Начало:
Ильяс разложил свои вещи, мы взяли приготовленный мною пакет и готовы были покинуть квартиру, как я вспомнила:
-Картина! Я совсем забыла про нее!
Картина, которую я только вчера сняла со стены в комнате и перевешала в кухню, упорно не хотела сниматься со стены. Было такое чувство, будто она приклеилась.
-Чего ты с ней чирикаешься? - возмутился Ильяс. -Коль собралась сжигать, нет смысла осторожничать.
Он взял картину за край и резко дернул. От резкого рывка или от того, что за нее взялся посторонний человек, но рамка разобралась и на стол полетели четыре деревяшки, предохраняющее изображение стекло, бумажная основа, что-то вроде тонкого, но плотного картона и... похожая на перепревшее сено труха.
Ильяс рассмеялся:
-Объедки сена от лошадей остались!
Он хотел собрать выпавшее рукой, но я остановила.
-Не прикасайся!
-Почему? - опешил Ильяс.
-Если изначально я только предположила, что картина заряжена, то теперь мы поучили подтверждение этому. Мы не знаем кто и что закладывал, потому не стоит трогать руками.
-Изниняйте, дамочка, ногами я не умею! - рассмеялся мужчина.
-Знаешь, мне изначально не нравилась эта клеенка на столе. Она же вместе со столом шла. Я хотела снять, но на столешница закоцана в нескольких местах. Нужно добраться и купить на стол что-то более подходящее, да руки не доходят. Теперь есть повод на обратном пути заехать и купить.
Я осторожно убрала со стола вазочку для конфет, вытряхнув из нее все, включая сами конфеты. Салфетницу тоже освободила от салфеток и убрала. Остальное завернула в клеенку и убрала в пакет.
-Вот теперь можем ехать!
Особо не заморачиваясь с выбором места, для отдыха, поехали на Совхозную. Когда-то на этом месте были совхозные поля достаточно близко прилегающие к речке. Поля забросили, а люди облюбовали это место для отдыха. В народе это место изначально называли Совхозные поля, потом Совхозная площадь отдыха, а теперь это просто Совхозная.
Как бы не менялось название, а люди любят приезжать сюда. Кто-то даже обустроил несколько площадок обложив камнями места для костров, установив простые деревянные столы и скамейки. В одном месте между площадок установили простенькие качели, в другом сделали тарзанку.
Занятыми оказались площадки расположенные подальше от дороги. Большая часть отдыхающих приезжает на машинах, потому стараются проехать по максимуму, чтобы меньше быть на виду.
Мы приехали на автобусе и до Совхозной еще почти километр шли пешком, потому облюбовали первую стоянку. Да, здесь нет стола и скамеек, но имеется обложенное камнями место для костра и чуть в стороне лежит деревянный щит. Вероятно, строительство здесь только начинается.
Нам много не надо, потому Ильяс отправляется на поиски необходимого для сжигания до тла картины минимума дров, а я накрываю стол на щите.
В какой-то момент чувствую острую необходимость сохранить картину, восстановить рамку и вернуть ее (картину) на прежнее место в комнате.
Из глубин подсознания прорывается мысль:
-Не дури!
Я не совсем понимаю относится это к тому, что я должна сохранить картину или наоборот уничтожить и чем быстрее, тем лучше.
Не дожидаясь возвращения Ильяса, я не доставая из пакета клеенку с обломками картины, запихиваю туда несколько бумажных салфеток и пытаюсь поджечь. Естественно, у меня это не получается.
В эт о время возле меня останавливается автомобиль и мужчина спрашивает:
-Девушка, вам компанию составить?
-Спасибо, не нужно, но если плеснете чуток жидкости для розжига, то буду только рада.
-Не вопрос! – он выходит из автомобиля, открывает багажник и подает мне наполненную на треть бутылку с жидкостью для розжига. – Дарю! У меня новая есть.
-Спасибо!
-И все же... вы в таком месте одна...
-Да не одна я. Мой молодой человек пошел искать дрова.
-Какой... нехороший человек ищет здесь дрова? Если что и было – давно спалили. Сюда ездят со своими дровами или углями для мангала.
-Нам дрова нужны, чтобы сжечь кое-что, но прогореть должно полностью.
Мужчина вздыхает и достает из багажника пять коротеньких поленьев и пучок заготовленной стружки.
-Держите!
Из-за автомобиля появляется Ильяс с несколькими сухими ветками в руках.
-Все нормально?
-Да, все хорошо. Мужчина поделился дровами и розжигом.
Ильяс и водитель автомобиля только теперь замечают друг друга.
-Ильяс?
-Ромка?
Тут и я присоединяюсь к череде вопросов:
-Вы знакомы?
Мужчины удивленно смотрят на меня, словно не понимая кто я и как здесь оказалась.
Ильяс первым приходит в себя и говорит:
-Познакомься – это моя... супруга Василиса.
-Супруга? – удивленно восклицает мужчина.
-Супруга! – подтверждаю я с улыбкой.
-Но...
-«Но» осталось в прошлом! – гордо говорю я и получаю вознаграждение от Ильяса в виде нежного поцелуя в щечку.
-Василиса, познакомься, это Роман. Мы с ним вместе были... получили одинаковую проблему.
Роман, почти кричит:
-Ильяс, чем лечился? Может к бабке какой ходил или ездил?
Качает головой.
-Я просто встретил женщину, которая приняла меня таким, какой я есть и теперь наблюдаются заметные улучшения ... по здоровью. Пока еще не так, как хотелось бы, но я уверен, что все будет хорошо.
-Ты ... и... все равно женился?
-Почему нет? Василиса сама предложила сойтись. И, кстати, не ради денег или чего-то такого – ее мое материальное положение не интересует.
-Это пока, – снисходительно улыбается мужчина.
-Ошибаешься. Я живу с матерью-инвалидом в старом доме, а у Василисы своя квартира в хорошем районе. Зарабатывает она, как ты понимаешь, не меньше моего, но ей не нужно ни о ком заботиться, ни на кого тратиться. Так что рассчета тут никакого нет. Тут чистые и светлые чувства. Сам-то как?
Роман вздыхает.
-Хорошо и плохо одновременно. Квартиту купил, машину купил, работа, как ты понимаешь, не плохая. Казалось бы, живи и радуйся, да какая радость, если один в доме? Ни жены, ни детей. В первое время я пить начал, но потом понял, что это не выход.
-К врачам не ходил после... того?
-Ходил. Лечение назначали, но эффекта никакого. Был правда один лепила, который предположил, что это психосоматическое и предложил наведаться к мозгоправу...
Договорить Роман не успел, потому что получил от Ильяса малозаметный, но я уверена, что сильный тумак локтем в бок. А я из услышанного сделала вывод, что Ильяс и Роман были в местах лишения свободы и там что-то произошло.
Повисла неловкая пауза и, чтобы разрядить обстановку, я предложила:
-Хватит языками чесать, лучше разожгите костер. Нам нужно сжечь и чем быстрее, тем лучше!
Обрадованные тем, что можно закрыть тему никого не обидев, мужчины кинулись разводить костер.
Дождавшись, пока разгорится пламя, я сначала посмотрела в какую сторону относит дым, потом распорядилась:
-Отойдите на эту сторону от костра, чтобы даже дым от этой гагасти не попадал ни на кого!
Чтобы не рисковать, сначала вытряхнула из клеенки все, что там было от картины, чтобы в огне сгорели и рамка и полотно и картонка и, самое главное, труха непонятного происхождения. Не особо надеясь на то, сто стекло сгорит, бросила и его.
Роман непроизвольно протянул руку вперед.
-Стекло-то зачем? Оно не сгорит же.
До злополучного стекла он не дотянулся около трех сантиметров, как раздался треск и осколки полетели в разные стороны, словно кто-то ударил по стекляшке камнем. Роман не успел отдернуть руку и в ладонь впился достаточно крупный кусок стекла.
Роман почему-то перехватил руку в районе запястья, Ильяс хотел выдернуть стекло, но я гаркнула, что есть мочи:
-Не трогать!
От моего крика даже Роман выпустил руку.
Беру в руки салфетку и с ее помощью выдергиваю осколок, который тут же отправляется в огонь. Носовым платком закрываю рану.
-Бинт есть в аптечке?
Кивает на автомобиль.
Тут уже и Ильяс подключается, бежит за аптечкой и начинает достаточно умело перевязывать. Закончив изрекает:
-Кровью взяла.
Роман крутит головой, переводя взгляд с Ильяса на меня.
-Ребята, вы о чем? Что происходит?
Я закидываю в огонь клеенку, чтобы точно ничего и нигде не осталось, да и не стану я уже ею пользоваться.
Ильяс, словно ничего не слышал, относит аптечку в машину.
-Так и будете молчать? - начинает злиться мужчина.
Ильяс смотрит на меня.
Вздыхаю.
-Давай расскажем, - перевожу взгляд на Романа. - Только чуть позже. Пусть все это прогорит окончательно, а потом сядем и за едой расскажем тебе.
-Страшилку, - со смехом дополняет Ильяс.
-Почему не сейчас?
-Потому что у меня есть предчувствие, что скоро позвонит ... кое-кто и дополнит историю.
Продолжение: