнулось что-то. Настоящий живой жаворонок оказался вместо булочки. Птичка взмахнула крыльями и полетела в небо. Тут же солнце вышло, светло стало. Пригрело оно землю, снег начал таять. Почки зазеленели.
Ванька сам словно ожил, уже и не болело ничего. Спустился с горы, забрал с собой кошечку, и пошли они домой вместе.
А люди радовались и говорили: ну вот, куда весна могла деться, ясно же, все это должно было кончится, и стать, как надо — хорошо. И снова в телефоны свои смотреть стали.
Но это ничего. Потому что Ванька-то теперь к бабе Мане уже с кошечкой вместе в гости ходил. И было им светло и радостно. А то, что мир от беды спасли, так для доброго человека — это дело обычное.