— Это единственный выход! — Лидия Семеновна бросилась Кате на шею и разрыдалась. — Иначе мой сын погибнет! Только ты можешь его спасти!
— Не нужно перекладывать на меня ответственность. В сложившейся ситуации виноваты только вы. Почему раньше не рассказали Славе правду?
— Это была ложь во благо!
— Вот оно, ваше «благо» — на грани жизни и смерти. Я в этом участвовать не буду! Лучше сами признайтесь, пока не поздно.
— Катенька, ну пожалуйста! Хочешь, я перед тобой на колени встану?
— Это ничего не изменит. Сами расхлебывайте то, что заварили.
Катя поспешила уйти. Слезы Лидии Семеновны раздражали, даже злили. И дело было не в черствости — своими поступками свекровь заслужила такое отношение. Еще и саму Катю впутала в неприятную историю.
* * *
Катя и Вячеслав познакомились на втором курсе. Любовь с первого взгляда. Именно про такие пары говорят, что их союз был предрешен где-то на небесах.
Пожениться планировали после окончания института, но Славик не выдержал и сделал предложение уже через год отношений. И все бы ничего, но вот Лидия Семеновна, мама Вячеслава, была категорически против раннего брака.
Аргументы звучали весомые: нужно доучиться, встать на ноги, подкопить на собственное жилье… А потом уж и о семье задуматься.
Но разве влюбленных когда-то интересовала материальная сторона вопроса? «Деньги — это пыль!» — решили студенты и отправились в ЗАГС.
Торжества, естественно, никакого не устраивали. Так, расписались по-тихому, а на медовый месяц отправились в Красноярск, где жили родители Кати. Те зятя одобрили и союз благословили. А еще подарили молодым кругленькую сумму. Подъемные, так сказать. Хватило на однокомнатную квартирку-студию. Не в центре, конечно, но все-таки отдельная жилплощадь.
Только Лидию Семеновну такой расклад не устраивал. Да, отдельное жилье — это хорошо. Но как теперь контролировать молодых и неопытных детей, если они живут у черта на куличках?
Первое время Лидия Семеновна наведывалась каждую неделю. Все хотела ткнуть Катю носом в грязную посуду, липкие полы и потемневшие от пыли окна. Но план провалился. Катя и Слава почти не разлучались: утром вместе в институт, вечером — за ручку домой. Вдвоем и над конспектами корпели, и домашние хлопоты пополам делили.
Так что придраться не получилось. Одно дело — высказать претензии невестке, и совсем другое — собственному сыну.
На какое-то время наступило затишье. Казалось, что Лидия Семеновна приняла выбор Славика. Но как только тот заявил, что мечтает о ребенке, скандалы вспыхнули с новой силой.
— Какие дети! — Лидия Семеновна тут же сорвалась на крик. — Вы сами еще дети! Сначала доучитесь!
— Мам, мы через полгода получим дипломы. Мне, кстати, предложили неплохое место. Помнишь, я на практике был? Вот теперь зовут на постоянку. Там крупное производство, большие перспективы. Зарплата достойная даже для новичка. Так что и доучимся, и детей родим. Не переживай.
— Катя, ну хоть ты ему скажи! Куда ты с пузом в институт пойдешь?
— Да ничего страшного. Как раз до родов успею защититься. У меня же муж — золото! Проблем с финансами не будет. Ну, если что… — Катя замялась: не обидится ли свекровь? — Если уж совсем туго будет, родители обещали помочь.
— Вот еще! Родители твои живут за тридевять земель! Хотите мне на шею повесить внуков? Раз вы такие самостоятельные, то на меня не рассчитывайте!
— Мамочка! Ты же знаешь, как я мечтаю о сыне! С восемнадцати лет!
— Да уж! Рано ты у меня повзрослел. Но это же блажь, пойми!
— Помнишь, как я братика просил купить? А ты не купила! — Славик рассмеялся и обнял мать, надеясь перевести разговор в мирное русло. — Мне так хотелось кого-то учить, наставлять. А теперь я взрослый, семейный человек. И хочу полноценную семью с красавицей женой, двумя сыновьями и лапочкой-дочкой. Что в этом плохого?
— Все! Начиная с жены, заканчивая лапочкой-дочкой.
Лидия Семеновна демонстративно хлопнула дверью. «Все должно быть так, как она сказала!» — как бы сообщал этот хлопок.
Катя и Славик ей не перечили. Вслух. А сами активно работали над продолжением рода. И Лидия Семеновна ничего не могла с этим поделать — дело молодое.
Только беременность никак не наступала. Катя не видела в этом проблемы, ведь они только начали. Не у всех получается вот так, с наскоку. А Славик переживал. Он был настолько одержим желанием обнять своего ребенка, что это стало навязчивой идеей. Словно торопился куда-то… боялся не успеть…
* * *
Летний дождь начался резко. От раскатов грома закладывало уши, а ослепительно-желтая молния заставляла сердце прятаться куда-то в пятки. Казалось, через секунду ливень сменится градом.
Люди торопились найти укрытие. Обычно такая гроза заканчивается быстро, достаточно немного подождать. И лишь один человек смело перепрыгивал через лужи. Он не боялся ни дождя, ни ветра — он спешил домой с важной миссией. Сегодня хорошее предчувствие не покидало его с самого утра, словно дома его ждут радостные новости! Вот только перейти дорогу, и…
Внезапно раздался громкий всплеск. Автомобиль въехал в лужу и обрызгал случайного прохожего с головы до ног. Приостановился, отряхнулся… Как вдруг — визг тормозов. Водитель встречной машины, на лобовое стекло которой обрушился поток грязной воды, не сразу заметил пешехода. Глухой удар. Темнота.
* * *
— Это ты виновата! — голосила Лидия Семеновна. — Это из-за тебя мой Славик стал калекой!
— А в чем моя вина? — Катя сидела оглушенная, растерянная, с сухими, блестящими глазами. — Когда Славика сбила машина, меня даже рядом не было.
— Так он спешил к тебе! Если б не пошел в дождь, то ничего бы не случилось.
— Лидия Семеновна, поверьте, я его не торопила.
— Так он сам спешил тебе тест на беременность принести. За двадцать минут до трагедии сообщение мне написал, что у него хорошее предчувствие, и нужно быстрее домой. Надеялся на чудо... Да не будет никакого чуда!
— Я не поняла, вы о чем?
— Не может Славик детей иметь. Генетическая проблема, осложненная в детстве воспалительным процессом.
— И вы ничего не сказали ему?..
— А зачем? Ты видишь, как он на детях зациклен. Я не хочу лишать его надежды. Пока. Пусть пытается. Рано или поздно придется смириться.
— Вы — чудовище! Славик должен был об этом знать! Да и я тоже…
— Я всегда была против ваших отношений и свадьбы. Хотела оттянуть момент, когда Славик заговорит о детях. А ты вцепилась в него. Сама виновата, что вот так все вышло!
— А в вашу светлую голову не приходила мысль, что за последние тридцать лет медицина шагнула далеко вперед? И то, что считалось безнадежным в вашу молодость, сейчас легко лечится? И что, возможно, диагноз Славика — это не приговор? Ему обследоваться надо было и лечиться, а вы тут устроили тайны мадридского двора. Только время потеряли. Как не стыдно?
— Ты меня не стыди. Это мой сын, и я сама решу, что для него лучше! — безапелляционно заявила Лидия Семеновна. — Так что не лезь. Иначе…
Не договорила — в коридоре появился врач. Новости были неутешительными. Состояние Вячеслава стабилизировалось, но вероятность того, что он навсегда останется прикованным к постели, высока.
Посещения разрешили спустя две недели. Катя очень хотела увидеть Славика, обнять, пообещать, что все будет хорошо! Но в палате ее ждал сюрприз в виде заплаканной Лидии Семеновны.
— Котенок, — прохрипел Вячеслав: медицинские трубки повредили горло, и говорить было тяжело. — Мне мама все рассказала.
— Ну, слава Богу! — Катя выдохнула. Меньше всего ей хотелось хранить глупые тайны недалекой свекрови.
— Какой у тебя срок? — Славик так пронзительно посмотрел на Катю, что та буквально онемела.
Какой еще срок?
— Да, Катя, я призналась Славе, что ты в положении, — вмешалась в разговор Лидия Семеновна.
— Что вы сказали?! — Катя сдерживала гнев только ради больного мужа, внутри же все кипело.
Лидия Семеновна цепко схватила Катю за руку, прошипела: «Славе нужен покой», — и вывела ее из палаты.
— Катенька, послушай! — и вдруг голос вечно недовольной, злобной старухи сделался умоляющим. — Славик так плакал, так страдал. Кричал, что раз он теперь бездетный инвалид, то и жить ему незачем. Ну, я и соврала про тебя…
— А когда мой живот не начнет расти, я что Славе скажу? Я же не беременна!
— Катюш, доченька… ну все же решаемо! Я придумала. Помнишь Женю, моего племянника? В детстве их со Славиком даже путали — настолько они похожи. Я поговорю с ним. Ну, чтобы вы того… Женя не откажет, поверь! Ты — девка видная. Забеременеешь, а Слава даже не заподозрит ничего!
— Вы мне предлагаете лечь в постель с чужим мужчиной?
— Это для нашего общего блага.
Катерина едва удержалась на ногах. Она чувствовала себя участницей дешевой мыльной оперы. Да что эта женщина возомнила о себе! Это что, временное обострение или ранний старческий психоз?
Катя выбежала из больницы. Нужно остыть, потому что еще минута в обществе этого человека — и она за себя не отвечает.
Так, глубокий вдох… Успокоились. Нужно решить, что же теперь делать? Как бы ей ни было паршиво от всего происходящего, Славе и того хуже. Сейчас его сознание наполнено иллюзиями, и что произойдет, когда они исчезнут? Нет, нужно немедленно с ним объясниться.
Катя вернулась в палату. Благо, Лидия Семеновна уже ушла.
— Котенок! — Славик хотел приподняться, но не смог. — Я так рад, что у нас все получилось. В тот день я спешил к тебе, предвидел хорошие новости. А случившееся, видимо, мой откуп за нашего ребенка. Ну и пусть. Теперь мы настоящая семья! Надеюсь, ты меня не оставишь?
— С ума сошел? — возмутилась Катя. — Я от тебя ни на минуту не отойду! Правда, мне нужно сказать тебе кое-что…
— Давай потом, Катюш. Хочу насладиться моментом… Насколько это возможно. Слушай, родная, а я и вправду задумался, что жить уже не стоит. Даже придумал план, как уйти быстро и безболезненно. Чтобы и тебя не мучить, и себя. Солнышко! Я обязательно встану на ноги! Клянусь! Теперь есть ради чего жить и бороться.
Катя опустила голову. Ну как она сейчас признается, что это все больная фантазия его мамы? Тупик… Или есть шанс?..
— Славик, я тебя очень люблю и всегда буду рядом. Вот только… Я хотела сказать… Мне нужно срочно уехать к родителям. На месяц. Может, чуть больше. Справитесь без меня?
— Это связано с беременностью? Или еще что-то случилось?
— Нет-нет. Все хорошо. Да, это связано… Я потом все расскажу. Милый, отдыхай. Мне пора бежать.
Катя знала, как нужно поступить. Правильно или нет — покажет время. Она достала телефон и спешно набрала СМС для свекрови: «Я сделаю все как надо»
* * *
Катя с улыбкой посмотрела на Славика, который держал ребенка на руках:
— Ну что, папаша, нелегко тебе приходится?
— Тяжеловато! — Славик прижал сына к щеке. — Интересно, в кого наш Андрюша такой пухленький?
— Не в меня, — Катя покрутилась, демонстрируя стройную фигуру. Она быстро пришла в форму после родов. Физически. А вот морально — нет.
Катерина любила мужа и мучилась, скрывая от него страшную тайну. Пришлось соврать о беременности, потом выдумать, что малыш родился недоношенным. Хорошо хоть Лидия Семеновна поддерживает и подыгрывает, иначе Катя сошла бы с ума.
Но счастливые глаза Славика не оставляли сомнений — она поступила правильно. Только благодаря этому Вячеслав сейчас самостоятельно сидит, держит сына на руках. Даже врачи не верили в такой исход. А может, он даже снова сможет ходить? Прошло ведь всего два года после несчастного случая, а уже такой прогресс. Нужно верить! Несомненно, вера и воля к жизни творят чудеса!
Только идиллия оказалась недолгой.
* * *
— Я всегда знала, что ты девица легкого поведения! — вместо приветствия выпалила Лидия Семеновна.
— Мама, ты с ума сошла? — Славик знал о непростых отношениях Кати и его мамы, но такие открытые оскорбления все равно шокировали.
— Не сошла, сынок! Смотри!
Лидия Семеновна протянула Славику положительный тест на беременность.
— О, вы уже в мусоре нашем копаетесь, — Катя сохраняла спокойствие, насколько возможно.
— А ты бы рот не открывала!
— Котенок, ты снова в положении? — на глазах Славы блеснули слезы радости.
— Да, родной. Но не думала, что ты так об этом узнаешь.
— Замолчи! Сынок, это не твой ребенок! И Андрюша тоже не от тебя! Я точно знаю!
— Это такая шутка?
— Нет, сынок. Помнишь, как ты бредил детьми? Только еще в детстве тебе поставили страшный диагноз… Ты бесплоден. А когда случилась беда, я попросила Катю… Забеременеть от другого, чтобы ты выбросил глупые мысли о суициде из головы. Это все ради тебя, сынок! Вот только твоя Катя… Как два года назад по мужикам пошла, так до сих пор не может остановиться! Что, если муж — калека, то можно по койкам чужим прыгать?
— Высказались? — Катя все так же сохраняла спокойствие — она была готова к этому разговору. — А вот теперь смотрите.
Катерина протянула папку с документами. Тайна наконец-то раскрыта.
— Славик, ты, действительно, не родной отец Андрюши.
— А кто родной?
— Не знаю. Я видела только некоторые личные данные, когда покупала его биологический материал в криобанке. Вот все подтверждающие документы. Когда твоя мать призналась, что скрывала от нас правду, я сначала отчаялась. Но потом поняла, что совместный ребенок спасет и тебя, и нашу семью. Лидия Семеновна предложила переспать с твоим двоюродным братом, чтобы малыш был на тебя похож. Естественно, я отказалась. Уехала к родным. Там уже обратилась в криобанк. Шансов было мало… Но все-таки у меня получилось забеременеть.
— Это какой-то сюр! — Славик обхватил голову руками — слишком много правды за одну минуту!
— Ладно, в тот раз ты повела себя достойно, — не унималась Лидия Семеновна. — Но сейчас-то от кого понесла?
— Не поверите! — теперь Катя дала волю эмоциям. — От Славика!
— Но он…
— Он здоровый полноценный мужчина. Моя беременность тому доказательство. А ваш диагноз — глупость и выдумка. И себя накрутили, и меня. Но прошлого не вернуть.
Слава растерянно перевел взгляд с жены на мать и обратно. Потом нахмурился, лицо сделалось тверже и спокойнее.
— Значит, так, мама. Слушай внимательно, чтобы не было никаких выкрутасов в будущем. Андрей — мой сын. И скоро я стану отцом во второй раз. Больше ничего знать не хочу. А теперь оставь меня с женой наедине.
* * *
В положенный срок на свет появилась Алина — точная копия Славика.
— Сыночек и лапочка-дочка есть, — Вячеслав прижал Катю к себе. Он уже мог недолго стоять — очередное чудо. — Для полного счастья нужен еще сын. Выдержишь?
— Ради тебя, любимый, я и не такое выдержу! Вот только сначала ты должен пробежать стометровку.
— Заметано! Врачи говорят — я и марафон пробегу, если все будет идти так хорошо. Ну, не сразу, конечно… Но тем лучше — у тебя будет время восстановиться и подготовиться к новой беременности.
По щеке Кати покатилась крупная слеза. Слеза счастья. Как хорошо, что в далеком прошлом она не испугалась и сделала правильный шаг. Теперь в ее жизни все будет как надо. Жаль, что Лидия Семеновна никак не может обуздать свою гордыню и разделить радость вместе с ними. Не верит, что стала бабушкой, ей будто проще цепляться за прошлое, где она — права, а Славик — неполноценный, а потому ее, только ее мальчик.
Ну и пусть, раз ей так легче. Рано или поздно она обязательно одумается. Катя искренне надеялась, что так и будет, и ей даже хватит сердца и доброты, чтобы принять ее в семью. А если даже и нет — у нее есть любимый муж и прекрасные дети, и ее нелегкое, но самое настоящее счастье.
Автор: Юлия Олеговна
Загадка для Марии
– Петровский, я пришел выразить тебе соболезнования в связи с твоим делом о торговле морфинами.
Если кто смотрел «Улицы разбитых фонарей», то он поймет: старший лейтенант Родин был просто вылитый Дукалис. Но вот его коллега капитан Алексей Петровский ни на одного персонажа культового сериала не походил. Он был высок, тощ, темноволос и без особых примет. Петровский поднял на Родина тоскующий взгляд. Тоску вызывал Эверест бумаг на столе.
– Ты хочешь сказать, что кому-то уже понадобились по этому делу результаты?
– Нет, я хочу сказать кое-что похуже. Пиши пропало – у тебя главную подозреваемую завалили!
Вот тут Петровский разом позабыл про бумажный Эверест. Он-то в основном состоял из разной нудной мелочевки, а вот дело о морфинах было куда солидней. И противней, да. Однако у него уже возникли надежды на то, что этот поганый клубок получится распутать. Кончик вроде как из клубка показался, в лице человечка одного. Женщины, точнее. Но если Родин сейчас не издевается...
– Васька, что ты несешь?
– Что узнал, то и принес! Буквально только что новость подъехала! У тебя по морфинам медсестра в разработке, правильно?
– Да, старшая сестра. Не скипидарь мозги!
– И зовут эту сестру Людмила Литвинова?
Петровский молча кивнул. Он уже понял, что Васька Родин и не думает издеваться, и дело швах. Родин развел руками:
– Пару часов назад Людмилу твою нашли у нее дома – мертвее не бывает. Полоснули по горлу чем-то очень острым, подробностей нет пока.
Петровский помянул нечистую силу и нелицеприятно охарактеризовал собственные отношения с судьбой. А что ему еще оставалось?
– И что, нападение неизвестных? – безнадежно поинтересовался он. Но Родин отрицательно покачал головой:
– По всему, бытовуха. Мужа взяли. Они там разводиться собирались, раздел имущества, то, се... Я ж говорю, подробностей не рассказывают, там и с осмотром места преступления не закончили пока. Но вроде как дело ясное – муж ее порешил. Вот такие бывают нехорошие случайности, друг!
Это Васька еще мягко выразился! Морфиновое дело одним махом развалилось подчистую! Ибо Людмила Литвинова, старшая сестра отделения кардиологии, действительно была тем самым «кончиком», потянув за который, он надеялся вывести на чистую воду шайку, промышляющую перепродажей «налево» специфических обезболивающих. Что действует не один человек, в том сомнений не было. Крупное довольно-таки дело.
С этими морфинами, выписываемыми отделению кардиологии под строгую отчетность, все было неясно. Вроде все бумаги оформлялись, как положено, пустые ампулы тоже сдавались согласно предписанию. Но даже Петровскому, от медицины далекому, было очевидно: похожих ампул можно найти великое множество, и никто их особо не проверяет. Сошлось число стекляшек с данными отчета – и порядок. А что несчастным инфарктникам колют и куда на деле морфины уходят – другой вопрос.
Старшая сестра имела самое прямое отношение к учету морфинов. Уже поэтому она не могла не привлечь внимания капитана Петровского. И вот пожалуйста – ссора с мужем, очень острое лезвие, бытовуха, и извольте, капитан Петровский, начинать все по новой!
А следы-то стынут, а виновные-то пути отхода торят! Так что готовьтесь, капитан: вам светит новый глухарь. Упитанный такой, солидный. . .
. . . ДОЧИТАТЬ>>