1983 ГОД. Подводная лодка С-176 стоит возле острова Парамушир. На месте стоянки большая пологая морская зыбь, катившая со стороны океана. Где-то над головами орут чайки. Внутри лодки суета, нервное напряжение и предстартовая лихорадка. Через полчаса нужно сниматься с якоря и идти в район погружения. Уже работают на прогрев дизеля. Время поджимает, а якорь, как назло, не хочет подниматься.
Шпиль вращался, цепь скрежетала, но якорь будто врос в морское дно. Боцман Веточкин, красный от напряжения, крутил вправо-влево палубный ключ, матросы тоже изображали какую-то движуху. Командир, стоя на мостике, смотрел на часы и ругался.
- Что за бардак?! - кричал он. - Почему якорь не поднимается? Боцман, ты что там, заснул?! Старпом, что вы там столпились, как бараны? Что с якорем?!
Старпом, капитан-лейтенант Шаймиев, бегал по палубе и тоже руководил. Его лицо выглядело умным и озабоченным. Он то и дело подбегал к боцману, давал ценные указания, потом возвращался к командиру и докладывал. Видно, что работает старпом. Но ситуация не менялась. Цепь не двигалась.
- Товарищ командир, может, отдадим якорь-цепь? - родил Шаймиев умное предложение, переводя дыхание.
- Отдать? Да ты что, старпом, озверел? - командир посмотрел на него, как на врага народа. - А ты готов за неё заплатить? Ты знаешь, сколько цепь с якорем стоят?
- На время, товарищ командир, - развивает свою умную мысль старпом. - Обозначим место, привяжем какой-нибудь поплавок...
- Ты сам поплавком станешь, старпом, если цепь с якорем утопишь! - перебил его командир. - Ладно, времени нет, отдавайте. Да конец привяжите с аварийным брусом, чтобы потом поймать! Не то опозоримся перед всей флотилией!
Боцман, весь в поту, всё ещё дергал туда-сюда свой ключ. Шпиль вращался, но цепь никуда не двигалась. Казалось, будто само море решило сыграть с нами злую шутку.
- Приготовьтесь отдать якорь-цепь! - распорядился командир, стиснув зубы. - Штурман, место поточнее обозначь! Старпом, распорядись, аварийный брус на палубу!
Матросы засуетились. Канат нашли, брус привязали. Вот уже отдан жвака-галс и цепь полетела на дно, а на поверхности воды закачался ярко-красный двухметровый брус.
- Оба малый ход! - скомандовал командир, и за кормой забурлила вода, лодка медленно набирала ход...
Вроде бы накал страстей угас, но не тут-то было! Неожиданное продолжение! Через полчаса, когда лодка была уже на подходе к точке погружения, в первом отсеке матрос Иванов (фамилия реальная), случайно ковыряясь возле маховика переключения режимов работы шпиля, заметил нечто странное. Стрелочный указатель стоял в положении "работа шпиля" вместо "выбор цепи". Матрос пошёл и позвал боцмана.
- Посмотрите, - сказал он, указывая на стрелку. - Разве так должно быть?
Боцман залез между торпедных аппаратов и, взглянув на указатель, выругался.
- Вот чёрт! Обделались, получается! Зря цепь утопили! - и полез наверх докладывать командиру.
Командир, слушая доклад, глядел на боцмана, как Ленин на буржуазию.
- Кто это сделал?! - тихо, но злобно спросил он. - Кто этот балбес, который крутил маховик?! Боцман, так тебя перетак... ! Это твоя матчасть! Ты отвечаешь за неё! Почему не проверил положение маховика?! Готовься, по возвращению я тебе такое устрою! До пенсии вспоминать будешь свой косяк!
Боцман, красный как рак, только кивал и отвечал "Есть". Оказывается, утром на проворачивании технических средств какой-то дурень провернул маховик в положение "шпиль" и отключил механизм выборки якоря. И забыл вернуть в исходное. Боцман не догадался проверить, не сделал поправку "на дурака". Он уже представлял, как командир будет его "воспитывать" по возвращению. Да и по партийной линии что-то нехорошее тоже прилетит...
Но пока что лодка шла вперёд, и надо было думать о погружении, а о якоре временно забыть. Но это еще не конец истории.
Самое интересное впереди.
Всплыли. Море штормило. Небо, серое и низкое, нависало над головой, словно готовое обрушиться в любой момент. Экипаж устал. Почти сутки под водой, в напряжённом состоянии. Акустики, прильнув к своим приборам, ловили каждый звук, пытаясь отличить шум винтов американских атомоходов от естественных звуков океана.
Но сегодня, наконец, пришло по графику время возвращаться на якорную стоянку. Время передышки. И тогда вместо ходовой вахты будет лёгкая якорная вахта. Не нужно будет стоять у работающих механизмов, вместо этого можно подняться наверх и просто рыбку половить с борта. Красота!
Несколько часов хода - и мы в своей бухте.
Вахтенный офицер, стоя на мостике, с напряжением обшаривает бурную морскую поверхность через бинокль. Он ищет красный "поплавок" - аварийный брус, который должен точно указать лежащую на дне якорь-цепь. Но море вокруг было подозрительно пустынно. Ничего, кроме волн. Может, ещё не подошли к заветной точке?
Пришли, штурман снизу орёт, что тормози, мы уже на месте! Но нигде не видно "поплавка" среди волн с белыми барашками. Что называется, приплыли.
- Где же он? - бормочет вахтенный офицер, продолжая шарить ненужным биноклем вокруг. - Где этот чёртов поплавок?
Старпом, вылезший наверх, уже заранее занервничал. Он начал накручивать сигнальщика, чтобы тот смотрел внимательнее, а не "как баран на новые ворота". Лодка начала кружить на месте, делая циркуляции. Круги нарезала, волны рассекала, но "поплавка" не находила!
- Доложите командиру, - печально сказал старпом. - Брус уплыл.
Командир, злой как чёрт, молчит в своей каюте. Потом глухо бросил в "Каштан":
- Это твоя глупая идея, старпом. Вот хоть ныряй на дно, но цепь с якорем мне достань.
Старпом на мостике места не находит. Он начинает экспресс-следствие:
- Кто вязал брус?! У кого руки - крюки?! Морских узлов не знаете, бездари!
У боцмана тоже запоздалая идея в голове:
- Надо было конец к брусу гвоздями прибить для страховки!
Но времени на разбирательства нет. Командир опять из каюты напрягает:
- Думай, старпом, как поднимать цепь будешь.
Старпом задумался. Ясен пень, брус уплыл, цепь на дне у Царя Морского. Выручает молодой минёр, говорит с важным видом, слова чеканит, думает, что самый умный в этот момент. Что нужно сделать "кошку" и тралить бухту. Господи, ну что за глупость у минёра в голове! Но старпом хватается за соломинку и зовёт на мостик механика.
- Нужно сделать "кошку", - сказал он. - Будем тралить дно. Сможешь сделать?
Механик, человек с чувством юмора, оценил ситуацию и только усмехнулся. Умный человек, физику учил в школе, понимает, что это авантюра. Как же, таскать "кошку" по дну подводной лодкой... Но спорить и что-то доказывать не стал, понимает, старпом сейчас на своей волне. Он отдал распоряжение сварщику, и через час из тяжелой старой насос-форсунки была изготовлена "кошка" - подобие небольшого якоря, который должен будет зацепить якорную цепь на дне.
- Ну что, флотоводцы, - подмигнул командир БЧ-5, - готовы к приключениям?
Старпом только неодобрительно взглянул на механика и ничего не сказал. Он знал, что это единственный вариант исправить косяки, другого выхода у него не будет. "Кошку" прикрепили к стальному тросу 5-миллиметрового диаметра, который любезно предоставил умный минёр, и скинули за борт. Лодка, стоящая без хода, качалась на волнах, как пьяная. Дали ход электромотором, и началось боевое траление.
Пять минут напряженного ожидания. И вдруг - зацеп! О, счастье момента! Трос натянулся, как струна. Старпом радостно кричит:
- Нашли! Стоп моторы! Полный назад!
Но какой там "полный назад"! Закон инерции никто не отменял. Лодка не велосипед и продолжает двигаться вперед. Полторы тысячи тонн мгновенно не остановишь. Все, приехали! Трос не выдержал. Лопнул. "Кошка" осталась на дне.
- Неудача, - пробормотал старпом, глядя на обрывок троса. - Первый блин всегда комом. Делаем новую "кошку".
Механик не против. Он видел, что начальники затеяли чепуху, но молчал. Для него это как шоу. Новая "кошка" была сделана, и опять пошло траление. Опять зацеп, опять натяжение, и опять обрыв. На этот раз старпом понял, что это конец, пора завязывать это глупое дело. Не получился тральщик из подводной лодки. Авантюра провалилась.
- На якорь стать не получится, - сказал он, докладывая командиру. - Придётся нести ходовую вахту до конца боевой службы.
- Ну вот и будете вместо якорной стоянки нести вахту всей вашей гоп-компанией, - злобно сказал командир. - А по приходу напишу приказ и заставлю заплатить за якорь с цепью всех виновных.
В кают-компании все сидели с хмурыми лицами. До конца боевой службы было 3 недели. И вместо спокойных дней на якоре предстояли напряжённые дни ходовой вахты. Все понимали, это тот случай, когда расплата за чью-то глупость и безответственность обретает реальное воплощение.
Море - это стихия, которая не прощает ошибок. Оно может быть спокойным и ласковым, но в любой момент может превратиться в бушующий ад. И те, кто выходит в море, должны быть готовы ко всему. Даже самые опытные моряки иногда ошибаются. Но очень грустно, когда ошибки возникают просто по чьей-то дурости, которую просто невозможно предугадать. И вдвойне грустно, когда сразу прилетает расплата. И втройне печально, когда из-за одного дурака расплачивается весь экипаж.
Эта история о том, к каким непрятным приключениям может привести одна маленькая ошибка. Как важно быть внимательным и ответственным, особенно когда ты в море. И о том, что даже в самых сложных ситуациях нужно сохранять чувство юмора. Потому что без него на флоте никак.
А что же красный "поплавок"? Он наверное так и болтается где-то в океане, или давно уже уплыл в Америку.
Дорогой читатель, если вам интересно - подписывайтесь :)