Найти в Дзене

— Мама, меня травят всем классом.

Я мать-одиночка. Двоих детей пришлось воспитывать без чьей-либо поддержки, так как с бывшем мужем под одной крышей мы не прожили слишком долго. Я от природы очень скромный и нерешительный человек: «похвастаться» могу только тем, что в свои 42 года имею скромную должность секретаря в адвокатской конторе и маленькую зарплату. В течении короткого времени произошли события, которые заставили меня пересмотреть отношение к жизни, стали причиной дополнительных переживаний. Первое и самое основное: у сына появились проблемы в школе. Максима обижали одноклассники. Выяснилось это не сразу. Ребенок долго молчал, не желая раскрывать мне всей правды. Но я обратила внимание на то, что сын каждый день приходил домой с синяками, испорченными вещами. Однако самым тревожным звонком стали многочисленные пропуски занятий. После того, как домой позвонила учительница и рассказала об отказе ребенка посещать школу, я потребовала объяснений. Лишь тогда Максим признался: — Мама, меня травят всем классом. Мн

Я мать-одиночка. Двоих детей пришлось воспитывать без чьей-либо поддержки, так как с бывшем мужем под одной крышей мы не прожили слишком долго.

Я от природы очень скромный и нерешительный человек: «похвастаться» могу только тем, что в свои 42 года имею скромную должность секретаря в адвокатской конторе и маленькую зарплату.

В течении короткого времени произошли события, которые заставили меня пересмотреть отношение к жизни, стали причиной дополнительных переживаний.

Первое и самое основное: у сына появились проблемы в школе. Максима обижали одноклассники. Выяснилось это не сразу. Ребенок долго молчал, не желая раскрывать мне всей правды. Но я обратила внимание на то, что сын каждый день приходил домой с синяками, испорченными вещами.

Однако самым тревожным звонком стали многочисленные пропуски занятий. После того, как домой позвонила учительница и рассказала об отказе ребенка посещать школу, я потребовала объяснений.

Лишь тогда Максим признался:

— Мама, меня травят всем классом. Мне было стыдно об этом говорить.

— Но почему ты не поделился своей проблемой? – спросила я его. Разве я не поддержала бы тебя, не поняла?

— Я считал, что сам должен справиться. Ты же понимаешь, нигде не любят тех, кто при первой возможности бежит жаловаться родителям.

Я была полна решимости помочь своему ребенку. Школьный возраст – слишком эмоционально незрелый, чтобы бросить сына одного сражаться с имеющимися сложностями.

Пошла в школу прояснять ситуацию. Но не нашла понимания ни у классного руководителя, ни у завуча, ни у директора. Они настаивали на том, что ребенок «сам виноват» - не смог построить доверительных отношений в детском коллективе.

После нескольких попыток выровнять ситуацию, решила подыскать ему другое учебное заведение. Проблема в том, что в гимназию среди года не брали, а переходить в такую же муниципальную школу сын сам не захотел.

— Я просто боюсь, что на новом месте повторится то же самое.

— Как же мы тогда поступим?

— Я не знаю. Не хочу учиться.

— Это не выход, сынок. И не решение проблемы. Я понимаю, что тебе страшно и обидно. Но получить образование необходимо.

Конечно, он уже не видел никаких перспектив в том, чтобы продолжать успешно учиться. Как обнаружилось позднее, о проблеме стало известно только тогда, когда ситуация вышла из-под контроля: сына стали бить в школе.

До этого момента он просто молчал, не желая выглядеть слабым «маменькиным сынком». В конечном итоге я нашла решение: этот год Максим проведет на семейной форме образования. В следующий класс пойдет учиться в гимназию.

Свои надежды я связывала с тем, что ребенок восстановит силы, расслабится и отойдет от пережитого стресса. В дальнейшем ему станет проще учиться и строить отношения со сверстниками. Надо только, чтобы он попал в эмоционально здоровый детский коллектив.

Сын принял ситуацию спокойно. Домашние задания выполнялись вовремя, все контрольные работы сдавались успешно. Ребенка просто надо было оградить от ежедневного негативного воздействия.

Только все немного улеглось, как теперь уже дочь преподнесла мне сюрприз. Двадцатилетняя девушка неожиданно заявила, что намерена покинуть родительский дом. Лена осознала, что стала уже достаточно взрослой, чтобы продолжать жить под одной крышей с матерью и братом.

— Мы с моим парнем решили начать жить вместе, - заявила она. Работу хочу хорошую найти. Будем сами квартиру снимать.

Молодого человека, избранника нашей Лены, я знала. Хороший, работящий парень. Павел внушал доверие и относился с уважением к нашей семье. Но особенно меня порадовало, что Лена не намерена сидеть на месте, хочет работать.

— Это, конечно, похвально, — поддержала я дочку. Только я сейчас помочь с деньгами не смогу. Это все так неожиданно.

— Так не надо, мама. Паша работает. У нас все будет хорошо.

Я надеялась, что дочка согласится немного повременить и не станет так торопиться. Но Лена осталась твердой в своем намерении. Насколько я видела растерянность сына, настолько же наблюдала целеустремленность дочери и ее осознанное стремление поскорее построить свое «гнездо».

За нее оставалось только порадоваться, хотя девушка и вела себя слишком дерзко. Я отпустила дочку, и она переехала вскоре после того, как Паша сделал ей предложение. Однако саму свадьбу планировали сыграть позднее, спустя пару лет.

Я думала, что сложности на этом закончатся. Но оказалось, что мне самой понадобилось срочно сменить профессию. Наша фирма, в которой я трудилась уже восемь лет, внезапно закрылась. Не найдя работу по специальности, устроилась работать продавцом в супермаркет рядом с домом. Должность меня не радовала.

В конце учебного года сын успешно прошел аттестацию и перешел в следующий класс. Я спросила его, хочет ли он остаться на прежнем месте или постарается поступить в гимназию.

Однако ответ меня удивил:

— Мама, я бы хотел оставить все, как есть.

— То есть, как?

— Остаться на семейном образовании. Мне понравилось учиться дома.

Этого следовало ожидать. Теперь мальчику страшно снова столкнуться с травлей, испытать на себе отторжение сверстников, непонимание и агрессию.

Я растерялась, не знала, как поступить. Уговаривать его возвращаться в класс и снова подвергать сильному стрессу? Переводить в другую школу? Настаивать на поступлении в гимназию? Несколько дней я ходила сама не своя.

Потом пришло понимание: Максиму так комфортнее. Он просто больше не хочет сталкиваться с похожей ситуацией. За то время, пока учился на семейной форме образования, нервная система восстановилась.

Но в то же время ресурсов, чтобы справиться с эмоциональной нагрузкой в классе, он в себе не ощущает. Я очень переживала за сына, чувствовала, что иду у него на поводу. Просто потому, что не могу видеть, как мой ребенок страдает.

Конечно, мы с ним договорились, что и следующий год я ему позволю провести в прежнем режиме.

— Только у меня есть одно условие, — сообщила я деловито.

— Какое? – немедленно спросил он.

— За это время ты пройдешь несколько сессий у психолога.

Сын был согласен на все, лишь бы не выходить в класс.

Теперь я совершенно точно поняла: проблему нельзя решить, просто оградив ребенка от обидчиков. Понадобится поработать со специалистом, разобраться с тревожностью и страхами. И так я должна была поступить в самом начале.

Уважаемые читатели!

Погрузитесь в мир захватывающих историй, где каждая страница – это новое приключение! Подпишитесь на мой Дзен-канал и станьте частью сообщества увлеченных читателей, которые ценят яркие сюжеты, неожиданные повороты и запоминающихся персонажей.

Приоединяйтесь к нам сегодня и позвольте историям увлечь вас! Кнопка "Подписаться" ждет вас в правом верхнем углу экрана.