В старый дом зашел мальчик с бесконечно яркими глазами.
-А, господин Шпеермейстер, доброе утро!
-Доброе доброе, господин Кляйнике.
-Все ли в порядке?
-о, да, спасибо.
-Как ваша чудесная дача? Достроили?
-Нет, еще нет, господин Кляйнике, ждем теплой погоды, чтобы заняться комнатой малыша Даниеля, я думаю она будет яркой, и ему понравится.
-Что ж, доброго дня.
-Доброго дня господин Кляйнике, -и оба мужчины раскланялись.
Господин Шпеермейстер, высокий, малоприятный, с опрятной бородой и чистыми остроносыми ботинками уткнулся в мальчика с бесконечно яркими глазами.
-Чего тебе мальчик?
-Я хотел бы купить вот эту квартиру, - он показал пальцем на коморку под лестницей с полуоткрытой дверцей.
Господин Шпеермейстер рассмеялся.
— Вот эту конуру? Это горничная нашего дворника, он старый и сумасшедший дед. Он ее не продает, более того – и не может. Она принадлежит губернатору, как и весь наш дом.
-Тогда продайте вашу дачу, или комнату малыша Даниеля.
Мужчина согнулся и посмотрел в бесконечно яркие глаза. Отпрянув от них, он не без злости процедил.
-Ты мальчик похож на умалишенного нашего дворника, иди отсюда по дору пока я не позвал его, чтобы он тебя прогнал метлой.
-Но я же не сделал ничего, я всего лишь и яркие глаза начали потухать…
-Ты невоспитан и назойлив! Поди прочь!
-Вы не понимаете, -глаза стремительно блекли, оставляя вместо радуги серый полукруг.
-Я все понимаю, ты хочешь забрать мою собственность и присвоить себе воспоминания, которые тебе не принадлежат. Ты детдомовец, оборванец, я читал о таких, как вы в газетах. Если наш губернатор был поумнее он засунул бы вас всех в эти дома и не выпускал для того, чтобы вы искали себе семью!
Неприятный господин Шпеермейстер развернулся чтобы вынуть свежую газету из ящика и намеревался сразу после этого прогнать мальчишку, если тот еще будет назойливо смотреть своими яркими, вызывающими беспокойство глазами.
-Что ж, прекрасный день, - вслух сказала опрятная борода неприятного мужчины увидев, что надоедливых глаз не оказалось в подъезде. Хлопнула дверь, и он вышел на апрельскую, цветущую и поющую улицу и зашагал по ней. Все это видела маленькая белая мышка, нарисованная мелом на кирпичной стене, при входе в коморку. Она плакала молочными слезами, впрочем, их не оставалось на полу, их стирали подошвы проходящих людей. Уже поздно ночью, когда в подъезде горел только проходной фонарь, старый дворник, с усталыми потухшими глазами заметил, впервые заметил, крохотное плоское с острой мордочкой существо.
-Ах ты моя милая! Не плачь, - и он подставил свою сухую, словно трость руку.
-Иди, иди не бойся, - старый дворник стряхнул в ладонь маленькую плоскую мышку.
-Ты тоже одна, и родных небось нет? - плоская, словно лист тонкой бумаги, она легла в его ладонь и стала что-то неразборчиво мычать.
-Тебе и рот не нарисовали, ты и говорить-то не можешь.
-Сейчас мы исправим. Все исправим.
Старик положил вторую руку поверх той, на которой лежала испуганная нарисованная мордочка и хорошенько потряс. И вот чудо! Между грубыми пальцами показалась настоящая, с рубиновыми глазами мордочка, живая, с усами и розовым носом. Она просунула лапку и стала пищать.
-Что? Кто здесь еще есть? Какой такой мальчик, с какими такими глазами? Не может быть!
-Выходи! Кто тут еще? – старик подошел к потертому зеркалу.
-Ну-ка давай, давай выходи, мышь сказала, что у тебя бесконечно яркие глаза. Хех, давно я не видел мальчиков с такими. Давай, давай, здесь нет этого противного господина Шпеермейстера, он уехал на дачу.
В зеркале показался мальчик. Взгляд его и действительно ярко горел, но радужки так не переливались, как с утра.
-Так вот, что и у тебя никого нет. Понятно. Выходи из зеркала, я кое-что тебе могу предложить. Не Бог весть что, но все же.
Они прошли в коморку и сели за пыльным столом. Мышь взобралась на книги и громоздилась среди пыли и пожелтевших страниц.
-У меня тут есть один знакомый мышиный король, ему как раз в сказку нужен гусар. Лошади только нет, но это поправимо. Малыш Даниель выбросил свою белую резную качалку.
Лошадь, размером с хороший котелок, резво прыгнула мальчику на колени и затем, на стол, бешено вращая глазами. Мышка, обзаведясь приличным скакуном возмущенно запищала, что не одета. Старик повел бровью и открыл книгу с картинками конных войск. Мышка довольно облизнулась и выбрала парадный белый мундир с золотой фуражкой.
- Что с тобой делать я знаю, - поглаживая бороду сказал дворник, с изрядно поцветневшими глазами. Я напишу записку господину Экзюпери, ему такой мальчик нужен, очень нужен, в одну книжку.
Пока он писал своими черствыми непослушными пальцами от тяжелой работы записку, мышь продолжал гарцевать на живой лошади поднимая пыль на столе.
-Так, хватит гарцевать! Марш в свою сказку!