Найти в Дзене

Нежданное наследство или гребень силы и домовой в придачу (24). Короткие рассказы

Начало Я стояла перед Иваном Сергеевичем, чувствуя, как холодный воздух лапает мою кожу. Он ухмыльнулся в свою бороду и махнул рукой. — Проходи в дом, — наконец произнёс он, протягивая мне старое, пахнущее нафталином пальто с вешалки. — Негоже стоять на пороге в таком виде. Комната, в которую он меня повёл, оказалась небольшой, но уютной. Пожелтевшие фотографии на стенах хранили память о других временах. Старый дубовый стол, покрытый кружевной скатертью, занимал почти всё пространство. В углу стоял шкаф с книгами, а на подоконнике цвели герани. — Лидия Семёновна... — начал Иван Сергеевич, усаживаясь в кресло. — Ей верить нельзя. Они с твоей бабушкой были близкими подругами. Но она всегда завидовала ей. Шура купила новый телевизор, и ей надо, Шура начала ремонт делать, и ей надо, Шура дом внучке отписала, и ей надо. А теперь положила глаз на Игоря. У неё, видишь ли, внучка взрослая, а Игорь — завидный жених: квартира, машина, хорошая работа. Как она такую добычу тебе отдаст? Она всю жиз

Начало

Я стояла перед Иваном Сергеевичем, чувствуя, как холодный воздух лапает мою кожу. Он ухмыльнулся в свою бороду и махнул рукой.

— Проходи в дом, — наконец произнёс он, протягивая мне старое, пахнущее нафталином пальто с вешалки. — Негоже стоять на пороге в таком виде.

Комната, в которую он меня повёл, оказалась небольшой, но уютной. Пожелтевшие фотографии на стенах хранили память о других временах. Старый дубовый стол, покрытый кружевной скатертью, занимал почти всё пространство. В углу стоял шкаф с книгами, а на подоконнике цвели герани.

— Лидия Семёновна... — начал Иван Сергеевич, усаживаясь в кресло. — Ей верить нельзя. Они с твоей бабушкой были близкими подругами. Но она всегда завидовала ей. Шура купила новый телевизор, и ей надо, Шура начала ремонт делать, и ей надо, Шура дом внучке отписала, и ей надо. А теперь положила глаз на Игоря. У неё, видишь ли, внучка взрослая, а Игорь — завидный жених: квартира, машина, хорошая работа. Как она такую добычу тебе отдаст? Она всю жизнь с твоей бабушкой соревновалась, только Шура этого не замечала. Хоть в чем-то она должна быть первая? Какие мы охотники на ведьм? Кому ты веришь-то, Тасенька? Если бы оно так было, дал бы я тебе святой воды? Ходил бы к тебе в гости?

Я слушала Ивана Сергеевича и понимала, что старушка не так уж и проста, как кажется с первого взгляда. А может Иван Сергеевич отводит от себя подозрения таким образом. Верить нельзя ни той, ни этому… Дверь резко открылась, и в комнату вошёл Игорь. Его взгляд жадно пробежался по мне, задержавшись на полотенце.

— Встречать меня в экстравагантных нарядах — твой конек, — усмехнулся он, и его голос резанул меня по сердцу.

Внутри всё сжалось от стыда. Я резко поднялась и сбросила с плеч пальто.

— Извините за беспокойство, — произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Всего доброго.

С гордо поднятой головой я вышла из дома, придерживая полотенце. Холодный ветер хлестнул по разгорячённой коже, но я не позволила себе дрогнуть. Игорь пошёл было за мной, но остановился на пороге.

Мы с Натальей сидели на кухне. Фимка и Захар, суетились вокруг, создавая такой переполох, будто готовили завтрак для целого полка.

На столе красовалось всё: от пышных оладий с мёдом до румяных блинчиков с творогом. В центре гордо возвышалась огромная тарелка с варёными яйцами, которые Фимка, видимо, решил украсить по-своему – каждое яйцо было обвито зелёным луком так замысловато, что напоминало маленьких ёжиков.

— Это что за чудо-юдо? – не удержалась я, указывая на "ёжиков".

Фимка, услышав мои слова, мгновенно затушевался и пробормотал:

— Это... это новая подача! Модная! В лучших домах так подают!

Захар, не удержавшись, фыркнул и едва не уронил кастрюлю с кашей.

— В лучших домах, говоришь? – усмехнулась Наталья. – А не в доме ли Бабы-яги, часом?

Домовые переглянулись и, кажется, надулись. Но их обида длилась недолго – Фимка вдруг споткнулся о свою же ногу и с грохотом уселся на стул, вызвав у нас с Натальей приступ хохота.

— Да уж, – сквозь смех проговорила я, – с такими поварами и врагов не надо!

Захар, пытаясь спасти ситуацию, взмахнул руками, и все тарелки сами начали наполняться едой. Правда, моя чашка с чаем почему-то оказалась на голове у Фимки, но мы решили, что это тоже своего рода искусство – чайный душ по-домовому.

Завтрак проходил в весёлой атмосфере. Домовые, несмотря на все свои проказы, старались изо всех сил, а мы с Натальей наслаждались не только едой, но и их забавными выходками. Особенно умиляло, как они, словно маленькие дети, соревнуются за наше внимание и похвалу.

— Ну что, – сказала Наталья, откидываясь на стуле, – не каждый день удаётся позавтракать в компании домовых-кулинаров!

Фимка и Захар, услышав это, переглянулись и, кажется, решили, что это высшая похвала. А я подумала, что такой необычный завтрак запомнится мне надолго – особенно эти "ёжики" из яиц и лука.

Весь день мы с Натальей провели в моей комнате, укрывшись пледом и смотря старые фильмы. Время тянулось невыносимо медленно, а я то и дело поглядывала в окно, ожидая, когда же небо окрасится в багряные тона заката. В воздухе витало предвкушение ночной вылазки, и сердце то замирало, то начинало биться чаще. Настырно лезущие в голову мысли об Игоре и двух пенсионеров я отгоняла куда подальше, с делами сердечными можно разобраться позже.

К вечеру мы начали собираться. Захар, ворча, появлялся то тут, то там, пытаясь нас отговорить.

—Д.у.р.ы вы, девки! Нечисть там водится, пропадёте! – причитал он, качая головой. Но мы были непреклонны. Наталья только усмехалась, а я чувствовала, как внутри растёт уверенность – мы должны это сделать.

Перед выходом Фимка как обычно обнял меня у порога. Его тёплые руки слегка дрожали, а шёпот о том, что он верит в нас и желает удачи, заставил моё сердце забиться чаще. В его глазах я увидела искреннее беспокойство, и на мгновение заколебалась – может, и правда стоит отказаться? Но нет, мы должны были это сделать. Я посмотрела на подругу с немым вопросом в глазах и она, будто прочитав мои мысли, утвердительно кивнула головой.

Обходной путь до моровой могилы пролегал через лес. Осенняя погода не радовала – холодный ветер пробирал до костей, а редкие капли дождя начинали барабанить по листьям. Мы шли осторожно, стараясь держаться в тени деревьев.

Устроившись в небольшой ложбинке, мы затаились. Время тянулось бесконечно. То и дело я косилась на холм, затем на полную луну, которая заливала всё вокруг призрачным светом. Каждый шорох заставлял нас вздрагивать – то ли ветер в ветвях, то ли кто-то живой крадётся поблизости.

Страх и возбуждение боролись во мне. С одной стороны, хотелось убежать как можно дальше, с другой – любопытство и желание узнать правду гнали вперёд. Наталья, заметив моё состояние, тихонько шептала ободряющие слова, напоминая план действий.

Мы сидели, вжавшись в землю, и ждали. Ждали, когда наступит тот самый момент, ради которого мы здесь оказались. Ждали, когда тайна наконец-то раскроется.

Мы с Натальей уже начали отчаиваться. Сидели в этой проклятой ложбинке, где каждая веточка казалась живой, а каждый шорох заставлял сердце замирать. Время тянулось медленно, как патока, и я уже подумывала, что всё это было пустой тратой времени.

Ветер начал усиливаться, принося с собой запах тлена и сырости с кладбища. И в сгустившейся тьме появилась первая машина – она подъехала без огней, словно призрак из преисподней.

За ней последовали ещё несколько. Из них выходили люди в чёрных сутанах, их лица скрывали глубокие капюшоны. Они двигались молча, методично доставая из багажников какие-то предметы и складывая их у подножия холма.

Наталья заскулила от страха, прижав ладони ко рту, чтобы не выдать нас своим плачем. Я чувствовала, как её тело дрожит рядом со мной, как холодный пот струится по спине, как люди у холма были возбуждены до предела.

Они начали свой ритуал. Сначала раздались монотонные песнопения на языке, которого я не понимала, но который отзывался в моей душе ледяным ужасом. Затем они выложили на земле какой-то сложный узор из свечей и кристаллов. В центре этого круга они положили что-то, накрытое чёрной тканью.

Внезапно ветер усилился до ураганной силы. Деревья скрипели и стонали, словно живые существа в предсмертной агонии. Луна скрылась за тучами, погружая всё вокруг в кромешную тьму.

И тут Наталья чихнула и раскрыла нас… Люди в сутанах синхронно повернулись в нашу сторону, хотя нас не было видно. Они начали расходиться в разные стороны, методично обыскивая территорию.

Страх парализовал меня. Я не могла пошевелиться, не могла дышать. Но где-то глубоко внутри я знала, что должна действовать. Собрав остатки сил, я прошептала заклинание невидимого купола, окутывая нас защитным пологом.

Они бродили вокруг нас, буквально в нескольких шагах, но не могли нас увидеть. Их глаза, шарили по кустам, искали нас, но купол держал. В итоге они вернулись к подножью холма. 

Ритуал завершился быстро. Они сделали своё чёрное дело, и машины одна за другой покинули место. Но я ещё долго не решалась выйти, глядя на тлеющие огоньки свечей, танцующих на ветру.

Мы смогли выбраться из ложбинки, только когда пламя погасло и не было слышно шума моторов. 

Мы выбрались из укрытия, холодный ночной воздух обжег мои легкие. Луна, словно подглядывая за нами, пряталась за рваными облаками. Холм виднелся впереди – темное пятно на фоне бледного неба.

Наталья шла первой, её силуэт казался размытым в темноте. Я старалась не отставать, но ноги словно налились свинцом. Где-то вдалеке заухал филин, и я вздрогнула – его крик пробрал до костей.

Чем ближе мы подходили, тем отчетливее я видела, что земля вокруг взрыхлена, кто-то недавно копал. А потом я заметила странный свет, похожий на голубоватое сияние. Он исходил из-под земли, словно там горел какой-то потусторонний огонь.

Наталья остановилась и подняла руку, призывая меня к тишине. Я прислушалась и услышала – тихое, едва уловимое пение. Кто-то бормотал невнятные псалмы, но голос был неестественным, будто принадлежал не человеку.

Мы осторожно приблизились к краю могилы. То, что я увидела, заставило волосы на затылке встать дыбом. В земле, в центре проведения ритуала, зияло отверстие, и оттуда поднимался странный туман – он извивался, как живое существо, и блестел, словно фарфоровая змейка.

Наталья достала крестик и перекрестилась. Туман, казалось, отреагировал на это движение – он заклубился быстрее, принимая форму человеческой фигуры. Я почувствовала, как что-то холодное коснулось моей щеки, и в этот момент из тумана сформировалось лицо – детское,бледное, искаженное гримасой боли.

Оно открыло рот, и оттуда вырвался нечеловеческий вой. Я не могла пошевелиться, словно парализованная этим зрелищем. Наталья, дрожа всем телом, начала читать молитву – её голос дрожал, но становился все тверже.

Туман начал рассеиваться, фигура растворялась в воздухе. Но перед тем как исчезнуть окончательно, она указала куда-то вниз, в глубину могилы. Я заметила что-то блестящее – это был маленький золотой крестик.

Мы бросились прочь оттуда, не оглядываясь. Я слышала, как что-то шуршит за нами, словно кто-то невидимый спешит следом. И только оказавшись на безопасном расстоянии, я смогла вздохнуть свободно. Но ощущение чьего-то пристального взгляда так и не покидало меня до самого дома.

В эту ночь мне приснилась она, девочка в белом платье…

Продолжение следует…

Друзья, не стесняйтесь ставить лайки и делиться своими эмоциями и мыслями в комментариях! Спасибо за поддержку! 😊