Иконографический тип «Всех скорбящих Радость» возникает в конце XVII века под влиянием западноевропейской живописи. Богородица изображается в полный рост, стоящей на облаке в сиянии, с короной на голове. Она может быть представлена с Богомладенцем на левой руке или без Него, окруженная группами страждущих, больных, плененных и обездоленных людей. Они протягивают к ней свитки с молитвами, обращаясь к Богоматери как к избавительнице от всех бед. Голова Богородицы слегка склонена влево, правая рука опущена и отведена в сторону или указывает на Богомладенца.
В процессе своего развития иконография «Всех скорбящих Радости» не приобрела единой устойчивой композиции и существует в различных вариантах. Известно о чудотворной иконе «Всех скорбящих Радость» 1680-х годов, находившейся в московской Преображенской церкви на Ордынке. После переезда царского двора из Москвы в Петербург царевна Наталья Алексеевна, сестра Петра I, взяла с собой аналогичную икону. Оба образа почитались как чудотворные, и с них создавались литографические изображения, которые служили образцами для новых списков и иконографических изводов.
Петербургская икона отличается от московской несколькими важными деталями. Во-первых, и Богоматерь, и Младенец держат в руках четки, что объясняет жест правой руки Марии. Во-вторых, в верхней части иконы, в облаках, изображен Господь Саваоф, а не Новозаветная Троица, как на московской иконе. Кроме того, на петербургской иконе Богородица стоит на полумесяце. Самое главное отличие заключается в отсутствии изображения страждущих. Распространению московского варианта иконографии способствовали гравюры, выполненные в XVIII веке с чудотворного образа.
В основе композиции, вероятно, лежат тексты богородичных молитв, среди которых наиболее точно соответствует содержанию иконографического типа стихира из Октоиха: «Всех скорбящих радосте, и обидимых предстательнице, и убогих питательнице, странных же утешение, и жезле слепых, немощных посещение, труждающихся покрове и заступнице, и сирых помощнице, милости Бога вышняго, Ты еси Пречистая: потщися, молимся, спастися рабом Твоим» (глас 2, стихира на стиховне в субботу на малой вечерне). На иконах часто встречаются надписи, представляющие собой вариации этой стихиры.
Возможно, в качестве литургической основы иконографии «Всех скорбящих радость» был использован текст, который поется на вечерне в Великий Пост.
Насколько широко распространенным в XVII в. стал богородичный мотив заступничества и дарования страждущим утешения, например, показывает зачин одной из речей свт. Димитрия Ростовского, где Божья Матерь названа «небесных дарований неоскудным богатством», от которого все «с верою и благоговением приходящии неоскудно по своим прошением восприемлют подаяния: слепи очесам своим прозрение, глусии ушесам слух, немии языку глаголание, хромии ногам силу хождения, безруким рукам удобство делания; коим либо недугом болящии скорое и совершенное исцеление приемлют: беснии от лукавых демонов совобождение, плачущии утешение. Кающиися душевных недугов истребление, еже есть всяких согрешений прощение». На особую роль произведений свт. Димитрия Ростовского в сложении и популяризации иконографического типа «Всех скорбящих Радость» косвенно указывает один интересный факт: на некоторых иконах этого типа фигура святителя изображена на полях.