Историческое распространение хариуса можно проследить по названиям этой рыбы у народностей. Я насчитал около полусотни имен хариуса только по Северам.
Систематически он относится к лососевым. Мясо имеет белое, предположим: потому что не выдержал конкуренции с полупроходными рыбами и престал скатываться в моря и креветками питаться. И стал жителем холодных, чистых, быстрых верхних вод. Переняв у них и свой «характер» – быстрый, чистый и холодный.
Версию в том, что ранее хариус ходил в моря можно поискать в древних книжках, где утверждается, что в близости арктических морей достигал хариус 7-8 кг. веса. На насекомых в краткое северное лето так разъесться не получится.
Питание хариуса ограничивается: икрою собратьев, насекомыми, что несет поток, ручейником, улитками, подкаменщиком, где он еще есть, крупный нарочно охотится на мышь. На прибрежного гольяна, кажется, специально не охотится. Малька собратьев и сиговых ловит.
По убывающим предпочтениям (разговор о крупном хариусе, от килограмма) – подкаменщик, мышь, ручейник, насекомые.
Промысел хариуса.
Хариус рыба, теряющая вкусовые качества очень быстро. До потребителя промысловый хариус ранее доходил в соленом и копченом виде. Однако для копченого он недостаточно жирный, а для соленого – на любителя. Пойманный весной он постный, и сохраняется в рассоле и леднике до осени, но вкус при сильном солении имеет специфический – вкус соли.
(Как-то сезон промышлял я со старым рыбаком, который сознался, что пряную селедку предпочитает хариусу. Реально, братцы, селедка лучше. Хорош хариус, пожалуй, только малосолым. В ухе неплох, но не жирён, однако летом можно собрать жиры с желудка/ печени и кишечника. Но жаренный он лучше.)
Так вот. Застал я время, когда после нереста хариуса планово отлавливали. А до нереста не ловили*, то есть сотни любителей зимней рыбалки не утюжили лед в поисках зимовок этого почти лосося. Позволяя нагулять икру подо льдом. А с распаления льда бригады ждали температуры воды +7,5 °С (кажется), давая тому отнереститься.
Да, собственно, и утюжить было не на чем – снегоходы стали внедряться в тайгу в середине семидесятых.
Технология промысла была такой: после нереста, пока вода мутнá и стала высокá, а лед, выдавленный ледоходом с берегов унесло, сети с ячеей 45-40 мм ставились во все входы в старицы, за острова и тихие (без «проноса») места на реке. Проверялись сети часто.
Рыба засаливалась, или по правилам, на сухую, поротым брюшком вверх, засыпая серой крупной солью и укладывая слоями накрест. Или же доставлялись на базу, обкладывая льдами, добытыми из стариц, которые очищались ото льда, едва в июне. А себе кто ловил, и живьем рыбу пускали во фляги с тузлуком.
(Скрывать не стану, на корм клетошным норкам и лисицам уходила только сорная рыба. Хариус был на продажу, хотя в задании стоял как корм пушным. Сорная рыба обкладывалась льдом, доставлялась на базу, бывало, дважды в день. Рекой удобнее – один возчик собирал со всех бригад улов).
Промысел тот был стабильным, давал достаточно хариуса, года до 82-85-го, потом появился сбыт икры и весенней постной лежкой рыбы, и ловля хариуса происходила с распаления льда – налево, после нереста – направо, летом на любителя, и кем попало. Плавунами, неводом, десятками мушек на кораблик, загоном в сети, да как угодно. Осенью хариус доставался неводом после того, как спускался на зимовальные ямы. Поскольку первым спускался мелкий, то и улов осенний был сплошь из мелочи. Крупный хариус спускался уже по хорошей шуге. И при забитых шугою ямах. Это точно - проверено.
Бреки брали хариуса круглый год. Весной из подо льда. По открытой воде всеми способами, неводом осенью, даже по шуге кололи, сплывая на плотах, но это скорее спорт, чем промысел.
Во времена до социалистической революции хариус и вся иная рыба (на продажу) доставалась из-под первого льда неводом. Когда устанавливались устойчивые морозы. С ближайших зимовальных ям. Продавалась купцам, которыми могла засаливаться для пущей сохранности при долгой зимней (даже) транспортировке. (Соль была дорогА, потому крестьяне сами рыбу не солили).
И сейчас, хариус все еще обычен, а местами обилен. Несмотря на бреков, транспорт, отменный вкус (пока свежая), и многочисленных врагов.
Предположим причины, по которым хариуса стало меньше, по очереди - вследствие:
а) появления лодочных моторов (50-60 годы), которые позволяли проникнуть до мест нереста,
б) развития транспорта, и «освоения» Северов, когда появилась возможность сбыта икры и рыбы (60-80 гг),
в) появления снегоходов (многочисленных и в частной собственности), которые позволяли удлинить сезон лова икряного хариуса, который после зимней спячки берет все подряд (90-00 гг),
г) появление транспорта на подушках, проходимого в любые сезоны года во все места обитания хариуса (10-е г. - и н.в.),
д) развития частного вертолетного извоза групп ловцов, которым надо окупить вертолет, потому в дело идет любой способ, включая химикаты (90-е - н.в.)…
е) и лишь опосредовано - охраны хищников, в частности тайменя, который большой любитель всего, что движется. Хотя, отдадим должное, таймень же и загоняет хариуса в недоступные для рыбаков места, что благо для популяции того. И даром что всё харьюзовое население верховьев ручьев израненное, зато живое, шустрое, живучее и активное. Истинные бойцы.
Щука тоже враг, и часто срезала рыбакам блесны, когда те пытались взять хариуса блесной под перекатами…
Итого: рыба эта не промысловая, потому что не стайная. Потому уязвима лишь вследствие загрязнения среды.
*- кстати, не оттого ли промысел был стабильным многие годы, что хариуса начинали отлавливать после нереста и икра сохранялась на нерестилище, а не была поедена этим любителем икры?