И богам свойственно терять надежду.
Я вспоминаю те ночи: самые длинные, самые темные. Ночи, когда устраивали празднества в мою честь. Когда по всему лесу зажигались огни и лились песни.
Это заглушало крики.
Каждый год они привязывали троих юношей и девушек к деревьям в глубине леса - оставляя на волю Мороза.
Никто не доживал до конца самой длинной ночи.
Это было прошение о защите. Они оставляли жертв замерзать в лесу, чтобы Мороз - я - не забирал другие жизни. Чтобы никто не терялся в метели, а заморозки не губили урожай.
В любом доме, куда ни загляни, стояла лампадка, отлитая из тёмного металла. Их делали в форме деревьев. На каждой - лицо с черными угольками на месте глаз.
Моё лицо.
Зимними вечерами в лампаде зажигали свечу. Она горела, пока на землю опускался снег, а ветер завывал за окнами.
А люди думали обо мне.
Но времена изменились. Таких лампадок больше не найдешь. Мои образы переплавляли, забывали в куче хлама, гнули, резали на куски. В конце концов, исчезли все.
Кроме одной.
Я чувствую, как мир меняется. Люди больше не боятся Мороза. Они научились отапливать дома, лечить следы от прикосновений моих ледяных рук.
Они не нуждаются в моей защите.
Но в одной из лампадок всё ещё зажигают свечу. Не так часто, как раньше - мне повезет, если это произойдет раз в неделю.
Но это происходит.
Её долгое время передавали из рук в руки, но всегда - в пределах одной семьи. Предки этой девушки привязывали жертв к деревьям в зимнем лесу.
Она занимает жилище, которое кажется мне не просто теплым - удушающе жарким. Но за окном, в которое направлены мои угольные глаза, каждый год выпадает снег.
Каждый год наступает зима.
Не знаю, слышала ли она легенды о Морозе - или это просто память предков. Но, зажигая свечу, девушка косится за окно. На снег.
А её губы беззвучно шепчут что-то.
Я соскучился по жертвам. По тем, кто быстро угасал: закрывались глаза, замедлялись удары сердца. По тем, кто умолял о пощаде.
А ещё по тем, кто кричал, пугая птиц, и до последнего пытался разорвать путы. Эти мне нравились больше всего.
Я бы мог раствориться в новой весне. Но, поколение за поколением, они продолжают менять свечи и зажигать огонь.
Я бы мог совсем потерять надежду. Забыть о жертвах и празднествах. Сдаться на волю времени.
Но я продолжаю верить, что однажды в зимнем лесу снова будут слышны веселые песни.
И яростные крики.
Спасибо, что прочитали! Подпишитесь на канал и поставьте лайк, чтобы видеть в ленте больше моих историй.
Моя новая книга на Озоне и Wildberries~