К 80-й годовщине освобождения Братиславы от немецко-фашистских захватчиков – обозреватель «Абзаца» Владимир Тихомиров.
Словацкие СМИ дружно проигнорировали годовщину освобождения Братиславы. Но хотя бы памятники советским солдатам бульдозерами не стали сносить, как в прибалтийских вымиратах, и на том спасибо.
Собственно, в таком отношении «и вашим и нашим» и проявляется главная черта словацкого национального характера – всегда быть реалистами и не ссориться с торговыми партнёрами страны.
Уроки Второй мировой войны в Словакии хорошо запомнили. В те годы Братислава была союзником Третьего рейха. Собственно, ещё до оккупации немецкими войсками Чехословакии в марте 1939 года там правили бал националисты Словацкой народной партии местного фюрера Йозефа Тисо, который открыто объявил себя сторонником Гитлера.
Тисо приветствовал и ликвидацию Чехословакии, надеясь, что фюрер оценит его преданность и в дальнейшем поможет вернуть южные земли, которые после распада Австро-Венгерской империи заняла Венгрия.
В сентябре 1939 года словацкие войска приняли участие в немецком вторжении в Польшу, а легионеры из словацкой «Гвардии» (аналога отрядов СС) проводили карательные операции против коммунистов, евреев, самих поляков и цыган.
Словаки приняли участие и в нападении на СССР – против Красной армии сражался 50-тысячный экспедиционный корпус под командованием генерала Фердинанда Чатлоша, отличившегося в сражениях за Винницу, Полтаву, Житомир и Киев.
Также словацкие легионеры, из которых сформировали так называемую Быструю дивизию для участия в карательных операциях, отметились на Кавказе, под Мелитополем, а в 1944 году практически полностью были уничтожены в Крыму.
Далее события развивались по «польскому сценарию». Когда советские войска подошли к границам страны, в Братиславе среди высших военных чинов «внезапно» созрел антифашистский заговор. В столице вспыхнуло восстание – дескать, это не русские нас освободили, это мы сами себя освободили.
Но лидеры заговора переоценили свои силы. Поэтому вермахту и войскам СС удалось подавить мятеж, за несколько дней вырезав несколько десятков тысяч словаков.
Красная армия попыталась оказать помощь повстанцам, но пробиться к району восстания советские части не успели – именно на подступах к Братиславе окопалась крупная группировка вермахта из состава группы армий «Юг» (всего около 200 тыс. солдат и офицеров).
Сама столица Словакии имела важнейшее стратегическое значение: владея городом, можно было контролировать движение судов по Дунаю.
Фактически операция по штурму Братиславы началась 23 марта с отвлекающего манёвра, а ночью 25 марта ударили наши основные силы – более 340 тыс. солдат и офицеров (в том числе десятки тысяч румын, чехов и словаков, перешедших на сторону СССР). Одновременно с реки атаковала Дунайская флотилия.
К 1 апреля красноармейцы вышли к восточным окраинам Братиславы. Штурм начался на следующий день, когда десант Дунайской флотилии прорвал первые линии обороны. Ожесточённые бои, которые велись практически за каждую улицу и каждый дом, продолжались два дня и завершились к полудню 4 апреля взятием центра города. Остатки немецкого гарнизона смогли вырваться из котла и бежать в Австрию.
Освобождение Братиславы стоило нам жизней более 17 тысяч советских солдат и офицеров.
И в знак доброй воли Сталин решил простить словакам их участие в войне. Страна была объявлена «порабощённой» немецко-фашистскими захватчикам, что автоматически снимало с неё ответственность за развязывание войны. Так же, кстати, поступили и с Венгрией, и Румынией, и Болгарией, и Австрией. Да и с самими немцами, по большому счёту, наивно надеясь если не на благодарность с их стороны, то хотя бы на историческую память. Но пока что память работает только у словаков. И то – на уровне глав правительств.
В самой же Словакии сейчас другая война – торговая, с Трампом. И другие герои – словацкие участники французского сопротивления. Ну хоть не гитлеровцы – и то хорошо.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.