Вспоминал я недавно по случаю Викентия Вересаева (1867-1945), и вот опять. Не знаю, касалась ли самого Викентия Викентьевича эта заметка из книги "Записи для себя": Умное лицо получается у человека не оттого, что он умён, а только оттого, что он много думает.
Я знаю нескольких женщин: у них очень хорошие, вдумчивые, умные лица, а сами они — глупые; но они серьёзно относятся к жизни, добросовестно вдумываются в неё.
Знавал я одного критика. Редко можно было встретить такого тупого человека. Но он добросовестно ворочал своими воробьиными мозгами, и лицо у него, без всякого спора, было умное.
А вот у Декарта и Канта лица совершенно дурацкие. Видно, думалось им очень легко. Из контекста (или без контекста) непонятен критерий дурацкости лица у Декарта и кого-либо ещё, но — Вересаев имеет право. Он автор, он так видит. И ещё из той же книги: В человеческой глупости есть свои незыблемые законы.
— Трамвай идёт только до Арбатской площади!
Из десяти человек один, по крайней мере, обязательно с