Северные и западные соседи: балты и финно-угры
Формирование Древнерусского государства и древнерусской народности происходило в тесном взаимодействии восточных славян с их многочисленными соседями. Территории, освоенные славянами, не были пустынными – они граничили, а часто и пересекались с землями, населенными другими племенами и народами, принадлежавшими к иным языковым и культурным группам. Отношения с этими соседями были сложными и многообразными, включая как мирное сосуществование, торговлю и культурный обмен, так и конфликты, данническую зависимость и процессы ассимиляции.
К северу и северо-востоку от основного ареала расселения восточных славян жили многочисленные финно-угорские племена. «Повесть временных лет» и другие источники упоминают такие народы, как чудь (часто отождествляемая с предками эстонцев или другими прибалтийско-финскими группами, включая ижору), весь (предки вепсов, жившие в районе Белоозера), меря (обитавшие в районе Ростова и озера Неро, позже ассимилированные славянами), мурома (в нижнем течении Оки), черемисы (предки марийцев), корела (предки карел). Отношения славян с финно-угорскими племенами носили преимущественно мирный характер. Славянские переселенцы, двигаясь на север и восток, осваивали новые территории, часто смешиваясь с местным финно-угорским населением. Этот процесс приводил к взаимному культурному влиянию и постепенной ассимиляции финно-угорских групп, которые вливались в состав формирующейся древнерусской народности, особенно в северо-восточных землях Руси. В ранний период некоторые финно-угорские племена (меря, мурома) платили дань Руси.
На северо-западе и западе восточные славяне (прежде всего кривичи и ильменские словене) контактировали с балтскими племенами. Балты – это общее название для группы индоевропейских племен, населявших в первом и начале второго тысячелетия нашей эры обширную территорию от юго-восточного побережья Балтийского моря до Верхнего Поднепровья. Их принято делить на западных балтов (пруссы, известные также как эстии; ятвяги; галинды, чьи остатки в Подмосковье известны как голядь) и восточных балтов (курши, земгалы/земигола, латгалы/летьгола, селы/селоны, жемайты/жмудь, аукштайты/литва). С первых веков нашей эры балты были оседлыми земледельцами и скотоводами. С VII–VIII веков у них появляются укрепленные поселения-городища. Характерным типом жилища был наземный прямоугольный дом, часто срубной конструкции, основание которого могло быть обложено камнями.
«Повесть временных лет» упоминает некоторые балтские племена среди данников Руси: «летьгола» (латгалы), «земигола» (земгалы), «корсь» (курши), «литва». Все они, за исключением латгалов, платили дань киевским князьям. Отношения между славянами и балтами были сложными. С одной стороны, происходило активное взаимодействие, торговля, культурный обмен. С другой стороны, имела место и славянская колонизация балтских земель, особенно в Верхнем Поднепровье (территория расселения кривичей), где местное балтское население (голядь и др.) было постепенно ассимилировано восточными славянами и вошло в состав древнерусской народности. В Прибалтике же балтские племена сумели сохранить свою идентичность и позже легли в основу формирования литовской (аукштайты, жемайты, скальвы) и латышской (курши, латгалы, земгалы, селы) народностей.
На крайнем западе восточные славяне (волыняне, белые хорваты) граничили с западнославянскими племенами, прежде всего поляками (ляхами), и, южнее, с венграми (уграми), пришедшими в Карпатскую котловину в конце IX века. На юго-западе их соседями были волохи – предки современных румын и молдаван, романизированное население Карпато-Дунайского региона. На востоке славяне контактировали с финно-угорскими народами Поволжья (марийцы, мордва, мурома) и с мощным государством Волжско-Камских Булгар, возникшим в X веке. Эти контакты также носили разнообразный характер – от торговли до военных столкновений.
«Гости» из-за моря: варяги и норманны в Восточной Европе
Особое место среди соседей и участников событий ранней русской истории занимают варяги и норманны – выходцы из Скандинавии и с южного побережья Балтики, чья роль в становлении Древнерусского государства является предметом ожесточенных научных дискуссий.
Варяги – это славянское название, которое в источниках IX–X веков прилагалось к населению южного побережья Балтийского моря. Позднее, в первой половине XI века, так стали называть и викингов-скандинавов, служивших наемниками у киевских князей. «Повесть временных лет» утверждает, что варяги жили по южному побережью Балтики (Варяжского моря) «до земли Агнянской и Волошской». Под «англами», вероятно, подразумеваются датчане, а под «волохами» – романизированное население Европы (возможно, вплоть до Италии). Восточные пределы расселения варягов указаны туманно – «до предела Симова» (то есть потомков Сима, сына Ноя), что некоторые исследователи интерпретируют как указание на Волжскую Булгарию, подразумевая контроль варягов над северо-западной частью Волго-Балтийского пути.
Изучение западноевропейских источников показывает, что на южном побережье Балтики, рядом с датчанами, действительно проживало племя вагров (или варинов, варов), принадлежавшее, вероятно, к германской (вандальской?) группе, но к IX веку уже в значительной степени славянизированное. В восточнославянском произношении этноним «вагры» мог трансформироваться в «варяги». В конце VIII – начале IX веков на земли вагров-варинов начали наступать франки Карла Великого, что могло побудить часть этого населения искать новые места для поселений. В это время появляются топонимы, связанные с варягами, и в других частях Европы: «Варангевилл» («Варяжский город») во Франции (Нормандия), город Вэрингвик («Варяжская бухта») в Англии (упоминается в 915 г.), Варангер-фьорд («Варяжский залив») на севере Норвегии.
Основным направлением миграции вагров-варинов, по-видимому, стало восточное побережье Балтики и далее – Восточная Европа. Они переселялись на восток, часто вместе с отдельными группами народа «русь», также жившего по берегам Балтийского моря (возможно, на острове Рюген, в Поморье или Прибалтике). Отсюда, вероятно, и возникло в «Повести временных лет» двойное наименование пришельцев – варяги-русь: «И пошли за море к варягам, к руси, ибо так звались те варяги – русь». При этом летописец специально подчеркивает, что эти варяги-русь – не шведы, не норвежцы (урмане), не англы (датчане?) и не готы (жители острова Готланд?).
В Восточной Европе варяги появляются в конце IX века. Летопись связывает с ними «призвание князей» в 862 году. Варяги-русь во главе с князем Рюриком пришли сначала в северо-западные земли к ильменским словенам, а затем его преемник Олег Вещий спустился на юг, захватил Киев и объединил северные и южные центры восточных славян, создав Древнерусское государство. Названия городов, основанных или занятых Рюриком и его людьми (Ладога, Белоозеро, возможно, Новгород), а также имена самих князей (Рюрик, Олег/Хельги, Игорь/Ингварь, Ольга/Хельга) и данные договоров с Византией (911, 944 гг.) указывают на значительное скандинавское (норманнское) влияние в формировании правящей элиты Руси. Главным богом у варяжской дружины Олега, судя по договору 911 года, был Перун (хотя это и славянское божество, оно могло почитаться и скандинавами как аналог Тора), и они клялись своим оружием и Перуном.
В конце IX–X веках варяги играли важную роль в жизни Руси. Они составляли основу княжеской дружины, контролировали торговые пути, участвовали в походах на Византию и другие страны. Киевские князья постоянно прибегали к помощи наемных варяжских дружин в междоусобной борьбе и для укрепления своей власти. При князе Ярославе Мудром (правил 1019–1054), который был женат на шведской принцессе Ингигерде (Ирине), в составе варяжских наемников на Руси появляется много выходцев из Скандинавии, прежде всего шведов. С этого времени (начало XI века) на Руси название «варяги» стало применяться и к скандинавам. Однако интересно, что в Новгороде, где память о первоначальных варягах-руси, возможно, сохранялась дольше, шведов не называли варягами вплоть до XIII века. После смерти Ярослава Мудрого практика найма крупных варяжских дружин русскими князьями постепенно прекращается. Само имя «варяги» со временем переосмысливается и распространяется на всех выходцев с католического Запада (немцев, шведов и др.).
Норманны (от древнескандинавского Northman – «северный человек») – это термин, использовавшийся в западноевропейских источниках VIII–X веков как общее название для народов, обитавших к северу от Франкского государства, то есть для жителей Скандинавии (датчан, норвежцев, шведов). Интересно, что иногда норманнами в Западной Европе именовали и жителей Киевской Руси, которая, с точки зрения германских хронистов, находилась на северо-востоке Европы. Например, епископ Кремонский Лиутпранд (X век), рассказывая о походе киевского князя Игоря на Константинополь в 941 году, писал: «Ближе к северу обитает некий народ, который греки… называют росами (Rhos), мы же по местонахождению именуем норманнами. Ведь на немецком языке nord означает север, а man – человек; поэтому-то северных людей и можно называть норманнами». В IX–XI веках термин «норманн» стал обозначать преимущественно викингов-скандинавов, совершавших набеги на морские побережья европейских государств. В таком значении наименование «урмане» встречается и в «Повести временных лет». Многие современные историки склонны отождествлять варягов (по крайней мере, в их позднем значении), норманнов и викингов как разные названия для одного и того же феномена – скандинавской экспансии VIII–XI веков.
Беспокойная степь: печенеги – гроза Южной Руси
Южные рубежи восточнославянских земель на протяжении веков были открыты для вторжений кочевых народов из евразийских степей. Одним из самых грозных и беспокойных соседей Древней Руси в X – первой половине XI века были печенеги.
Печенеги представляли собой союз тюркских кочевых племен, сформировавшийся в VIII–IX веках в степях между Аральским морем и Волгой. В конце IX века под давлением других кочевых групп (огузов и хазар) печенежские племена перешли Волгу и двинулись на запад. Они вытеснили из причерноморских степей кочевавшие там ранее угорские племена (предков венгров) и заняли огромное пространство от Волги до Дуная, став непосредственными соседями Руси, Византии и Болгарии.
В X веке печенеги делились на восемь крупных племен («колен»), каждое из которых, в свою очередь, состояло из пяти родов. Во главе племен стояли «великие князья», а роды возглавляли «малые князья». Основным занятием печенегов было кочевое скотоводство (разводили лошадей, овец, крупный рогатый скот). Однако важную роль в их экономике и образе жизни играли и грабительские набеги на соседние оседлые народы – Русь, Византию, Венгрию, Болгарию. Их легкая, быстрая и многочисленная конница была грозной силой, способной внезапно появляться, разорять земли, захватывать пленных (ясырь) и так же быстро исчезать в степи.
Отношения печенегов с Русью были сложными и враждебными. «Повесть временных лет» сообщает, что впервые печенеги появились у границ Руси в 915 году. Киевский князь Игорь заключил с ними мирное соглашение, и они ушли к Дунаю. Однако мир оказался недолгим. В 920 году Игорь вновь воевал с печенегами. В 968 году, воспользовавшись отсутствием князя Святослава Игоревича (который вел войны на Балканах), печенеги осадили Киев. В городе находилась престарелая княгиня Ольга с малолетними внуками Святослава (Ярополком, Олегом и Владимиром). Положение осажденных было отчаянным. Лишь хитрость и смелость одного киевского отрока, сумевшего пробраться через печенежский стан и вызвать подмогу с левого берега Днепра, позволили снять осаду. В 972 году возвращавшийся из неудачного похода на Византию князь Святослав был подстережен и убит печенежским ханом Курей у днепровских порогов. Летопись добавляет мрачную деталь: Куря якобы сделал из черепа Святослава чашу, оковал ее золотом и пил из нее на пирах.
Набеги печенегов на русские земли продолжались и при сыне Святослава, Владимире Великом, крестителе Руси. Владимир вел с ними упорную борьбу, строил крепости и оборонительные линии на южных границах («Змиевы валы»), собирал войска для отражения их вторжений. Последняя крупная попытка печенегов захватить Киев была предпринята в 1036 году. Они вновь осадили столицу Руси, но были наголову разгромлены в битве под стенами города дружиной великого князя Ярослава Владимировича Мудрого. Это поражение стало для печенегов роковым. Как пишет летописец, после этого они «пропали», то есть исчезли как единая сила с исторической арены Южной Руси.
В середине XI века печенегов из причерноморских степей вытеснили новые кочевые орды – торки (огузы) и половцы (кыпчаки). Часть печенегов откочевала на запад, к Карпатам и Дунаю, где они вступили в конфликты с Византией и Венгрией, а затем постепенно растворились среди местного населения Болгарии и Венгрии. Другие печенежские племена подчинились половцам или торкам. Оставшиеся на южных границах Руси небольшие группы печенегов со временем осели на землю, перешли на службу к русским князьям (в составе так называемых «черных клобуков» – союза тюркских вассалов Киева) и постепенно ассимилировались со славянским населением. Так закончилась почти полуторавековая история печенежской угрозы для Древней Руси.
Новые владыки степи: половцы (кыпчаки) и их эпоха
На смену печенегам в причерноморских степях пришли новые грозные кочевники – половцы, известные также под самоназванием кыпчаки, а в византийских и европейских источниках – куманы. Эта средневековая тюркская народность сыграла огромную роль в истории Восточной Европы, Руси, Византии, Венгрии и Кавказа в XI–XIII веках.
Первоначально, в X веке, половцы-кыпчаки обитали на территории современного Северо-Западного Казахстана, к востоку от Волги, где они граничили с Хазарским каганатом и огузами. В середине X века, теснимые другими кочевыми народами с востока, они перешли Волгу и начали свое движение на запад. Постепенно они вытеснили или подчинили себе печенегов и торков и к середине XI века заняли огромное пространство евразийских степей – от запада Тянь-Шаня до устья Дуная. Эта обширная территория получила в восточных источниках название Дешт-и-Кыпчак – «Кыпчакская (Половецкая) степь».
В XI–XIII веках половцы не представляли собой единого государства. Они делились на несколько крупных племенных объединений (орд), во главе которых стояли ханы из аристократических родов. Основным занятием половцев было кочевое скотоводство (разведение лошадей, овец). Однако с XII века в Половецкой степи появляются и постоянные поселения – «вежи» (кочевья) и даже города (например, Шарукань, Сугров, Балин), которые становились центрами ремесла и торговли. Население этих городов было смешанным: кроме половцев, там жили булгары, аланы, славяне и представители других народов.
В русских летописях половцы впервые упоминаются под 1054 годом, когда их отряд во главе с ханом Болушем подошел к границам Переяславского княжества. Князь Всеволод Ярославич (отец Владимира Мономаха) заключил с ними мир, и половцы ушли обратно в степь. Однако уже с 1061 года начинаются их постоянные и опустошительные набеги на русские земли. Подобно печенегам, половцы стали постоянной угрозой для южных русских княжеств (Киевского, Переяславского, Черниговского). Они разоряли села, угоняли скот, захватывали пленных, которых продавали в рабство.
Отношения Руси с половцами были крайне сложными и противоречивыми. С одной стороны, русские князья вели с ними постоянную, изнурительную борьбу, строили оборонительные линии, собирали войска для отражения набегов и сами ходили походами в Половецкую степь. Наиболее известны походы Владимира Мономаха в начале XII века. В 1103 году ранее враждовавшие князья Святополк Изяславич Киевский и Владимир Мономах Переяславский организовали первый крупный совместный поход в степь. 4 апреля 1103 года объединенные русские силы нанесли половцам сокрушительное поражение в битве на реке Сутени. Многие половецкие ханы были убиты, а сами половцы понесли большие потери и были вынуждены откочевать дальше на восток и в Закавказье. Последующие походы Мономаха (1109, 1111, 1116 гг.) также были успешными и на время ослабили половецкую угрозу.
С другой стороны, русские князья часто использовали половцев в своих собственных междоусобных войнах. Они заключали с половецкими ханами союзы, нанимали их отряды для борьбы со своими же братьями и родичами, правившими в соседних княжествах. Эта практика была широко распространена во второй половине XI и в XII веках, в период феодальной раздробленности Руси. Такие союзы часто скреплялись династическими браками: многие русские князья Южной и даже Северо-Восточной Руси были женаты на дочерях половецких ханов («половчанках»). Эти браки способствовали установлению временного мира и культурному обмену, но не могли прекратить взаимную вражду.
Борьба русских князей с половцами нашла яркое отражение в шедевре древнерусской литературы – «Слове о полку Игореве», повествующем о неудачном походе новгород-северского князя Игоря Святославича на половцев в 1185 году.
Половецкое господство в причерноморских степях продолжалось до середины XIII века, когда их держава была сокрушена монгольским нашествием. Часть половцев погибла в борьбе с монголами, часть откочевала на запад (в Венгрию, Болгарию, на Балканы), часть вошла в состав Золотой Орды, где они составили значительный компонент ее населения и сыграли важную роль в этногенезе современных тюркских народов Восточной Европы (татар, башкир, казахов, ногайцев и др.). Эпоха половцев завершилась, оставив глубокий след в истории Руси и ее южных соседей.