Я усадила девушку на мягкий пуфик рядом с собой, на столике до нашего прихода появился второй набор посуды и горячий чай. Домовые явно дали понять, что одобряют моё решение помочь незнакомке – нарезанный пирог со щавелем лежал на блюдце, источая аромат свежей выпечки.
Девушка сначала отнекивалась от угощений, мялась и краснела, но когда я сказала, что не смогу ей помочь, если она брезгует есть со мной за одним столом, её плечи опустились, и она робко взяла чашку с чаем.
– Ну вот, – сказала я, подбадривающе улыбнувшись, – а то я уж думала, что придётся пирог одной доедать.
Она тихонько хихикнула, искоса поглядывая на меня, и начала осторожно отщипывать кусочки пирога. Её пальцы всё ещё дрожали, но уже не так заметно, а в глазах появилось что-то похожее на надежду.
– Как тебя зовут? – спросила я, наливая ей ещё немного чая.
– Маша... – ответила она едва слышно, но уже не прятала глаза, как раньше.
– Ну вот, Маша, а теперь рассказывай, что у тебя случилось.
Ночь окончательно вступила в свои права, и тени вокруг нас стали густыми и плотными, слабый ветерок копошился в листьях лесных деревьев, шелест успокаивал и расслаблял моё уставшее тело после очередного суматошного дня. Маша, прихлебывая остывший чай, начала свой рассказ тихим, дрожащим голосом:
– Я сирота... Бабушка меня вырастила. Она была строгой, но справедливой... Учила всему, что знала сама. Оставила мне дом, огород и немного денег... Говорила, что на жизнь хватит...
Её голос дрогнул, а руки затряслись ещё сильнее. Я заметила, как она украдкой озирается по сторонам, будто боясь, что кто-то подслушивает.
– В тот день я пришла домой... А она лежала на полу... Поскользнулась на молоке, которое принесла с удоя... Ударилась головой о стол... Я помню эти стеклянные глаза... И кровь... Вся её голова была в крови...
Маша всхлипнула, прижимая к губам чашку с чаем, будто это был её единственный якорь в реальности.
– С тех пор я не могу спать... Стоит только закрыть глаза – и я вижу её... Вижу такой, какой нашла... Она говорит мне ужасные вещи... Говорит, что заберёт меня с собой... Тянет ко мне свои костлявые пальцы...
Её голос сорвался на шёпот, а по щекам потекли слёзы. В тишине ночи каждый шорох в саду казался зловещим – то ли это комары жужжали, то ли что-то другое подслушивало нас из темноты...
– Я не могу больше так жить... Она преследует меня... Днём я ещё держусь... А ночью... Ночью она приходит...Я совсем не сплю…
Маша замолчала, глядя в одну точку перед собой, а я, чувствуя, как по спине пробежал холодок, крепче сжала её руку. Ночь становилась всё темнее, а её рассказ – всё страшнее.
Я провела Машу в дом, стараясь не показывать своего беспокойства. В кухне я заварила ей отвар из душицы и пиона. Пока напиток настаивался, я тихонько прошептала над чашкой заклинание, которому научил Фимка.
– Выпей это, – сказала я, протягивая Маше чашку. – Это поможет тебе уснуть.
Она всё ещё сопротивлялась, говорила, что должна идти домой, но я мягко, но настойчиво гладила её по голове, нашептывая успокаивающие слова. Постепенно её сопротивление ослабло, веки опустились, и она погрузилась в глубокий сон.
Я постелила ей в одной из спален на втором этаже, укрыла одеялом и ещё раз прошептала защитное заклинание, чтобы ночные кошмары не потревожили сон измождённой девушки.
Теперь мне предстояло поговорить с Захаром. Я спустилась в кладовку и тихонько постучала костяшками пальцев по косяку. В ответ раздался шорох и покашливание.
– Захар, – позвала я шёпотом. – Мне нужна твоя помощь. У нас на пороге появилась девушка, которую преследует призрак её бабушки. Что делать?
Домовой появился из-за мешка с сахаром, поправляя свою помятую рубаху.
– Ох, Тася, – протянул он. – Это не простая душа. Тут дело тёмное. Надо бы Фимку позвать, вместе подумаем.
Я кивнула. Ситуация действительно требовала общего обсуждения.
Захар и Фимка устроились поудобнее на узкой лавке в сенцах, и Захар начал:
– Тася, дело серьёзное. Чтобы помочь девушке, тебе придётся пойти на кладбище ровно в полночь. Возьми с собой чёрный котелок, три свечи из белого воска и пучок чертополоха.
Фимка, перебирая свою шерсть на животе, продолжил:
– Кладбище – место силы особой. Там переплетаются миры живых и мёртвых. Ты, Тася, как ведьма, будешь для духов как свет в темноте – все потянутся к твоей силе.
Я вздрогнула от его слов.
– Что ты имеешь в виду?
– А то и имеем, – нахмурился Захар. – Любой дух может попытаться захватить твою волю, чтобы получить доступ к твоей силе. Поэтому нужно быть начеку.
Фимка достал из-за спины старую тетрадку с засаленной обложкой:
– Вот что нужно сделать: поставь котелок на перекрёстке трёх дорожек, зажги свечи по сторонам дорог. В котёл положи чертополох и наговори три раза: "Дух покойный, явись предо мной, душу, или как там бабулю звали, ко мне позови". Когда старуха явится, предложи ей выбор: либо она уходит в мир иной окончательно, либо ты её обратно в могилу загонишь и она будет заперта в ней навеки.
– Но помни, – добавил Захар, – если она начнёт сопротивляться, придётся использовать силу. А это опасно, особенно для тебя, хозяюшка. Ты ещё молодая ведьма, не все грани своей силы знаешь.
Я тяжело вздохнула. Задача предстояла непростая, но Маше нужна была помощь.
– А что, других вариантов нет? – спросила я с надеждой.
– Нет, – хором ответили домовые. – Только так можно разорвать связь между живой и мёртвой.
Я понимала, что придётся рискнуть. Ведь если я не помогу Маше сейчас, её может затянуть в мир мёртвых следом за бабушкой.
Я провела всё утро в сарае, который ещё при жизни бабушки превратился в склад ненужных вещей. Паутина свисала со стен тяжёлыми гирляндами, собирая на себя пыль и падающие листья. В углу стояла старая прялка – её колесо потеряло несколько спиц, и теперь оно казалось похожим на щербатое колесо от телеги.
Рядом притулились советские лыжи с лопнувшими кожаными ремнями – они давно уже не видели снега, и их поверхность покрылась сетью трещин. Швейная машинка "Зингер" стояла в центре сарая, её ржавая игла застыла в верхнем положении, будто машина замерла на полувздохе.
Я методично перебирала вещи, отодвигая в сторону старые корзины, сломанные грабли и пожелтевшие газеты. И конечно же, котелок обнаружился в самом дальнем углу, где я искала его меньше всего. Он был наполовину в земле, и внутри него скопились зола и пепел.
Чтобы не тащить грязь в дом, я таскала воду из колодца-журавля, который стоял среди кустов чёрной смородины. Каждое ведро воды казалось тяжелее предыдущего, а руки уже начали ныть от постоянного подъёма тяжестей. Я тщательно отмывала котелок, скребя его песком и щёткой, пока он не заблестел, как новый.
К концу уборки я чувствовала себя выжатой как лимон, а котелок был готов к обряду. Я завернула его в чистое полотенце и отнесла в дом, где начала готовиться к ночной встрече с духом старухи.
Пока Захар и Фимка прятались от Маши, я решила воспользоваться моментом и отправиться к озеру. Мне нужно было поговорить с Навкой – может быть, она опять на что-то намекнёт и я приближусь к разгадке пропадающих девушек.
Я шла по траве, прислушиваясь к шелесту камышей и плеску воды. Вызвала Навку трижды, но она не появлялась, и даже когда я опустила ноги в воду, никто не появился. Тогда я решила пройтись вдоль берега, надеясь привлечь её внимание.
В одном месте вода была особенно тихой, и камыши там росли густо. Пробираясь через заросли, я вдруг заметила что-то яркое в воде. Пригляделась – и увидела красивый тканевый ободок, запутавшийся в камышах.
Я осторожно достала его из воды. Вспомнила вечер в кафе, тогда Леночка была в этом самом ободке. Странное совпадение... Или не совпадение?
"Что бы это значило?" – подумала я, разглядывая украшение. Ткань была влажной, но не испорченной водой, словно ободок провёл в озере совсем немного времени.
Может быть, это знак от Навки? Или просто случайность? В любом случае, находка требовала внимания. Я решила пока оставить ободок у себя – вдруг он пригодится в поисках девушек. Ведь это зацепка, за неделю пропали две девушки и около озера нашлись их вещи…
Возвращаясь домой, я всё думала об этой странной находке и о том, как Леночка могла обронить ободок…
Когда я вернулась домой, сразу увидела домочадцев – оба домовых восседали на кухне как ни в чём не бывало. Фимка, развалившись на стуле, чесал своё лохматое пузо и прихлёбывал молоко, макая в него пряник. Захар, как всегда важный, сидел за столом и читал старую газету, периодически обмакивая очередной пряник в молоко и отправляя его в рот.
– А где Маша? – спросила я, чувствуя недоброе.
Фимка икнул и поспешно спрятал пряник за спину:
– А она... эээ... ушла.
– Ушла?! – я чуть не упала. – Куда?
Захар поднял указательный палец:
– А вот этого мы не знаем. Проснулась и упорхнула как птичка. Вон, тебе оставила.
На столе лежали смятые купюры.
– А ты куда ходила? И пряники все зачем-то попрятала, – добавил Фимка, шмыгая носом. — Нам уж и почаёвничать нечем, хозяюшка.
Я всплеснула руками:
– Как же так! А обряд? А старуха-призрак?
– Вот именно! – Захар начал отчитывать меня как маленькую. – А ты куда ходила? К этой своей Навке? Совсем сдурела? У нас тут такое творится, а она по озёрам шастает!
– Да что вы понимаете! – огрызнулась я. – Может, я там важное узнала!
– Важное? – фыркнул Захар. – Пряники мои важные! А ты их все Навке скормила, небось!
– Д.у.р.а.к ты, Захар, – вздохнула я. – Если вы будете есть много сладкого, то зубы раскрошатся и вес лишний будет. Вы килограммами вкусности едите. А Навка даже не вышла, но нашла я кое-что...
И я показала ободок.
– Вот. Леночкин. Нашла в камышах. Думаете, совпадение?
Фимка почесал затылок:
– Не нравится мне всё это. Слишком много пропаж, ободок в озере... Тут дело тёмное, Тася.
– И что теперь делать? – спросила я, чувствуя, как усталость накатывает волнами.
– Работать со своими делами, – решительно заявил Захар. – И искать никого не вздумай больше! А то наворотили дел, а ты лезешь куда не надо!
– И в магазин за пряниками бы съездить! – добавил Фимка, снова икая и указывая на пустой пакет.
Я тяжело опустилась на стул:
– Эх, а как же я буду обряд проводить? Одной-то страшно…
– Как на озеро ночью, так не страшно, – Захар ткнул в меня пальцем, – больше никаких самовольных походов! Не пристало неокрепшей ведьме в дела такие лезть! Надо о жизни своей думать, иль по земле ходить надоело?
Я только устало кивнула. Похоже, поиски откладывались на неопределённый срок…
Друзья, не стесняйтесь ставить лайки и делиться своими эмоциями и мыслями в комментариях! Спасибо за поддержку! 😊
