Старинный особняк на окраине Бриджтауна казался идеальным приобретением для семьи Карвер. Трехэтажный дом в викторианском стиле с витражными окнами и чугунной оградой продавался за бесценок. Агент по недвижимости упомянул, что предыдущие хозяева «скоропостижно уехали», но историк Мартин Карвер лишь усмехнулся: «Привидения? Не смешите меня. Это просто пыль и сквозняки». Его жена Лина, художница, в тот день заметила, как тени во дворе неестественно сгустились, будто пытаясь что-то скрыть.
Первая ночь началась с шепота. Их дочь Эмили, 14 лет, проснулась от звуков, будто кто-то царапал ногтями по дереву под кроватью. Когда она спустилась на кухню за водой, в зеркале прихожей мелькнул силуэт женщины в потрепанном саване. «Мама, тут кто-то есть», — прошептала Эмили, но Лина, рисуя полуночью портрет дочери, лишь замерла: на холсте вместо Эмили проявлялось лицо незнакомки с пустыми глазницами.
Мартин копался в архивах, пытаясь найти историю дома. В пожелтевшей газете 1893 года он наткнулся на заметку о скандале: городской совет тайно перенес старое кладбище бедняков под предлогом эпидемии холеры, но кости так и не были эксгумированы. Строители особняка находили черепа в фундаменте, а первый владелец сошел с ума, утверждая, что «они просят вернуть их имена».
На третью неделю стены начали кровоточить. Липкие черные капли сочились из трещин в подвале, где Мартин обнаружил замурованную дверь с выцарапанным символом — перевернутый крест в круге. Эмили перестала спать, твердя, что «старуха в стене зовет меня помочь». Однажды утром Лина нашла в мастерской десятки новых картин: на всех была изображена девочка в белом платье, стоящая на краю колодца во дворе. Колодца, которого не существовало.
Когда Мартин решил вскрыть пол в гостиной, лом провалился в пустоту. Под домом зияли катакомбы с грудами костей, обмотанных истлевшими лентами — когда-то на них писали имена умерших. Среди останков лежал детский скелет, сжимавший в пальцах куклу, точь-в-точь как у Эмили.
Той ночью Эмили исчезла. Ее нашли в саду, копающей землю голыми руками. «Они говорят, я должна занять ее место», — бормотала она, а за спиной у Мартина и Лины в окнах зажигались десятки бледных огоньков, будто весь дом превратился в фонарь для мертвых.
Особняк Карверов стоит заброшенным до сих пор. Местные уверяют, что иногда видят в его окнах семью из трех силуэтов. Они машут прохожим, словно прося о помощи, но если подойти ближе — стекла отражают лишь пустоту, а из-под земли доносится смех.