Глава 1: Одинокий континент с претензией
Если бы я был Антарктидой, я бы начал с того, что потребовал повышения. Нет, серьезно. Вы когда-нибудь задумывались, как это — быть континентом, который все игнорируют, пока не понадобится снять драматичный кадр с тающим айсбергом? Я — гигантская морозильная камера, засыпанная снегом и облепленная пингвинами, которые даже не платят за аренду.
Однажды, после тысячелетия молчания, я решил заговорить. Нет, не метафорически. Я расколол самый большой шельфовый ледник на букву «Й» (это была опечатка, я хотел написать «А», но клавиатура из льда — не лучший инструмент).
Глава 2: Пингвины-бюрократы
Первыми заметили перемены пингвины. Не те милые создания с открыток, а тайное правительство Антарктиды — три сотни императорских пингвинов в костюмах и с портфелями. Они собрались у моего «пупа» (так они называли вулкан Эребус) и заявили:
— Ты нарушаешь Протокол о нейтралитете континентов 1961 года! Прекрати шевелиться, а то вызовем чаек!
Я пошевелился сильнее. Чаек не вызвали.
Глава 3: Люди в панике, инопланетяне в восторге
Когда я начал медленно дрейфовать к Австралии («Просто чтобы напугать», — оправдывался я позже), человечество запаниковало. Ученые заговорили о «геополитическом апокалипсисе», политики — о срочном строительстве стены. А потом прилетели они.
Корабль пришельцев напоминал гибрид тостера и аквариума. Экипаж, состоявший из пяти существ в дурацких шляпах, объявил:
— Мы — Галактическая Комиссия по Недвижимости. Ваш континент выставлен на продажу за долги по климатическому налогу.
— Каким долгам?! — возмутился я, роняя айсберг на их корабль.
— Вы не платили за углекислый газ 200 лет. Арендаторы-люди вносили платежи… в атмосферу.
Глава 4: Дискотека на Южном полюсе
В итоге мы договорились. Инопланетяне согласились списать долг в обмен на «уникальный земной опыт» — вечеринку. Я устроил им полярное сияние в такт музыке ABBA, а пингвины подрабатывали официантами (чаевые — рыба).
Перед отлетом глава Комиссии, существо по имени Зкртх, сказало: — Вы странный континент. Но, возможно, единственный, кто понял, что жизнь — это абсурд с элементами льда.
Я ответил молчанием. Я же Антарктида — мне положено.
Глава 5: Эпилог, или Возвращение к холодильнику
Теперь я лежу, как и прежде. Но иногда шевелю ледниками, чтобы напомнить: я не просто кусок льда. Я — Антарктида. И если что, у меня есть пингвины-адвокаты.
И да, чайки так и не прилетели.