Рождение дочери прибавило хлопот. Но и после появления малышки Максим всегда был рядом, всегда старался помочь. Он вставал к плачущему ребёнку по ночам, чтобы поменять памперс, разогревал бутылочки с молочной смесью, кормил дочку, когда Мирослава уставала и, казалось, была уже не в состоянии делать эти бесконечно повторяющиеся однообразные действия по уходу за беспомощной крохой.
Первые месяцы вымотали их обоих. Мирослава понимала, что Максиму нужно ходить на работу, готовиться к сессии, и старалась дать по ночам мужу выспаться. С плачущим ребёнком уходила на кухню, укачивала и успокаивала его там, пока он не засыпал снова.
На третьем курсе Максим зарабатывал уже намного больше рядового учителя. Через каждые полгода зарплата его увеличивалась и росла в арифметической прогрессии. После окончания университета они могли позволить себе снять более просторную квартиру с качественным ремонтом. Ютиться в однокомнатной вчетвером было уже сложно.
Казалось, больше всего радовалась этому событию Наташа. Девочке было уже пять лет, и она очень хотела иметь свою комнату. На небольшом угловом стеллаже она разместила игрушки, на письменном столе расставила в стаканчиках карандаши и фломастеры, на полках над письменным столом выставила в ряд свои книги.
Когда Наташа была в детском саду, Максим использовал её комнату в качестве рабочего кабинета. Наличие свободного изолированного помещения позволяло ему не ходить в офис, а работать удалённо.
В материальном плане качество жизни постоянно улучшалось. Максим зарабатывал всё больше. Он даже говорил о том, что Мирослава могла бы не выходить на работу после окончания декретного отпуска. Но Мирослава устала сидеть дома, ей уже хотелось каких-то перемен, возможности самореализоваться, она соскучилась по школьным звонкам, ученикам, урокам. Она понимала, что, когда выйдет на работу, через месяц или два пожалеет об этом. Сложные процессы воспитания, взаимодействия с администрацией, учениками и их родителями, по рассказам Натальи, которая сейчас тоже работала в городской школе, доводили подругу до отчаяния. Она уже готова была уволиться и пойти на работу в супермаркет кассиром.
— Да сейчас детей учить некогда, одни отчёты, бумаги, электронные таблицы, анкеты. Теперь же все в компьютерах, в телефонах. Только и рассылают всякие гугл формы — успевай заполнять.
Но Мирослава всё же отдала летом младшую дочь в детский сад и первого сентября вышла на работу.
Смена рода деятельности пошла ей на пользу. Наконец она отвлеклась от семейного быта. Череда бесконечных домашних дел сменилась общением с коллегами, учениками. И хотя всюду успеть было сложно, она справлялась. Отвезти и забрать Машу и Наташу из сада и школы, приготовить завтрак и обед, следить за порядком в доме, постирать и отутюжить дочерям платья и кофточки, подготовиться к урокам — список дел никогда не заканчивался, а только увеличивался. Большая часть забот ложилась на её плечи, но она всегда могла надеяться на помощь Максима. Подросшая Наташа тоже старалась быть полезной: собирала игрушки, разбросанные Машей, вытирала пыль, подметала пол, училась мыть посуду.
Однажды, вернувшись домой с работы, Мирослава заметила, что Максим чем-то расстроен и озабочен. Плохое настроение мужа она угадывала без ошибки. Она сразу почувствовала, что что-то случилось. После ужина он включил детям мультфильмы и сказал, что нужно посоветоваться и обсудить возникшие проблемы.
— Брат раньше говорил, что у него проблемы в семье, но я не думал, что они настолько серьёзные. Мама сегодня звонила, — Максим исподлобья посмотрел на жену, желая увидеть её реакцию.
Вы прочли отрывок из 19-й главы повести Татьяны Пешко "Предубеждение и судьба".