В кромешней тьме вдруг показалась яркая точка света. Она замаячила где-то далеко-далеко, но с каждым мгновением она стремительно увеличивалась!
Она приближается! - вдруг осознал он.
Вместе с пониманием этого факта, к нему постепенно начали возвращаться и слуховые ощущения. Гул нарастал. Казалось, что он мчится по тоннелю метро, вот только без вагона, без электрички, а просто сам по себе! И пятно света впереди - ни что иное, как приближающаяся станция...
Или нет? Не метро? Или я в аквапарке? И сейчас я лечу по длинной пластиковой трубе?!! Но как я здесь оказался???
Свет впереди слепил глаза, причиняя дискомфорт и заставляя его жмуриться. А жуткий нарастающий гул начинал закладывал уши. А может я вообще в огромной турбине самолета? И в данный момент его двигатель набирает обороты?!!! Или всё это - просто какой-то кошмарный сон???
Но все его ощущения были вполне реальны и очень ощутимы! Это был не сон. Это было что-то другое! Яркий свет тысяч солнц пробивался сквозь зажмуренные веки! Не хватало рук, чтобы прикрыть и глаза и уши одновременно. Но и это было ещё не всё! Плюсом ко всему этому вдруг добавилось еще и ощущение бешеной скорости! И она словно продолжала увеличиваться!
Свет впереди казался каким-то уж очень плотным. Он пугал! Как будто достигнув его, можно было об него же и разбиться! Еще каких-то пару мгновений, и что-то произойдет! Вокруг уже не оставалось ни пятнышка былого мрака - беспощадный свет заполонял абсолютно всё! И вокруг него, и внутри! А этот душераздирающий звук... Он почувствовал, как что-то теплое и вязкое течёт из его, пульсирующих болью ушей.
Безмолвный крик застыл у него в груди, а руки не подчинялись импульсам мозга. Он чувствовал себя беспомощным котенком, брошенным с высокого моста на покрытую льдом реку. Вот-вот, ещё мгновение, и всё должно уже закончиться! Скорее бы...
Вдруг резкая вспышка, обжигающая мозг... И следом оглушительный писк в ушах, в один момент заполнивший собой все его сознание... Это был звон тишины. Очень громкой тишины... Не оставалось больше ничего - ни чувства бешеной скорости, ни всепоглощающего света, ни рёва сотен авиационных двигателей, ни ощущения замкнутого пространства! В один момент он почувствовал какую-то абсолютную свободу и легкость, ловно пуля наконец-то покинувшая бесконечно длинный ствол снайперской винтовки. И только постепенно угасающий писк напоминал ему о только что пережитых мгновениях...
Наконец-то он смог расслабить гудящие от напряжения мышцы и веки. Теперь он мог позволить себе отдохнуть и прийти в себя. Но он всё ещё не решался открыть глаза, опасаясь вновь ослепнуть.
Сознание к нему возвращалось постепенно, налаживая контакт с внешним миром. Сквозь утихающий звон в его голове, теперь уже доносились и посторонние звуки. Шорохи, какие-то тихие щелчки, периодическое попискивание какого-то оборудования... Осталось только приоткрыть веки...
Ничего необычного он не увидел. Взгляд его уперся в белый потолок. Постепенно переферия видимого им пространства расширялась всё больше. В поле бокового зрения уже попадали светло-бирюзовые стены, жалюзи на окне, само окно, хлопья снега, плавно падающие за ним...
Как? Снег? Ведь только вчера у его подъезда распускались тюльпаны...
Он попробовал пошевелиться. Затекшие мышцы подчинялась с большим трудом, при этом вызывая жуткую боль во всем теле... Но и эти слабые движения, вдруг не остались без внимания извне!
Где-то совсем рядом заёрзал по полу стул, тут же раздалось шуршание и какое-то тихое непонятное бормотание. И следом частые удаляющиеся шаги. Кто-то встал со стула и побежал. Звук открываемой двери... И уже за дверью до него донесся взволнованный детский голос:
- Мама, мама! Иди скорее! Там дедушка проснулся!
Дверь снова открылась. Шаги быстро приближались. Две пары ног...
В поле зрения появилась женщина, лет тридцати. Что-то знакомое было в чертах её лица. Очень знакомое. Но он никак не мог вспомнить, где мог ее вообще раньше видеть. Он её просто не знал! Но кого-то она ему очень сильно напоминала.
Она подошла поближе, наклонилась, вглядываясь в мое лицо, коснулась моей обессиленной руки, и вдруг на глазах её заблестели слёзы. А рядом с ней стояла девочка, лет десяти, и тоже с интересом смотрела на меня...
- С возвращением тебя, папочка... - дрожащим голосом, тихо произнесла женщина...
- А меня Алиса зовут... - с милой детской непосредственностью, и как бы между делом, добавила девочка.