Скульптор, график и поэт Александр Добровольский — один из основателей уникальной творческой мастерской «Добрая воля», начавшей свою деятельность в 1991 году при Санкт-Петербургском Союзе художников. Вместе с супругой, художником и искусствоведом Маргаритой Изотовой он исследовал пути развития отечественного искусства, искал новый художественный язык, пытался вникнуть в самую суть философии искусства.
Александр Анатольевич Добровольский родился в Иркутске, детство и юность провёл в Гомеле, где закончил Железнодорожный институт, но работать по специальности не стал. Увлёкся скульптурой, и полностью себя ей посвятил. Параллельно учился в Московском полиграфическом институте, в аспирантуре Минской академии наук (философия). Почитал учителем своим Микеланджело как в отношении скульптуры, так и поэзии, ибо ряд его скульптурных образов отражены стихами. Свой нестандартный скульптурный язык он называл «кентавризмом», то есть сочетанием нескольких объектов в одном объёме. Имея литературный дар и философско-художественную подготовку, успешно печатался в центральной прессе страны как искусствовед. Был членом Белорусского, а затем Российского Союза художников (СПбСХ). В Санкт-Петербурге прожил 12 лет, с 1990 вплоть до своего ухода из жизни в 2002 г.
Маргарита Изотова поделилась своими воспоминаниями об Александре Анатольевиче и рассказала о некоторых из его произведений.
«Надежда»
Мы познакомились с Александром Анатольевичем в Доме творчества, он сразу меня поразил своей необычностью, неординарными решениями в скульптуре. Еще одного скульптора с таким пластическим языком и образами нет. Он во многих отношениях был очень интересный и необычный человек.
Жизнь у Александра Добровольского была сложная, но многие трудности он создавал себе сам, поскольку был очень искренний и очень принципиальный. Никогда «не носил фигу в кармане». Он всегда делал то, что чувствовал и думал. Получал за это, конечно, по голове, шишки получал. Вот такой человек.
В один из таких непростых периодов его жизни возник женский образ надежды. В её голове Добровольский поместил своеобразный знак вопроса. Этот знак, который постоянно стоял в мыслях и у самого Александра Анатольевича, это человек — вопрос. Он ставил себе вопрос и как мог на этот вопрос пытался ответить. Даже в этой скульптуре он спрашивает: что, зачем и почему? А внутри — свет в конце тоннеля, свет надежды.
«Александр Пушкин»
Эту работу он сделал в Петербурге, в 1999 году, к юбилею Александра Сергеевича Пушкина. Здесь мы тоже видим очень интересное решение. В сознании героя скульптуры как будто слоятся рукописи. Помните у Марины Цветаевой: «Легкий огонь, над кудрями пляшущий, — Дуновение вдохновения!». Здесь Александр Анатольевич постарался изобразить это состояние. Герой в прямом смысле чувствует, как в его голове возникают стихи. «Минута – и стихи свободно потекут!»
«Маргарита»
Такой подарок Александр Анатольевич сделал мне на день рождения в 1991 году. Это керамика, шамот. Что такое шамот? Есть природная глина. Она очень мягкая, пластичная. Из нее делают обычно гончарные вещи на кругах. Но её трудно лепить, потому что она растекается. Для того, чтобы она не текла, имела бы другую структуру, в неё подмешивают либо песок, либо толчёный кирпич, либо толчёную посуду какую-то уже обожжённую. Так получается материал, который держит форму гораздо лучше. И здесь Александр Добровольский использует шамот, но подобная работа у него всего лишь одна. Я в свое время увлекалась керамикой, может быть, именно поэтому этот портрет он сделал из керамики. Работа названа «Маргарита», но на самом деле в этом образе заложена глубокая философия.
Что мы из себя представляем как духовные существа? То, что мы прочитали, то, что мы узнали, то, что в нашем сознании есть, тем мы и являемся. А поскольку у меня искусствоведческое образование, я всю жизнь занимаюсь историей мировой культуры, он изобразил слои, исторические пласты, начиная от древнейших времён. Взял мои записные книжки, те рисунки, которые у меня там были, и перенес их сюда.
На задней части он изобразил глаз. Это глаз в прошлое. В области ушей он использовал зеленый цвет, чтобы показать мою любовь к природе, «слушание природы». Спереди мы видим уже атрибуты христианского мира. А в целом, конечно, весь образ напоминает египетского сфинкса. Мне такие образы очень дороги, поскольку я изучаю Египет, чувствую большое родство с этой культурой. Сам Добровольский называл эту работу «портретом интеллигента».
Мир графики Александра Добровольского
Сейчас мы попадаем в другой мир, в мир графики Александра Анатольевича Добровольского. Это вещи, которые сделаны в основном в 1970-е годы, в годы его творческого созревания. 1960-е гг. и начало 1970-х - это время чрезвычайно интересное. Одно из лучших времен, которые вообще были на Земле. После войны люди ощущали облегчение. Мы оказались победителями, строили новую жизнь. Было ощущение, что человек прекрасен, человек велик, в особенности советский человек. Таково было убеждение и жизненный тонус большинства советских людей.
Если посмотреть на серию его графических работ, можно увидеть прежде всего мужские образы. Сейчас мы такого находим очень мало, к сожалению. Сейчас больше женщины диктуют свое мировоззрение. А Александр Анатольевич — поэт мужского духа и мужской силы. Сам он совершенно не был геркулесом, хотя его тело скульптора было очень ладным и организованным.
Возьмем, к примеру, его работу «Подымающий Землю».. У нас действительно было ощущение, что мы несём для всей земли какую-то лучшую реальность, лучшие возможности единения, дружбы. Миру - мир, дружба народов, это все было в нашей крови.
Другая его работа - «Отдыхающий Фавн»,. Здесь тоже просматривается изображение земного шара, это не просто конкретный персонаж, это планетарная сила. В древнегреческой мифологии Пан являлся божеством, связанным с миром дикой природы. И здесь он предстает как объединение всей природы.
Еще один герой Икар, сейчас его образ очень популярен. Но я замечаю, что на выставках, как правило, появляется Икар, который падает с небес. А у Александра Анатольевича Икар взлетающий.
Автопортретный образ — Сизиф. Александр Анатольевич считал себя Сизифом. И здесь опять же возникает изображение земного шара. Мужская фигура тащит огромный камень. К этому образу Александр Анатольевич возвращался немало. Но его «Сизиф» 1998 года уже другой. Здесь он держит не просто большой, а уже неподъемный камень. Ведь в конце 1990-х гг. мы оказались совершенно не в той счастливой реальности, на которую рассчитывали. Жизнь повернулась совершенно иначе, и нужно было осмыслить, для чего всё это происходит, нужно было это выдержать, вот этот огромный камушек, который неожиданно навалился.
Есть у него и чудесные женские портреты. Например, портрет Александры Добровольской, эскиз к картине, заказанной его однофамильцем. Мы делали выставку в Мурманске, к нам подошел человек по фамилии Добровольский, мы познакомились, и он через какое-то время попросил сделать живописный портрет. Этот эскиз сделан углем на картоне, очень обобщенно. Сразу видно, что этот рисунок выполнен скульптором. Он без подробностей, но сделан с большим обобщением формы.
«Руки» - также подготовительная вещь, но уже для создания скульптуры. Вероятно, в белорусском городе Речице до сих пор существует памятник павшему воину. На ладонях у женщины – вероятно, фотография сына или мужа. А может быть – иконка.
Вообще руки чрезвычайно характерны для Александра Анатольевича, потому что в них заключено его мироощущение. Александр Анатольевич всё брал сначала руками. У него очень интересная теория скульптуры. Я даже не нахожу аналогов. Он еще же теоретик был, очень много осмысливал. Александр Анатольевич говорил, что скульптор не столько зрением видит жизнь, сколько руками. Это тактильные ощущения. Это самое важное для того, чтобы создать форму, не застревать на мелочах, на цветовых каких-то там колебаниях. Это все вторично. Самое мощное – это тектоника, то есть весовые отношения, ощущение груза тела, или наоборот, лёгкости тела, ощущение формы. Поэтому его скульптура чрезвычайно интересна.
Автопортреты
Каждые 10 лет, на свой юбилей, Александр Анатольевич делал автопортрет в скульптуре. Одна из таких работ, - «Мне сорок». Голова напоминает дерево на ветру. Вмятины на лице. Так он показывает удары судьбы, которые ему пришлось претерпеть. В этом же образе появляются книги, страницы которых как будто шелестят в его голове. У него великолепная поэзия, тогда он очень много писал стихов. В районе шеи видны корни дерева, здесь же лошадка, которая пьет чистую воду из-под корней этого чистого древа природы.
Про графический автопортрет можно ничего не рассказывать, здесь он очень похож на себя. Похож и внешне, и по внутреннему устройству. Удивительная пронзительность во взгляде и колоссальнейшая концентрация. Гамма используется самая простая - чёрно-белая. Очень пристальный и въедливый взгляд. Вот такой человек повстречался в моей жизни. Я очень рада и счастлива, что эта встреча состоялась в очень подходящий момент. У нас оказалось очень много общего, хотя мы жили в разных республиках. Нас буквально с ним соединила судьба.
Александр Анатольевич был автором идеи Храма человека. Он очень любил людей. И человека считал самым достойным, самым лучшим из всего, что создала природа. Он утверждал личность, достоинство личности каждого человека.
Увидеть эти и другие работы Александра Добровольского, а также его супруги и единомышленницы Маргариты Изотовой можно на выставке в галерее «Общество поощрения художеств» (Шпалерная улица, 35) с 17 апреля по 11 мая 2025 г.
Проект приурочен к знаменательной дате: в 2025 г. исполняется 90 лет с момента подписания Пакта Рериха — первого в истории человечества международного документа об охране культурных ценностей. «Мир через Культуру» – так сформулировал основную идею Пакта известный русский художник, мыслитель и общественный деятель Николай Рерих. Эта же позиция является основополагающей в творчестве Маргариты Изотовой и Александра Добровольского.