Часть 3

Часть 3. 9. И в целом я сейчас понимаю, что какие-то страхи, тревожность творческих людей относительно того, что искусственный интеллект их заменит, с моей точки зрения, беспочвенны. Заявление кого-то о том, что искусственный интеллект поглотит все творческие сферы, тоже не имеет смысла, потому что их делают те люди, которые не занимаются творчеством. То есть те люди, которые занимаются творчеством глубоко, в разных ипостасях, у них нет вообще такой проблемы. Потому что, я думаю, что все попробовали в той или иной степени — и не один раз. По крайней мере в том, что каждый делает в своём творчестве, думаю, что не один раз, а тысячи раз уже попробовал. Я попробовал в разных аспектах десятки тысяч раз, учитывая, что я плотно работаю и с текстами, и с кодом, и с визуалом.

10. И вывод один: в творческом плане искусственный интеллект отлично оптимизирует, отлично дополняет, он является отличным партнёром, который помогает — при условии, что у вас есть что сказать, при условии, что вы генерируете какие-то смыслы, инсайты, гипотезы.

Вот тогда искусственный интеллект выступает очень эффективным помощником, секретарём, если хотите, который делает какие-то суммаризации, он улавливает контекст, он подкидывает какие-то ассоциации — в этом смысле с ним гораздо эффективнее работать. Но ожидать от него чего-то, что он сможет предложить нечто принципиально новое — нет. Он может упомянуть какие-то вещи, которые он просто знает, а вы не знаете в силу того, что вы не знаете всего. Это бывает полезно. То есть, грубо говоря, если вас интересует что-то, где у вас стали возникать какие-то специфические мысли, то вы можете ему это изложить и заодно попросить его: если что-то есть на эту тему, в этом роде — дай мне знать. Он вам даст справку. Но нового ничего он созидать пока не в состоянии.

11. И я думаю, что для этого существует фундаментальная причина, и никакой прогресс искусственного интеллекта, никакой прогресс моделей этого не изменит. Естественно, с моей стороны это тоже гипотеза, так как та фундаментальная причина, о которой я говорю, она носит в достаточной степени физический характер. Я не готов сейчас это обсуждать, но, по крайней мере, если верить заявлениям лидеров индустрии, то в течение нескольких лет мы поймём, так это или не так. Но пока у меня есть подозрение, что это именно так.

Именно потому, что я понимаю, как работает искусственный интеллект. Это, в принципе, несложно — с этим разобраться довольно просто. Довольно много литературы, ничего там особо сложного нет. Особенно если у вас даже встречаются какие-то непонятные понятия — тот же искусственный интеллект может вам всё это разъяснить. За всем этим не стоит какой-то rocket science. Это, в общем, обычный здравый смысл.

12. С другой стороны, я очень хорошо понимаю феномен творчества, потому что я непосредственно этим занимаюсь и понимаю, как это происходит. И не только я, поскольку я, кроме этого, постоянно читаю какие-то рефлексии, тексты людей, которые занимались творчеством. А практически любой художник, писатель, композитор, музыкант — серьёзный — он всегда пытается осмыслить сам феномен творчества. То есть откуда это к нам приходит?

13. При этом есть феномены совершенно фантастические. Особенно в литературе, в поэзии.

Первый раз меня этот феномен поразил — об этом мне рассказал наш друг, к сожалению, покойный. Он имел в виду Есенина.

Когда вы читаете стихи этого человека, и в стихах вы понимаете, что за ними стоит какая-то очень зрелая, очень мудрая личность. Потому что такого рода стихи, такого рода глубину может поднять только очень мудрый человек с большим жизненным опытом.

А потом вы начинаете общаться непосредственно с этим человеком — и вдруг до вас доходит, что это две совершенно разных личности. При этом вы понимаете, что та личность, которую вы видите в стихах — ей может быть 60, 70, 80 лет. А человек, с которым вы общаетесь, — ему 19 лет.