Начало:
Ободряюще улыбаюсь.
-Думаю, через пару недель у меня уже будет полная информация и тогда я приду и все вам расскажу. Договорились?
-Да.
Домой я вернулась разбитая, будто весь день разгружала вагоны, тем не менее сразу набрала Ильяса и назначила встречу на завтра.
Осень не за горами. Дни обычные, летние, а утром и вечером уже чувствуется особенная вечерняя свежесть. Вроде бы и тепло, но нет-нет да пахнёт осенью.
Я люблю этот период: днем можно погреться на летнем солнышке, а ночью уже нет изнуряющей жары, нет необходимости включать кондиционер. Дело не в экономии электроэнергии, а в тишине. Обожаю тишину!
Ильяс сказал, что освободится не раньше восьми и ко мне подойдет часиков в девять вечера. Поговорить времени хватит.
У меня в пятницу наоборот укороченный день, потому решила испечь что-нибудь вкусненькое. Знаю, что не рекомендуется есть после семи и все такое, но мне это не страшно. Про таких, как я говорят:
-Не в коня корм.
Принимаю пищу когда хочу, сколько хочу и не отказалась бы набрать 2-3 килограмма, но не получается. Как в восьмом классе была 58 кг, так и осталась при том, что в росте подтянулась и теперь у меня 165 см.
Ильяс от природы жилистый. Ему тоже нет смысла следить за режимом питания.
К приходу друга стол был накрыт.
Ильяс тоже пришел не с пустыми руками. Он принес с собой мой любимый "Вишневый торт от Нади". Есть у нас самозанятая Надежда Т. которая не заморачивается с названиями и обязательно добавляет свое имя. Помимо "Вишневого торта от Нади" есть "Сметанковый торт от Нади", или "Клубничный торт от Нади" и много разных других " от Нади".
-Я тоже хочу поговорить с тобой и решил подсластить разговор, - улыбнулся мужчина.
-И-я, и-я того же мнения -и-я! - пропела я, приглашая в кухню и демонстрируя накрытый стол.
-Это говорит о том, что предстоящий разговор будет важным для нас, - резюмировал Ильяс.
Между нами вновь возникла неловкость. Каждый из нас хотел поговорить о наболевшем, каждый из нас хотел сначала выслушать другого, каждый из нас не знал с чего начать.
Решила заговорить первой.
-Предлагаю начать с чаепития и разговора о погоде.
Ильяс нахмурился.
-А что с ней не так?
-С погодой все так. Это метафора.
Смеется.
-Мы уже начали говорить и это хорошо. Согласен. Давай поговорим обо всем и ни о чем. Со временем разговор повернется в нужное русло и проще будет начать.
Разговор о погоде или обо всем и ни о чем тоже не клеился.
Вздыхаю.
-Собственно это и есть то, о чем я хотела поговорить. В последний месяц мы с тобой практически не видимся и мало общаемся. Мы как малые дети, которые помнят, что обиделись друг на друга, но не помнят из-за чего, потому, на всякий случай не общаются.
Ильяс осторожно улыбается.
-Я бы охарактеризовал это чуть иначе: будто случайно узнал чужую тайну и теперь не знаешь, что с этим делать. Сказать об этом - тайна перестанет быть тайной. Промолчать - гложет чувство вины за то, что ты умалчиваешь о том, что тебе все известно.
Пожимаю плечами.
-Можно и так сказать, но легче-то от этого не становится. Вот я, например, не знаю из-за чего я так себя чувствую и веду. А ты?
Долго думает. Тяжело вздыхает.
-Не знаю, как описать это. Может быть виной всему слова Ульяны?
-Какие?
-О том, что каждый из нас порознь - пустое место, а вместе мы на многое способны. Мы с тобой много лет дружим, многое пережили, но все это были кратковременные, эпизодические встречи. А потом мы оказались в доме Татьяны и началось.
-Что началось-то? Там не происходило ничего особенного.
-Согласен, но мы стали единым целым в плане того, что постоянно были вместе, принимали совместные решения, чудили. Это сблизило нас чисто по человечески и внесло (по крайней мере с моей стороны) некие сомнения...
-Поясни.
-Помнишь наш разговор? Мы договорились быть друзьями. А тут вдвоем в одном доме, в одной комнате...
-И что?
-По законам жанра...
-Пл6вать я хотела на законы жанра! Договорились, значит закрыли тему и все тут. Другое дело, если ты испытываешь угрызения совести из-за того, что хочется нарушить договоренность...
Печально улыбается.
-Хочется, но не можется.
-Постой, давай сразу обсудим этот вопрос и закроем раз и навсегда. Тебе от этого неприятно, больно или что-то там еще?
-Я давно смирился, но постоянно думаю о том, каково тебе.
-Мне прекрасно! Не парься! Главное, чтобы это не причиняло боль тебе, чтобы не расстраивало, не было дискомфортно от того, что мы рядом.
Ильяс восхищенно смотрит на меня.
-Что опять не так?
-Ты себя слышишь?
-А что я должна слышать?
-Ты беспокоишься обо мне, не думая о себе.
-И что в этом плохого?
Друг улыбается в усы и тихо говорит:
-Все нормально.
В его глазах появляется грусть.
-Пройдет время и ты поймешь, что я имел ввиду немного другое. Словами этого не объяснить. Это нужно понять.
-Стоп! Я так понимаю, это как раз тот пункт, который тебя смущает и мешает полноценному общению?
-Можно сказать и так.
-Давай решим для себя: поскольку, как ты считаешь, я пока не понимаю о чем идет речь, давай все оставим на своих местах. Мы общаемся, как прежде, ни о чем не думая. Если я, наконец, прозрею и пойму о чем ты хотел мне сказать, то сядем еще раз за стол переговоров и обсудим.
-Тогда уже поздно будет.
-Не будет! Проблемы нужно решать по мере их поступления.
-Но лучше предугадать и избежать.
-В определённых случаях - да. Но как можно предугадать проблему о возникновении которой я даже не подозреваю? Я не вижу с какой стороны ее ждать!
-Ты просто не хочешь видеть ее. Она же очевидна!
-Давай тогда вернемся к словам Ульяны о том, что вместе мы сила.
-И что нам это даст?
-Пройдем в комнату, сядем в удобные кресла, возьмемся за руки и расслабимся. Так мы вновь станем едины и может быть придет понимание проблемы.
Ильяс вздыхает, но соглашается.
Мы усаживаемся в глубокие удобные кресла, беремся за руки и прикрываем глаза.
Не знаю, что видит Ильяс, а перед моим мысленным взором проплывают сцены из нашего детства, юности, сегодняшней реальности.
Если с другими мы где-то спорили, где-то ссорились, с кем-то расставались раз и навсегда, то с Ильясом такого не было.
Мы никогда не ссорились.
Если и были споры, то они были вялыми и как правило кто-то из нас принимал сторону другого, даже если не был согласен с этим. Только для того, чтобы не обижать оппонента.
Расставались? Было такое. Жизнь периодически разводила нас в разные стороны, но потом снова сводила вместе и все было так, будто мы не виделись несколько дней, а не несколько лет.
Мы делились проблемами, по возможности, решали проблемы друг друга.
Рассказывали друг другу о наболевшем и поддерживали друг друга.
Между нами никогда не было тайн, за исключением той, где пропадал Ильяс в течение трех лет и почему он перестал быть мужчиной после этого.
В какой-то момент пришло понимание, что мы созданы друг для друга. Как охарактеризовать наши отношения и чувства? Это любовь! Не та, которая сжигает своей страстью, а та, которая заставляет заботиться друг о друге, беречь друг друга.
Одновременно с этим я чувствую со стороны Ильяса отторжение. И связано оно не только с тем, что он испытывает чувство вины за то, что не может предложить мне то, что является одним из составляющих брака. Нет. Связано это с тем, что он разрывается между желанием быть со мной и чувством сыновьего долга - он не может оставить мать одну.
Понять мало. Нужно переварить полученную информацию, взвесить все за и против, принять решение и вынести его на совместное обсуждение.
Вроде бы все ясно и понятно, можно прервать сеанс совместной медитации, но так не хочется. Хочется и дальше сидеть взявшись за руки и чувствовать наше единение.
Не знаю, как долго это могло бы продолжаться, если бы не зазвонил телефон.
Я встрепенулась, открыла глаза и попыталась понять чей это телефон. У меня другая мелодия, у Ильяса тоже.
-Ты поменял мелодию?
-Нет.
-Чей это тогда телефон.
Он тоже смотрит по сторонам.
И тут нас одновременно осеняет:
-Это домофон!
Продолжение: