Глава 3. Последняя
Мужчина шагнул из темноты дверного проема в круг света керосиновой лампы. Теперь Верочка могла его рассмотреть. Высокий, широкоплечий, с обветренным, загорелым лицом и пронзительными серыми глазами, смотревшими на нее внимательно, без враждебности, но с явным удивлением. Коротко стриженные темные волосы чуть вились. Одет он был просто — клетчатая рубаха с закатанными рукавами, открывавшими сильные руки, и темные брюки, заправленные в высокие сапоги. От него пахло лесом, дымом и чем-то еще неуловимо диким, вольным.
— Что вы делаете в моей сторожке? — спросил он. Голос был низкий, ровный, но в нем чувствовалась скрытая сила, та самая, что только что усмирила огромного пса одним окриком.
Верочка все еще пыталась унять дрожь в коленях. Ужас от встречи с собакой медленно отступал, сменяясь смущением. Она чувствовала себя непрошеной гостьей, пойманной на месте преступления.
— Простите… — начала она, голос предательски дрогнул. — Я… я заблудилась. Искала свою собаку… Увидела огонек и… Дверь была не заперта. Я не хотела ничего плохого, просто страшно было оставаться в лесу одной, темно уже…
Она говорила быстро, сбивчиво, чувствуя, как краска заливает щеки. Ну вот, всегда так: в самый неподходящий момент теряется дар речи. Это как на экзамене, когда знаешь ответ, но от волнения не можешь связать и двух слов.
Мужчина молча слушал, его взгляд немного смягчился. Он окинул ее быстрым взглядом — растрепанные волосы, исцарапанные руки, испуганные глаза.
— Заблудились, значит, — он не спросил, а скорее констатировал факт. — Собаку ищете? Какую?
— Немецкую овчарку. Герда. Она… она погналась за какой-то птицей и убежала. Мы ехали к маме в деревню, остановились у леса ненадолго, а она…
— Птица, говорите? Большая, темная? — уточнил он, и Верочка удивленно кивнула.
— Да! Вы ее видели?
— Ну конечно, — усмехнулся он краешком губ. — Филин это. Старый знакомый. Любит подразнить собак. Ваша, видимо, азартная оказалась.
Он подошел к столу, жестом приглашая ее снова сесть на лавку.
— Садитесь. Ноги-то хоть целы? Меня Вадимом зовут. А вы, городская потеряшка, как звать-величать?
Легкая ирония в его голосе не обижала, скорее, разряжала обстановку. Верочка послушно опустилась на лавку.
— Вера. Вероника. Да, ноги целы, спасибо. Только устала очень. И за Герду боюсь… И подруга меня ждет у машины… наверное, с ума сходит от волнения.
Она вдруг снова почувствовала укол тревоги за Любочку. Сколько времени прошло? Люба, наверное, уже всю милицию на ноги подняла.
— Подруга у машины? Далеко отсюда? — Вадим налил в железную кружку воды из стоявшего у печки ведра. — Нате, выпейте.
Верочка с благодарностью взяла кружку. Вода была холодной, с легким привкусом железа. Она сделала несколько глотков.
— Не знаю, — честно призналась она. — Я совсем потеряла направление. Мы остановились у самого шоссе, где сосны начинаются.
Вадим задумался, потирая подбородок.
— Ясно. Километра три отсюда, если напрямик через лес. По темноте сами не дойдете. Ладно, не переживайте. Поможем вашей беде.
Он повернулся к псу, который все это время тихо лежал у двери, внимательно наблюдая за каждым их движением.
— Бой, иди сюда.
Собака мгновенно поднялась и подошла к хозяину, преданно заглядывая ему в глаза. Огромный, лохматый, он уже не казался таким страшным. Вадим потрепал его по мощной шее.
— А это моя собака, Бой, — сказал он, и в его голосе прозвучала гордость. — Он, конечно, вид имеет грозный, чужих не жалует, но парень умный. Дрессированный. Запахи чует за версту. Он быстро найдет вашу пропавшую собаку в лесу.
Верочкино сердце снова забилось надеждой.
— Правда? Он сможет?
— Попробуем. Бой, — он подвел пса к Верочке. — Нюхай. Это — друг. Ищи ее собаку. Ищи!
Он дал Бою понюхать Верочкины руки, потом ее шарфик, который она сняла, войдя в избушку. Пес внимательно обнюхал вещи, потом поднял голову, повел носом, втягивая ночной воздух, и тихо зарычал, но уже не злобно, а азартно.
— Понял, — удовлетворенно кивнул Вадим. — Ну что, Вероника, готовы снова в лес? Только держитесь рядом. Бой след взял, может быстро пойти.
Он потушил лампу, оставив гореть лишь маленький фитилек, накинул на плечи куртку, взял со стены ружье — скорее по привычке, чем по необходимости, — и открыл дверь.
— Бой, ищи! Вперед!
Пес стрелой метнулся в темноту, и они поспешили за ним. Вадим шел впереди, уверенно ориентируясь в ночном лесу, который был для него родным домом. Верочка старалась не отставать, ее страх почти прошел, сменившись азартом погони и верой в благополучный исход. Иногда Вадим освещал дорогу фонариком, помогая ей перебраться через упавшее дерево или обойти топкое место. Они шли молча, слыша только свое дыхание, шелест листвы под ногами и редкое нетерпеливое пофыркивание Боя где-то впереди.
Лес жил своей ночной жизнью. Ухала сова, где-то хрустнула ветка, пробежал ежик, шурша прошлогодней листвой. Но Верочке уже не было страшно. Рядом с этим спокойным, уверенным мужчиной и его умным псом она чувствовала себя защищенной. Это странное чувство — доверие к совершенно незнакомому человеку, возникшее так внезапно посреди ночного леса. Бывало ли у вас такое? Когда интуиция подсказывает: этому человеку можно верить.
Минут через двадцать быстрого хода Бой вдруг остановился и залаял — не громко, но настойчиво, давая знать, что цель близка. Они ускорили шаг и вскоре увидели его. Пес стоял у небольшого овражка, заросшего густым кустарником, и не сводил глаз с чего-то внизу.
— Герда! — крикнула Верочка, заглядывая в овраг.
Там, запутавшись в ржавой колючей проволоке, невесть как оказавшейся в лесу, лежала ее собака. Она тихо скулила, пытаясь высвободиться, но острые шипы лишь крепче впивались в шерсть и кожу.
— Тише, девочка, тише, я здесь! — Верочка чуть не скатилась вниз по склону. — Вадим, помогите! Она запуталась!
Вадим спрыгнул в овраг, достал из кармана нож.
— Осторожно, тут проволока старая, ржавая. Не пораньтесь. Держите ее, чтобы не дергалась.
Верочка опустилась на колени рядом с Гердой, гладила ее по голове, успокаивала тихими словами. Собака узнала хозяйку, перестала скулить и доверчиво ткнулась мокрым носом ей в руку. Вадим осторожно, сантиметр за сантиметром, перерезал и разгибал колючие путы. Бой сидел наверху, внимательно наблюдая за спасательной операцией.
Наконец Герда была свободна. Верочка крепко обняла ее, проверяя, нет ли серьезных ран. К счастью, похоже, обошлось царапинами, хотя собака заметно прихрамывала на переднюю лапу.
— Спасибо вам, Вадим! Огромное спасибо! Я не знаю, что бы я без вас делала! — Она подняла на него сияющие от слез и благодарности глаза.
— Не за что, — он улыбнулся, и его лицо сразу стало не таким суровым. — Рад, что нашлась ваша беглянка.
Он помог Верочке выбраться из оврага. И тут произошло то, чего никто не ожидал. Бой, только что грозный страж, подошел к освобожденной Герде и осторожно ткнул ее носом. Герда, вместо того чтобы испугаться или зарычать на чужого пса, вильнула хвостом и лизнула его в морду. Бой удивленно фыркнул, а потом… вдруг подпрыгнул, приглашая ее поиграть! Через секунду обе собаки, забыв про усталость и пережитый страх, носились по поляне, весело лая и катаясь по траве, — огромный черный лохматый пес и изящная поджарая овчарка. Казалось, они были знакомы всю жизнь.
Верочка и Вадим стояли рядом, наблюдая за этой картиной и невольно улыбаясь. Напряжение окончательно спало.
— Надо же, как подружились, — проговорила Верочка. — А я уж думала, Бой ее…
— Он своих не трогает, — серьезно сказал Вадим. — А вы теперь — своя. И она тоже. Пойдемте, провожу вас до машины. Подруга, наверное, уже все телефоны оборвала.
Они пошли обратно, уже не торопясь. Собаки бежали рядом, то и дело толкаясь носами и обмениваясь тихим порыкиванием. Вадим рассказывал о лесе, о своей работе лесника, о повадках зверей. Верочка слушала, удивляясь, как легко и просто ей с этим человеком, которого она знала всего пару часов.
Когда они вышли к шоссе, Любочка бросилась им навстречу.
— Вера! Наконец-то! Я чуть с ума не сошла! И Герда! Нашлась! Слава богу! — Она обнимала то подругу, то собаку, не зная, радоваться или ругаться. — А вы… — она с удивлением посмотрела на Вадима и Боя.
Верочка быстро представила их. Любочка горячо поблагодарила Вадима за помощь.
— Садитесь в машину, — сказал Вадим. — Я дорогу покажу до вашей деревни, тут недалеко. А то опять заблудитесь.
Но Верочка покачала головой.
— Спасибо, Вадим, не нужно. Я теперь дорогу знаю. Мы доедем. Вам и так хлопот доставили.
— Как знаете, — он не настаивал. — Тогда прощайте. И вы, — он кивнул Любочке. — Смотрите за своей овчаркой получше. Лес — не город, тут свои законы.
— Прощайте, Вадим. И еще раз спасибо за все! — Верочка протянула ему руку.
Его ладонь была теплой и сильной. Секундное рукопожатие, но Верочке показалось, что по руке пробежала легкая искра. Он так же молча пожал руку Любочке.
— Бой, домой!
Он повернулся и быстро пошел обратно в лес, огромный пес трусил рядом. Верочка смотрела им вслед, пока их фигуры не растворились в темноте. Странное чувство — легкая грусть расставания с человеком, которого она видела впервые в жизни.
Они сели в машину. Герда устроилась на заднем сиденье и почти сразу уснула, изредка подергивая лапой во сне. Любочка завела мотор.
— Ну ты даешь, Верок! — не удержалась она. — Нашла приключений на свою голову! А мужик-то этот… симпатичный. И пес у него — зверюга!
Верочка только улыбнулась и отвернулась к окну, глядя на убегающую ленту шоссе. Она думала о Вадиме, о его спокойной силе, о серых глазах, о том, как легко ей было с ним там, в ночном лесу. И немного — о собаках, так странно и быстро подружившихся.
Следующий день в деревне прошел спокойно. Мама встретила их радостно, охала над Верочкиными царапинами и пропавшей собакой, накормила вкусным обедом. Но Верочка заметила, что с Гердой что-то не так. Обычно жизнерадостная и активная, собака была вялой, почти не ела, лежала у крыльца и тихо скулила, глядя куда-то вдаль, в сторону леса.
— Что с тобой, девочка? — Верочка гладила ее по голове. — Болит что-то? Или… скучаешь?
Она вспомнила вчерашнюю сцену — как Герда играла с Боем. Может ли собака скучать по другой собаке, которую видела всего час? Глупости, наверное. Скорее всего, сказался стресс, или царапины беспокоят.
Но и на другой день Герде лучше не стало. Она по-прежнему была апатичной, отказывалась от еды и любимых игр, и ее тихий тоскливый скулеж разрывал Верочке сердце.
— Мам, я свожу ее к ветеринару, — решила Верочка утром. — Тут в райцентре, говорят, клиника неплохая открылась. Мало ли что. Вдруг заражение какое от этой проволоки.
— Правильно, дочка, свози, — согласилась мама. — Спокойнее будет.
Ветеринарная клиника в райцентре оказалась небольшим, но чистым и современным зданием. В приемной уже сидело несколько человек с питомцами — кошка в переноске, старичок с пуделем на коленях, мальчик с хомячком в банке. Пахло лекарствами и немного — тревогой. Верочка записалась у девушки-администратора и села на свободный стул, положив голову Герды себе на колени. Собака тяжело вздохнула и прикрыла глаза.
Вдруг входная дверь снова открылась, пропуская высокого мужчину с огромным черным псом на поводке.
Сердце Верочки сделало кульбит. Вадим! И Бой!
Он тоже увидел ее и замер на пороге от удивления. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, не веря своим глазам. Это было настолько неожиданно, настолько… невероятно.
Первым опомнился Бой. Увидев Герду, он радостно взвизгнул и рванулся к ней, едва не сбив хозяина с ног. Герда мгновенно ожила, вскочила, завиляла хвостом и тоже бросилась навстречу, забыв про свою хандру. Собаки принялись обнюхиваться, тыкаться носами, повизгивать от радости, устраивая веселое столпотворение посреди приемной под удивленными взглядами других посетителей.
Вадим рассмеялся, глядя на своих питомцев, потом перевел взгляд на Верочку. Его глаза тоже смеялись.
— Похоже, не только наши собаки скучали друг по другу, — сказал он, подходя ближе.
— Вы… что вы здесь делаете? — только и смогла вымолвить Верочка, чувствуя, как щеки снова начинают гореть.
— То же, что и вы, видимо, — Вадим кивнул на Боя, который уже пытался затеять игру с Гердой прямо на линолеумном полу клиники. — Этот разбойник со вчерашнего дня сам не свой. Лежит, скулит, на еду не смотрит. Я уж подумал, заболел серьезно. Решил проверить на всякий случай. А вы?
— И у нас то же самое! — воскликнула Верочка. — Герда совсем скисла, я испугалась, вдруг раны воспалились…
Они замолчали, глядя то друг на друга, то на своих собак, которые вели себя так, будто не виделись целую вечность и теперь наверстывали упущенное. Ситуация была и смешной, и немного неловкой, и… волнующей.
— Значит… это они так друг по другу? — Верочка не могла сдержать улыбки.
— Похоже на то, — согласился Вадим. — Вот уж не думал, что собаки способны на такую… привязанность с первого взгляда.
— Может, им нужно чаще видеться? — почти шепотом спросила Верочка, сама удивляясь своей смелости.
Вадим посмотрел ей прямо в глаза, и улыбка исчезла с его лица, сменившись серьезным, внимательным выражением.
— Я думаю, им это просто необходимо, — медленно проговорил он. — И, может быть… не только им. Вероника, — он сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними, — я со вчерашнего дня только о вас и думал. Это, наверное, глупо звучит, но… Может, выпьем кофе? Пока наши Ромео и Джульетта проходят осмотр? А потом… можно будет и ужин устроить. Для всех четверых.
Он стоял так близко, что Верочка снова почувствовала этот запах леса и дыма. Сердце стучало так громко, что, казалось, его слышат все в приемной. Она должна была бы смутиться, отвести взгляд, сказать что-то вежливое и неопределенное. Но вместо этого она подняла на него глаза и просто кивнула.
— Кофе — это хорошая идея, — сказала она, и голос ее почти не дрогнул. — Очень хорошая.
И в этот момент она поняла, что заблудилась в лесу не зря. Иногда самые неожиданные повороты приводят нас именно туда, где мы должны быть. И где нас, возможно, уже давно ждет наше сердце.