- Искренне благодарим каждого, кто оказывает помощь каналу лайками и подпиской!
Дождь стучал по подоконнику, когда я впервые увидела нового владельца папиной квартиры. Он стоял в дверях с ухмылкой, размахивая документами, на которых красовалась подпись моего отца.
"Поздравляю, Аня. Теперь это моя квартира."
Мои пальцы сжали ключи так, что металл впился в ладонь. Отец умер три месяца назад. А сегодня я узнала, что его родной брат — мой дядя Виктор — продал квартиру своему другу, бизнесмену Глебу Семёнову.
Я помнила, как отец, уже слабый от болезни, говорил мне:
"Ань, если что-то случится — в сейфе есть документы. Только для тебя."
Но когда я пришла в квартиру после похорон, сейф был пуст.
Теперь же передо мной лежала "дарственная", якобы подписанная отцом за месяц до смерти. Дата стояла — 15 февраля.
Но 15 февраля отец уже не мог держать ручку.
Я пошла к нотариусу, который заверял документы.
"Да, ваш отец лично приходил", — сказала пожилая женщина с безразличным взглядом.
Я достала телефон и показала ей фото отца в тот же день — он лежал в больнице под капельницей, его руки дрожали.
Нотариус побледнела.
"Возможно... ошибка..."
Но ошибок не бывает. Бывают подделки.
Я знала, что дядя Виктор всегда завидовал отцу. Их квартиры были в одном доме, но у папы — с видом на парк, а у дяди — на помойку.
И вот теперь он отомстил.
Но как он подделал подпись?
Я позвонила маме.
"Он приходил к отцу в больницу... Говорил, что нужно подписать какие-то бумаги для пенсии."
Значит, он водил его рукой.
Я поехала в риелторскую контору, которая оформляла сделку.
"Мы не имеем права разглашать информацию", — сказал менеджер.
Но когда я пригрозила судом, он нехотя пробормотал:
"Ваш дядя предоставил доверенность... от имени вашего отца."
Доверенность.
Ту самую, которую он заставил отца подписать, когда тот уже не понимал, что делает.
Теперь у меня есть:
✔ Фото отца в день "подписания" дарственной
✔ Свидетельство врача о его состоянии
✔ Подозрительная доверенность
Но Глеб уже сменил замки.
А дядя Виктор исчез.
Диктофон правды
Я перерыла весь папин кабинет, пока не нашла его старый диктофон в потайном ящике стола. На плёнке была одна-единственная запись:
"Сегодня 10 февраля. Виктор принёс какие-то бумаги, требует подписать. Говорит, это для оформления инвалидности. Но я вижу - там что-то про квартиру..."
Голос отца прерывался кашлем. Потом - шум, и явственно слышался голос дяди:
"Да подписывай уже, брат! Тебе же хуже будет, если всё на Аннушку оформлять. Она замуж выйдет - и квартиру чужому мужику отдаст!"
Это было за 5 дней до даты в дарственной.
Я побежала к адвокату. По дороге мне позвонил незнакомый номер:
"Анна? Я медсестра из больницы, где лежал ваш отец. Видела, как ваш дядя водил его рукой, когда подписывал бумаги..."
Судья просматривала мои доказательства:
- Аудиозапись с диктофона
- Показания медсестры
- Заключение врача о состоянии отца
"Сделка приостанавливается до дальнейшего расследования", - объявила она.
Но когда я вышла из здания суда, меня ждал Глеб.
"Милая, даже если ты выиграешь - у меня есть связи. Эта квартира будет моей."
Его ухмылка говорила: "Ты маленькая девочка в мире взрослых волков."
На следующий день ко мне пришла тётя Люда - сестра отца, которую я не видела года три.
"Я знала, что Виктор что-то замышлял. Он всегда завидовал твоему отцу."
Она протянула мне конверт. Внутри была фотография: дядя Виктор и Глеб за столиком в ресторане... за месяц до смерти отца.
"Они давно знакомы. Глеб обещал Виктору процент с продажи."
Но Глеб не сдаётся. Сегодня ночью кто-то пытался вломиться в мою квартиру...
Пропажа свидетельницы
Медсестра Ольга перестала отвечать на звонки. В больнице сказали, что она "внезапно уволилась и уехала к родственникам". Но я знала правду — её купили. Вчера вечером я видела, как она садилась в машину к Глебу, получив толстый конверт.
В 3:14 ночи мой ноутбук включился сам. На экране мелькали строки кода — кто-то пытался удалить файлы с доказательствами. К счастью, все копии были в облаке под паролем:.
Разбирая папины книги, я нашла спрятанный между страниц конверт. Внутри лежало настоящее завещание, заверенное за месяц до болезни:
- "Всё моё имущество переходит дочери Анне. Квартиру не продавать — это наш семейный дом."
- Ниже — приписка:
"Если что-то случится — проверь сейф в банке. Код — твой день рождения."
В ячейке лежали:
- Документы о долге Глеба перед отцом (5 млн руб.)
- Фото поддельного договора дяди Виктора
- Письмо: "Ань, если читаешь — они уже что-то задумали. Будь сильной."
Финальный суд
Зал суда был полон. Глеб уверенно улыбался, пока я не положила на стол:
- Настоящее завещание
- Доказательства долга
- Запись с угрозами Глеба ("Квартира будет моей любой ценой")
Судья ударил молотком:
"Сделку отменить. Квартира — Анне. Глебу Семёнову — возместить судебные издержки. Виктору Волкову — уголовное дело за подлог."
Сегодня я сижу в папином кресле у окна. Его часы всё ещё тикают на стене. Дядя Виктор скрывается от следствия. Глеб внезапно "уехал за границу".
А в дверь только что позвонили. На пороге стояла та самая медсестра Ольга — бледная, с синяком под глазом:
"Они хотели меня убить. Я готова дать показания..."
Анна стояла на балконе папиной квартиры, впервые за год чувствуя запах свободы вместо запаха лекарств. Суд вернул ей не просто стены — вернул память, которую пытались украсть.
Но вечером раздался звонок от адвоката:
— Виктор исчез. Глеб объявлен в розыск. А медсестра Ольга... Её нашли мёртвой.
В ту же ночь Анна нашла в почтовом ящике конверт без марки. Внутри — фото её входной двери с надписью: "Ты выиграла битву. Но война только началась" 🔪.
Она заперлась в квартире, включила запись с диктофона отца и достала папку с новыми уликами. Глеб ошибался: она уже не та "маленькая девочка".
"Пап, я всё доведу до конца. Обещаю."
История продолжается...
💔 Следите за новыми главами — месть будет холодной.
#Триллер #СемейныеТайны
Выразить признательность создателю контента и поддержать развитие канала можно по этой ссылке. 👉 Подпишитесь
Искренне благодарим каждого, кто оказывает помощь каналу лайками и подпиской!