Синдром подсадной/сидящей утки – о человеке или объекте, являющимся абсолютно беззащитным перед угрозой, атакой. Не путать с синдромом Стэнфордской утки.
Психиатр Ричард Клюфт в 1990 г. описал «синдром подсадной утки» или ревиктимизацию жертв сексуализированного насилия в детстве в своей книге «Инцестуозные синдромы взрослой психопатологии»/ Incest-Related Syndromes of Adult Psychopathology. Книга стала результатом длительных исследований и наблюдений за пациентками, подвергшихся сексуализированной эксплуатации в детстве и со стороны своих психотерапевтов уже во взрослом возрасте.
Работая и наблюдая за определенной категорией пациенток, Клюфт приходит к выводу, что их объединяли схожие события в прошлом. Все эти жертвы были подвергнуты сексуализированному насилию в детстве со стороны близких родственников, членов семьи. Пережив насилие в детстве, пациентки обращались за помощью в преодолении полученных травм к группе психотерапевтов, которые травматизировали их повторно. В 50-х годах прошлого столетия обращения таких пациенток, их жалобы или просто упоминания о злоупотреблении со стороны терапевта отвергались, рассказы пациенток объяснялись фантазиями – тайными желаниями пациенток вступить в сексуальные отношения с психотерапевтом. Распространенная стигма с легкой руки Фрейда. Специалисты помогающих профессий пытаясь решить распространенную проблему отмечали факт, что она даже не имеет названия, замалчивается самими психиатрами и психоаналитиками. Единицы здравомыслящих психиатров активно выступали против распространенной на тот момент традиции коллег вступать в брак с собственными пациентками/пациентами.
Клюфт приводит результаты различных расследований коллег: 10 % мужчин психиатров проводили «эротические практики» с пациентками, 5% вступили в половую близость; 7.9% - 5.5% мужчин и 2.2% - 0.6% женщин психотерапевтов имели половой контакт с пациентами во время лечения, другие совершали подобное спустя 3 месяца после окончания терапии. Важно отметить, что эти цифры ограничиваются лишь выборкой, которую были способны охватить исследователи, да и анонимные опросники, посредством которых были получены данные, вряд ли гарантируют чистосердечные признания каждого участника.
Исследуя проблему, Клюфт и коллеги, выделяют 12 поведенческих сценариев психотерапевтов, злоупотреблявших терапевтическими отношениями с пациентами. Здесь опишу только три.
Сценарий №10 “Hold me”/ «Держи меня» - когда специалист эксплуатирует потребность клиента в неэротическом физическом контакте. По сути, это повторение детской травмы, когда ее виновник использовал детское желание в тактильном безопасном контакте с родителем.
Сценарий №11 “Special”/ «Исключительный» - когда специалист убеждает клиента, что обстоятельства ее/его состояния/заболевания настолько особенны, что требуют исключительных методов вмешательства. Этот же сценарий используется терапевтом, считающим себя исключительным специалистом, для которого не подходят общие правила.
Сценарий №12 “Blackmail”/ «Шантаж» - когда терапевт получает доступ к «постыдным» воспоминаниям клиента и использует их в целях склонения последнего к сексуальному контакту. Шантаж распространен только среди клиентов, переживших изнасилования или посягательства в детстве.
Клюфт и коллеги отмечают важное наблюдение о том, что большинство злоупотребляющих терапевтическими отношениями, это специалисты с ярко выраженными нарциссическими чертами, очевидными психопатиями, которые тем не менее, остаются не диагностированными. Подобные характеристики особенно распространены среди специалистов занятых в сферах, предполагающих авторитетную/доминирующую позицию или наличие власти. Обычно такие специалисты отличаются особой склонностью приписывать собственные неосознаваемые «отклонения» другим.
Прежде чем перейти к описанию вышеописанного синдрома, Клюфт делает другое немаловажное наблюдение: нередко пациенты сами ведут себя чрезмерно сексуализированно, будто бы, по словам терапевта "вынужденно" вступившего в отношения, провоцируя терапевта. По сути же, эротизированное поведение пациента является лишь следствием детского сексуализированного абьюза. Они совершенно не находят терапевта привлекательным, но активно впадают в отношения трансфера, повторяя и повторяя то, что с ними произошло в детстве.
Клюфт и коллеги разделяют пациентов на три категории риска попадания в абьюзивные отношения по степени тяжести состояния.
Так, работая с 12 пациентками, Клюфт выясняет, что у каждой из них в анамнезе есть инцест. Таким образом, эксплуатацию психотерапевтами, Клюфт называет ре-виктимизацией пациенток, повышенной уязвимостью или иначе «синдромом подсадной утки»/sitting duck syndrome. Клюфт и коллеги отмечают поразительное сходство сексуальных отношений терапевт-пациент с инцестуозными. Клиент обращается за помощью к терапевту, что само собой ставит последнего в позицию более компетентного, более мудрого, в общем, авторитета, коим должен быть значимый взрослый/родитель, отдаваясь в безопасность терапевтического пространства.
«Терапевту достается мягкий, как пластилин, наивный нуждающийся пациент, который никому не расскажет и не будет винить терапевта, и который будет оставаться годами в терапевтических отношениях, расплачиваясь за ущерб и чувствуя вину за неотвратимое жестокое обращение и пренебрежение, причиняемые терапевтом» [Kluft, 1990 p.486].
Иначе говоря, абьюз продолжается благодаря моральной защите и стыду, который защищает насильника.
Синдром подсадной утки включает 4 кластера симптомов: 1) тяжелые симптомы и проблемные черты характера; 2) идиосинкразические динамические детерминанты (проще: отличительные факторы, определяющие динамику); 3) дисфункциональная социализация по типу отношений, исключающих заботу о себе; 4) травматическая деформация наблюдающего эго и искажение когнитивных функций, дисфункциональные схемы. Эти факторы «подталкивают» их носителя воспринимать опасные, несущие угрозу обстоятельства и отношения, как крайне желаемые и необходимые, и брать на себя ответственность за действия абьюзера. Эти же 4 кластера симптомов часто встречаются среди людей не обязательно, подвергавшихся инцесту в детстве, но выросшим в дисфункциональных семьях, например, в семьях алкоголиков.
Продолжение следует….
Иллюстрация: Michael Bedard
Автор: Асылгуль Мусаева
Психолог, КПТ EMDR травматерапевт
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru