“Мы покорим Манхэттен” – это британский телевизионный драматический фильм режиссёра Джона МакКэя (John McKay). В центре сюжета отношения женатого фотографа VogueДэвида Бэйли и юной начинающей модели Джин Шримптон, и их провокационная фотосессия для Vogue 1962года. После этого они стали символом Лондона начала 60-х.
Также этот фильм поднимает тему перехода от консервативного стиля к чему-то новому, о том, как обретают силу молодые бунтари и устанавливают свои правила. Это история из 1960-х, когда дерзкие молодые выскочки шокировали старую гвардию своими идеями, что юбки можно укоротить и носить кожаные куртки в St.Regis, как бы вульгарно, по мнению элиты, это ни было.
Дэвид Бэйли (David Bailey) считается одним из пионеров современной фотографии, ему приписывают создание одних из самых впечатляющих снимков за последние шесть десятилетий. Его строгий чёрно-белый фон и резкое освещение положили начало новой эре модной фотографии. Этот новый стиль обозначил меняющуюся культурную жизнь Лондона. Он сделал звёздами новое поколение моделей, начиная с Джин Шримптон (Jean Shrimpton). В фильме “Фотоувеличение” (1966) Микеланджело Антониони образ главного героя, фотографа Томаса, вдохновлён именно Дэвидом Бэйли.
Джин Шримптон (Jean Shrimpton) была первой в мире супермоделью, в 1960-х она стала одной из главных персон в мире моды. Она разрушила традиционные представления о роскошных моделях 1950-х, воплотив в себе дух молодости Лондона 1960-х. Она путешествовала по миру и блистала десять лет, появляясь на обложках Vogue, Harper's Bazaar, Vanity Fair, Time и Glamour. Но в 30 с небольшим лет она ушла из профессии, потому что мир моды “полон мрачных и проблемных людей. Это напряжённая среда, которая накладывает свой отпечаток и выжигает людей”, по её признанию. Со своим последним мужем Майклом Коксом она купила отель в Пензансе в графстве Корнуолл, где и живут последнее время.
Сюжет фильма “Мы покорим Манхэттен”
1960-е. Молодой ассистент фотографа Дэвид Бэйли (в исполнении Анайрина Барнарда) уходит из фотоателье John Cole's Studio Five, чтобы начать своё собственное дело. Ему не нравилось делать однотипные фото с моделями, которые принимают неестественные позы, от чего фото не привлекает внимания и с искусством не имеет ничего общего.
Открыв своё ателье, Бэйли начинает создавать фото в своём неповторимом стиле – живые и провокационные. Однажды фото с моделью Полин Стоун и чучелом белки привлекло внимание в редакции британского Vogue. Конечно, Бэйли ещё предстояло доказать, что он достоин доверия, а пока в редакции он занимал самую маленькую студию и за ним закрепилась характеристика “просто смазливый мальчишка”.
Джин Шримптон (в исполнении Карен Гиллан), будучи со своими родителями в пансионате, заняла третье место в конкурсе красоты. Родители были впечатлены и удивлены, они решили отдать дочь в академию моделей Люси Клейтон, чтобы она могла изучить этикет, научиться говорить, а потом принимать участие в модных съёмках, пока не выйдет замуж. Но Джин нужен был свой фотограф, который смог бы найти правильный ракурс или вообще рассмотреть её истинную живость, потому что пока она считалась неуклюжей замухрышкой.
Первая короткая встреча Джин Шримптон и Дэвида Бэйли состоялась ещё в его студии. Его привлекла эта 18-летняя неуклюжая девушка. Они не обменялись и словом, но он запомнил её огромные глаза и длинные ноги. Этого было достаточно, что пригласить её для фотосессии с осенними юбками, когда он уже снимал для Vogue.
Дэвиду Бэйли очень понравилось снимать именно Джин Шримптон, потому что она словно знала, как нужно правильно встать и как посмотреть, ему было комфортно с ней работать.
Когда в Vogue решили сделать фотосессию Young Idea Goes West (Молодёжный стиль идёт на Запад) с одеждой средней ценовой категории и именно в Нью-Йорке, поручив съёмку Дэвиду Бэйли, он поставил условие, что моделью должна быть именно Джин. Это был 1962 год, Бэйли, Шримптон и Клэр Рэндльшам (в исполнении Хелен Маккрори), редактор отдела моды, прибыли в Нью-Йорк. Это стало переломным моментом для мира моды и модной съёмки.
Каким получился фильм: стильным, передающим дух моды, волнующим, благодаря своей теме противостояния элиты и “доярок”
Этот фильм – драматизация событий, но он хорошо фиксирует момент перехода, знаковый момент в модной индустрии.
При всей лёгкости этот фильм рассказывает очень интересно о противостоянии элиты и простолюдинов. Противостояние тут выстроено через эмоциональные диалоги между Дэвидом Бэйли и леди Клэр Рэндльшам. Первый – это дерзкая молодая кровь, вторая – консервативное настоящее, боящееся носить кожаную куртку, потому что леди так не делают.
У Клэр есть строгий план съёмок на неделю, а у Бэйли есть только “мыльница”. Бэйли фотографирует Джин словно турист, он даже не использует штатив, а Клэр находится на грани нервного срыва, потому что фотографии не соответствуют стандартам Vogue.
Он не хочет ‘ловить’ достопримечательности, ему важнее сохранить на фото суету города, чтобы снимки ‘дышали’ всеми этими прохожими, указателями и ограждениями, на которые никто не обращает внимания. Его логика понятна – раз они вырвались из стен фотостудии, стоит ли делать фото бездыханными. Клэр Рэндльшам не хочет публиковать в новом номере зернистые, размытые, дешёвые и неряшливые снимки с неуклюжей и похожей на мальчишку-сорванца моделью, которую она назвала “Креветкой” (фамилия Shrimpton к этому подталкивала), а Бэйли парирует, что они, на самом деле, энергичные, свежие, молодые и трепещущие.
Пока Бэйли и леди Клэр отчаянно спорят, Джин готова признать: “Я не из элиты. Я кормлю свиней”, выражая своё согласие в неравенстве, а, значит, в отсутствии права что-то менять.
Клэр Рэндльшам была баронессой, за которой закрепилась репутация очень сложного в общении и работе человека, а Дэвид и Джин были выходцами из рабочих семей. Родителями Бэйли были отец-портной и мать-машинистка, родители Джин владели фермой и не имели связей с представителями высшего света. Джин выросла в сельской местности в окружении животных. У их семьи был чёрный лабрадор Дэнни, которого отец Джин научил собирать куриные яйца и приносить их на кухню.
Пожалуй, настоящей революцией в мире моды было именно то, что в поле зрения попали простые люди, получили право стать интересными не за счёт своего привилегированного происхождения, а сами по себе. “Грядёт новый мир, где люди будут красивыми, им будут аплодировать не из-за того, кем является их папа, а из-за того, кто они есть, из-за того, кто они здесь и сейчас перед камерой,” – заявлял Дэвид Бэйли в самом жарком споре с Клэр Рэндльшам. Действительно, до тех пор, пока человек не поверит в свою индивидуальность и не определит свой собственный стиль и не продемонстрирует его, шанса на успех не будет. Человек останется марионеткой с необходимым набором поз и выражений лица, останется просто моделью (в смысле вещи или подобия человека) без изюминки.
Эта идея и противостояние очень хорошо считываются в этом фильме, они делают его намного интереснее, чем если бы он просто показал роман между фотографом и моделью.
В реальной жизни Дэвид Бэйли и сам себя называл аутсайдером в индустрии, тем не менее, он прославился своей способностью вести себя свободно во время съёмки, заражая своим энтузиазмом моделей, способностью налаживать взаимопонимание на съёмочной площадке и фокусироваться на модели как на самой интересной части образа. Джин Шримптон была его музой (у них действительно завязался роман, пока он ещё был женат), но и сам Бэйли превратился в своего рода музу в мире фэшн-фотографии. Он стал очень популярным, как рок-звёзды, которых он впоследствии фотографировал.
фотосессия Vogue 1962 года в фильме
настоящая фотосессия Vogue 1962 года
Интересные факты
В декабре 1976 года Дэвид Бэйли и его коллега Дэвид Личфилд запустили ежемесячный журнал Ritz Newspaper, нечто среднее между изданиями Interview и Rolling Stone для британского рынка. В нём публиковались материалы о художниках и иконах поп-культуры, от Энди Уорхола до Бьянки Джаггер. Первый номер Ritz вышел в год, когда панк-рок свёл с ума Лондон. В номере была опубликована специальная статья, посвящённая Вивьен Вествуд и Малкольму Макларену и новой революции в моде, которую они начали на Кингз-роуд.
Дэвид Бэйли проработал на журнал восемь из пятнадцати лет, пока он выходил в свет, и ему приписывают знакомство Великобританию с фотографией в стиле “папарацци”.
Джин Шримптон была не просто моделью, она была и законодателем моды. В 1965 году, во время двухнедельного визита в Австралию, спонсируемого Victoria Racing Club, она надела белое платье-сорочку, которое заканчивалось почти на 13 сантиметров выше колен. Это смелое модное решение произвело фурор, и Шримптон окрестили символом нарушения общепринятых норм.
Другим ярким моментом в её карьере стало то, что она позировала для рекламы помады Revlon в старинном белом кружевном платье Chantilly от Bill Blass. Этот культовый образ вызвал нешуточное волнение в индустрии моды, а женщины стали спрашивать, где они могут приобрести такое же платье.