Однажды, 14 мая 1829 года, отряд русских кораблей в составе фрегата «Штандарт», брига «Орфей» и брига «Меркурий» находился в передовом дозоре у пролива Босфор в Чёрном море. Ожидалось начало очередной русско-турецкой войны, и с кораблей следили за активностью в проливе.
На рассвете дозорные увидели силуэты 14 крупных кораблей, выходящих в открытое море. Со «Штандарта» подали сигнал отходить к русской эскадре, находящейся в 40 милях к северу. Более быстроходные «Штандарт» и «Орфей» быстро растворились в тумане, а вот бриг «Меркурий» под командованием капитана Александра Казарского отстал. Сказалось обросшее днище корабля.
Была надежда, что турки не заметят 18-пушечный бриг, но скоро она рассыпалась в прах. От турецкого строя отделились два линейных корабля:
- 110-пушечный «Селимие»
- 74-пушечный «Реал-Бей»
Над «Селимие» развевался флагманский вымпел — сам турецкий адмирал соблазнился легкой победой! Линкоры при свежем ветре уверенно догоняли «Меркурий».
Капитан Александр Казарский понимал: бегство невозможно. Но честь Андреевского флага — дороже жизни. На экстренном совете офицеров было принято решение: «Бриг не сдавать. Последний из оставшихся в живых взорвёт его». У входа в крюйт-камеру, где хранились запасы пороха, положили заряженный пистолет.
Четыре часа бессмертия
Турецкие корабли, уверенные в лёгкой победе, заходили с двух сторон. Первые залпы пролетели мимо — маленький «Меркурий» мастерски уворачивался, будто чувствуя дыхание смерти.
Казарский приказал стрелять только по парусам и такелажу — ядра малокалиберных пушек брига не причинили бы толстенным бортам линкоров никакого вреда. Русские ядра методично рвали паруса, канаты, дробили в щепу реи. После третьего залпа «Реал-Бей» развернуло ветром, а через час боя у него рухнули мачты.
Экипаж брига сражался яростно. Раненные матросы оставались у орудий, пока силы окончательно не оставляли их. Шкипер Иван Прокофьев с раздробленной ногой продолжал руководить командой, пока не потерял сознание. 14-летний юнга Иван Фёдоров под огнем подносил к пушкам картузы с порохом. Сам Казарский оставался на палубе, несмотря на ранение осколком в голову.
К полудню бриг был избит вражескими ядрами, а бою не видно конца. И вдруг произошло невероятное: «Селимие» с поврежденным рулём начал описывать циркуляцию! «Реал-Бей» со сбитыми мачтами дрейфовал вдали. Турки вышли из боя!
«Меркурий», с 22 пробоинами и разрушенным такелажем, ушёл к своим.
Цена подвига
- 4 убитых, 6 тяжелораненых (из 115 членов экипажа)
- 133 попадания в корпус
Но — ни одной пробоины ниже ватерлинии! (Турки, конечно, хотели захватить корабль, а не утопить.)
Награда
→ Все члены экипажа получили пожизненные пенсии
→ Бриг навечно получил Георгиевский флаг
→ В Севастополе установлен памятник с лаконичной надписью: «Казарскому. Потомству в пример»
Этот бой — пример поведения для потомков. Пример верности долгу, пример холодного расчета и профессионализма каждого члена команды, пример единения перед лицом опасности.
Сейчас имя «Меркурий» носит современный разведывательный корабль ЧФ РФ. И когда моряки поднимают на нём Андреевский флаг, они вспоминают майский день 1829 года.