Начало:
Предыдущая глава:
Для ремонта нанял бригаду из четырёх человек. Они управились за две недели. Всё же квартира однокомнатная. Поменяли пол. Вернее сделали тёплый пол. Поэтому радиаторы отопления не понадобились. Старые, чугунные ещё 60-х или 70-х годов, которые плохо грели, так как все забились, просто сняли и выкинули. Фирма по установке окон заменила старые деревянные, все рассохшиеся фрамуги, которые плохо открывались. Поставили стеклопакеты. Сменили всю сантехнику. Ну и я сказал, чтобы вынесли на помойку всю старую мебель. Конечно, перед этим посоветовался с Еленой. Сначала она не хотела.
- Ром, ты и так потратился.
- Лен, если ты хочешь начать жить заново, то от всего старого, с чем связанны не самые лучшие воспоминания, надо избавится. Поверь, так будет лучше.
В итоге она согласилась. Забрала оттуда только фотографии со своей покойной дочерью. Их было немного. Несколько штук. А других фотографий у неё вообще не было. Она была сирота из детского дома. Её свадебные фотографии с Родионом остались в его квартире. И он их скорее всего уничтожил. А ещё забрала маленького медвежонка, мягкую игрушку. Это всё, что осталось от её дочери. Её единственная и любимая игрушка. Она стояла по середине комнаты и прижимала медвежонка к груди. закрыла глаза. В них стояли слёзы. Я подошёл к ней, обнял её. Мы молчали. Слова были не нужны. Потом я спросил её:
- Лен, тебе нужно отпустить всё это.
- Я знаю, Рома. Я уже отпустила. Мне уже не так больно. Просто, я никогда её не забуду. Она останется у меня здесь, в моей душе, в сердце. - Лена положила правую ладошку на левую сторону груди.
- Конечно. Потому, что она была частью тебя.
Заодно я обновил её гардероб. Она, конечно, отказывалась, но я настоял.
- Лен, вот скажи, как я буду себя чувствовать и выглядеть в глазах других, если ты будешь идти со мной рядом в своих стареньких туфельках? А сапоги твои? На них без слёз смотреть нельзя. Что обо мне скажут? Что я сквалыга? Что экономлю деньги на своей женщине?
- Ну почему сразу экономишь? Можно в ремонт отдать, их починят. Потом кремом почистить... - Лена посмотрела мне в глаза и замолчала. Я молча покачал головой, взял её сапоги, вышел во вдор и выкинул их в мусорный бак. Мы как раз вновь приехали к ней в квартиру, уже когда ремонт был сделан окончательно. Елена ходила по ней и улыбалась. Стены были в светлых тонах. Мебели ещё не было. Как в комнате, так и на кухне. Зашла в туалет. Потом вышла. Смотрела на меня.
- Нравится?
- Да. Знаешь, я всегда, всю свою жизнь экономила. Это уже въелось в меня. Я наверное сама стала сквалыгой, как ты выразился.
- Тогда давай будем отучаться. Нам сквалыги не нужны. Но это не значит, что надо кидаться в другую крайность и становится транжирами. Бережливость, это хорошо. Но бережливость в меру. Надо знать, что тебе действительно нужно. Знать свой стиль, свой вкус. Исходить из этого. Выбирать тщательно ту же одежду, обувь. Покупать надо то, в чём тебе будет удобно и комфортно. И лучше потратить деньги на одну хорошую вещь, чем столько же на кучу ненужных, но дешёвых, которые ты, в итоге, и носить не будешь. У тебя, Лен, прекрасная фигура. Тебе будут идти, как классические наряды, например вечерняя мода, так и одежда для спорта и отдыха. Только надо знать, что именно тебе лучше всего идёт.
- Знаешь, никогда не задавалась этим вопросом. Покупала одежду исходя из бюджета, который у меня был. Мне было не до изысков и эксклюзивов. Одевалась в секонд-хэнде. Или брала что-нибудь на распродажах. И для дочери тоже самое.
Да, мы жили с ней вместе, спали в одной кровати, но разговоров пока о чём-то большем у нас не было. Мы оба всё понимали. Да она и сама не претендовала на что-то большее. Мы часто с ней уезжали куда-нибудь на природу. Там бродили среди сосен и берёз. Один раз в конце августа поехали с ней за грибами. Она мне призналась, что ни разу не собирала грибы. А я знал, где хорошие поляны. Грибы я любил, не только готовить из них, но и собирать.
- Ромка, смотри какой гриб красивый. - Кричала она и бежала ко мне. Я с улыбкой смотрел на то, что она нашла, качал головой.
- Лен, гриб красивый, только не съедобный. Хотя если его съесть, можно глюк мощный поймать. Говорят шаманы такие грибы едят, чтобы с духами предков общаться в нирване. Я надеюсь, что ты не хочешь пообщаться с духами предков?
Она смотрела на меня шокированным взглядом.
- Что правда?
- Клянусь пятками Святого Дунстана.
- Ты шутишь?
- Нет. На полном серьёзе. Так что лучше выбрось его. И пойдём, я тебе покажу настоящие грибы. Белые. Вон там их семейство целое.
Рыжики и грузди я солил. Опята мариновал. Белые, подосиновики и подберёзовики жарил с картошкой и мясом. Варил грибной суп. Елена с удовольствием всё это ела, закатывала глаза и говорила, что это очень-очень вкусно.
Аля долго находилась в пограничном состоянии. Ей то становилось лучше, то хуже. Но, в конце концов, её состояние стабилизировалось. Кризис миновал и она медленно пошла на поправку. Я ходил к ней. О ней заботились, делали массаж. Ведь я платил отдельно за хороший и качественный уход. Даже кормил её, когда приходил в обеденное время. Кормил из ложечки, так как она была ещё слаба. Как-то она попыталась заговорить со мной, но я покачал головой.
- Аль, ты ещё не готова к разговору. давай позже, когда ты окрепнешь. А сейчас лучше помолчим. - Говорил ей, кормя её. - Ешь давай. Тебе надо набираться сил. А то худая такая, как атомная война.
- Я страшная стала?
- Аль, болезнь никого не красит. Но ты ещё молода и молодость своё возьмёт. Не всё, конечно, но возьмёт. - Она всё понимала. Когда я уходил, она всё же спросила:
- Рома, ты знал? - Я понял, что она спросила меня про их отношения с Родионом. Я смотрел ей в глаза. Ничего не ответил. рано ещё.
- Отдыхай. Тебе надо поспать. - Только лишь сказал ей.
Ни я, ни она больше не говорили о том, что случилось. Я постоянно находился на связи с её лечащим врачом. Спустя ещё месяц, когда Аля более-менее окрепла, во время моего посещения, всё же решилась:
- Рома, я так не могу. Давай поговорим? - Я сел рядом с её постелью.
- Ты уверена, что тебе именно сейчас нужен этот разговор?
- Да. Уверена. Я хочу поставить все точки над i. Иначе я сойду с ума.
- Ладно. Давай поговорим. Ты меня как-то спросила, знал ли я? Знал ли я про тебя и твоего гинеколога? Конечно знал. Ты забыла кто я? Моя основная работа, это взлом банковской и иной защиты. Недавно мы провели по договору с МВД взлом их серверов. А это не куличики в песочнице лепить. Сама понимаешь. А уж взять твой гаджет и его под свой контроль для меня вообще не представляло никакой проблемы. Вся ваша переписка, ваши разговоры по сотовому и в сети были под моим полным контролем.
- С какого времени?
- С того самого, когда перестал целовать тебя в губы.
- Почему же ты молчал? Почему ты делал вид, что всё хорошо?
- Почему молчал? Потому, что готовился к разводу. А почему делал вид? Так ты начала со лжи. Превратила наш брак в клоунаду. Ну что же. Тогда я тебя в этом поддержал. Одна ложь рождает две другие лжи. Это как гидра, отруби у неё голову, вырастут две новых, более опасных и изощрённых. Так ведь, Алька?
Она промолчала. На глазах появились слёзы.
- Значит ты знал, что ребёнок не твой?
- Знал.
Некоторое время мы молчали. Она отвернула лицо к окну. Я тоже молчал. Потом она вновь посмотрела на меня.
- Прости меня, Рома. Я... Я так хотела ребёнка. А ЭКО... Я боялась его. Ведь много случаев, когда ЭКО не помогает. А женщина уродует себя. И может сделать только хуже. Особенно если попытки неудачные. Когда вроде получилось, а потом выкидыш. Я этого боялась.
- И он убедил тебя, что лучше сделать всё естественным путём. Так больше гарантий. Тем более, ты была здорова.
- Да.
- Понятно. А знаешь, у тебя получилось, естественным путём.
- Получилось, Рома. Но он вдруг стал требовать, чтобы я ушла от тебя, так как он хочет воспитывать своего ребёнка. Скрининги показывали, что ребёнок... - Она всхлипнула, но быстро взяла себя в руки. - Что ребёнок развивается хорошо. Никаких отклонений нет.
- Конечно, нет. И не могло быть. А ещё он говорил тебе, что ты имеешь право на мои активы, мой бизнес. Так ведь.
- Говорил. Но я отказывалась, Рома. Правда.
- Конечно, по началу отказывалась. Но он умел убеждать. Так что Алька, это было только лишь вопросом времени.
- Нет, Ром...
- Да, Аля. И ты, и я это оба знаем. Знаешь в чём гримаса судьбы или проведения? Даже больше злая усмешка судьбы? Из всего стада самцов-осеменителей... Что, Аль, разве не так? Тебе нужен был донор, то есть осеменитель, который смог бы зачать в тебе ребёнка, раз у мужа не получалось.
- Да, Рома, ты прав. Донор. Осеменитель, как бы грубо и жестоко это не звучало. - Согласилась она.
- Ну вот, ты и сама это всё понимаешь. Насчёт самцов. Из всего большого стада, ты выбрала, уж извини, самого... Как бы тебе это сказать помягче... Дефективного.
- Что значит дефективного? Ты о чём, Роман?
- Знаешь почему он развёлся со своей первой женой? - Задал я вопрос.
- Она ему изменила и забеременела от другого мужчины.
- Это он тебе так сказал. Но тут всё гораздо хуже, Аля. Его жена не изменяла ему. И ребёнок, родилась девочка, это был его ребёнок. Он оказался больным. Через полгода после рождения у малышки проявились симптомы генетического заболевания. Очень редкого. Знаешь что-нибудь о синдроме "ребёнка-бабочки"? По научному эта болезнь называется буллёзный эпидермолиз. На кожном покрове выступают пузырьки, идёт эрозия кожного покрова и слизистой оболочки. Кожа становится чувствительной к самым незначительным механическим повреждениям. Ты понимаешь, что это такое? От этой болезни нет лекарства. Исцеление не возможно. Он как только узнал об этом сразу выгнал жену с ребёнком из своей квартиры. Обвинил её в измене и что ребёнок не его. Что она перенесла, это даже не возможно представить. Более года назад девочка умерла. Не выдержало детское сердечко.
- Что ты кое говоришь, Рома? Что ты хочешь сказать?
- А то, что он знал, что такое может случится с его ребёнком. Знаешь почему? Всё дело в том, что Родион был носителем этого заболевания. Сам им не страдал, но вот своему ребёнку мог это передать. Нет, у него был шанс, что ребёнок мог родится здоровым. Раз на раз не приходится. Тут пятьдесят на пятьдесят. Но в любом случае ребёнок мог сам стать носителем этого заболевания. - Я достал сотовый. Вывел на экран сканы. Передал телефон Альке. - Это сканы с его медицинской карты. Почитай. Там это указано. И он знал об этом. Но надеялся пусть не с первой, то с десятой попытки всё же получить здорового ребёнка. А что будет с другими детьми, которые родятся благодаря ему больными, его это мало волновало.
- Этого не может быть. - Алька побледнела.
- Может, Алина. Ты читай. Это официальный медицинский документ. - Алька читала, потом опустила руку с мобильников, закрыла глаза.
- Боже мой. Как он мог?...
- Мог, ещё как мог. Но знаешь что, Аля. Это даже не самое главное.
Она убрала ладошки от лица. Оно было у неё мокрое.
- Что же может быть ещё главнее этого?
- Есть ещё то, что главнее этого. Но я не уверен, что тебе сейчас это надо узнать.
- Говори, Рома. Я хочу знать всё. Раз сказал "А", говори "Б".
- Хорошо. Когда ты попала с ним в аварию...
- Рома я...
- Аль, - перебил её, - я не хочу знать, почему ты оказалась в его машине и куда вы ехали. Это уже важно. Совсем. Так вот, я приехал в больницу спустя два часа после аварии. Дождался пока операция закончится. Узнал, что ты потеряла ребёнка. Тогда я попросил врача дать мне образцы биоматериала плода. Зачем? Я хотел проверить, был ли ребёнок болен? Или являлся бы носителем этого заболевания? Образцы мне предоставили. Я обратился в лабораторию, где проводят генетические экспертизы. Получил результат. Малыш был абсолютно здоров. Никаких отклонений или ещё что-то в роде. Тогда я решил провести ещё одну экспертизу... На отцовство. Сдал свой биоматериал. Результат, степень родства с малышом 99,9%. Я был отец ребёнка, а не Родион. Вот так, Алька. Ведь ты тогда усиленно днём делала с ним ребёнка, а потом ехала домой и вечером в спальне уже любила меня. По срокам всё сходится. Я ещё тогда удивлялся, с чего такая страсть у тебя? А оказывается... Вот заключение эксперта. - Я вывел на экран смартфона результаты экспертизы. - Возьми, прочитай. Поэтому ребёнок и был здоров, что отцом ребёнка был именно я, а не гинеколог.
- Нет, Рома, нет... - Она не стала брать мой сотовый. Только повторяла слово "нет". Потом отключилась. Да мать моя женщина. Всё же не стоило так сразу. Аппарат подал тревожный сигнал. Я позвал медперсонал. Жалел уже, что поддался на её просьбу. Рушал себя. Меня выставили из палаты. Потом Алину увезли в реанимацию. Я ждал. Ждал около часа. Ко мне вышел доктор.
- У неё произошла остановка сердца. - Ответил он на мой вопрос. - Но мы вновь запустили его. Сейчас положение вроде стабилизировали. будем надеяться, что всё обойдётся. Что произошло, что она так среагировала?
- Мы говорили с ней о нашем потерянном ребёнке.
- Роман Владимирович. Не надо с Алиной об этом больше говорить. Вы видите, как она на это реагирует? Воздержитесь от этого или я запрещу Вам посещать жену.
- Я понял. Сам не ожидал, что так произойдёт. Обещаю, больше никаких разговоров на эту тему.
- К ней пока нельзя. Хотя бы несколько дней.
- Да, конечно. Я всё понимаю.
Врач ушёл. Я ещё постоял некоторое время и поехал домой...
Окончание:
Ссылка на мою страничку на платформе АТ https://author.today/u/r0stov_ol/works
Ссылка на мою страничку на Литнет
https://litnet.com/ru/oleg-rostov-u652331
Ссылка на мою страничку на литературном ресурсе Букривер (Bookriver) https://bookriver.ru/author/oleg-rostov