Вернувшись к бабушке, я сразу прошла в её комнату. Скрипнула дверь: бабуля сидела в удобном кресле, сложив на коленях вязаный плед. Её лицо казалось уставшим, но в глазах была странная решительность.
— Бабулечка... — начала я мягко, закрывая за собой дверь. — Лида вернулась.
Она едва заметно кивнула. Видно было, что новость её не удивляет.
— Да, она сказала, что ты хотела кое-что изменить в завещании, — я села рядом, чувствуя, как сердце колотится. — Бабуль, ты можешь объяснить?
Бабушка тяжело вздохнула и, кажется, стала рассказывать мне историю, которую я никогда раньше от неё не слышала. Историю, хранившуюся за слоями старых обоев и нашим семейным молчанием.
— Когда-то, до твоего рождения, — сказала она тихо, — я допустила одну большую ошибку. Выйдя замуж за твоего дедушку, я по глупости согласилась оформить часть квартиры на дальних родственников. Думала: «Семья большая, всем должно что-то достаться»... А потом оказалось, что эти родственники выманили у нас деньги и пропали. Но формально они по-прежнему значатся в доле.
Я слушала, не веря своим ушам. Неужели наша квартира не совсем «наша»?!
— Так вот, — бабушка нахмурилась, стараясь подобрать слова, — сейчас кто-то пытается найти этих самых дальних родственников, чтобы через них заявить права на квартиру. Ну или выкупить их долю за копейки. Я боюсь, что Олег в этом замешан.
У меня подкосились ноги. Значит, всё ещё хуже, чем я думала! Я резко повернула голову и спросила:
— А ты собиралась изменить завещание, чтобы...
— Чтобы обезопасить тебя. Если я оформлю всё корректно, никто не сможет у тебя это отнять, даже если те родственники объявятся. Но есть одна загвоздка: мне нужны оригинальные документы, а они... — Она на мгновение зажмурилась, — они, как я помню, спрятаны в коробке под названием «Семейный альбом». У нас же всегда был такой старый альбом, где дедушка хранит фотографии и кое-какие бумаги. Но где он сейчас, я не помню.
Вот оно! «Ключи, спрятанные в альбоме» — это не буквально ключи, это могут быть эти документы, способные перевернуть всю мою жизнь. И выходит, Лида была права!
Бабушка слабо улыбнулась.
— Ищи, милая. А я... я уже устала. Поговори с Олегом, может, всё прояснится.
Но как я могу с ним говорить, если я не уверена, что он — тот, за кого себя выдаёт? И тут в коридоре раздался голос:
— Марина, ты дома?
Это был Олег. Мой жених... или не жених? Моя любовь... или мой предатель? На губах у меня застыло горькое послевкусие. Я кинула взгляд на бабушку — она слабо кивнула, мол, «иди к нему». И я пошла, даже не подозревая, к чему приведёт этот разговор. Читать далее...