Во начале лета две тысячи двадцать пятого, в месяце январе, собрались воедино писатели, что на БС обитают, и возроптали в чате своём: каждому, мол, охота роман сотворить, да только дело их не спорится, буквы во все стороны разбегаются. И тогда дали они клятву крепкую: всяк да исполнит ежемесячно не менее одного авторского листа. Дабы ж никто не уклонился, избрали они смотрителя-инквизитора — строгого и неусыпного, чтоб надзирать да взыскивать: сдал ли автор норму, али нет. А если кто не исполнит в срок — тому кара полагается: либо плетью его, либо рублём, а ежели в первый раз, то публичное порицание — дабы писал он пост пока́янный, со смирением, с раскаянием и желанием исправиться. В январе исполнил я обещанное, и в феврале не отстал. Но как пришёл март, пришло и время «Новой Фантастики» читать и жюрить, а с ней и конкурс малый, про котов да кошек. И среди тех трудов, да с мирскою суетою, да с прокрастинацией лукавой — к концу марта пришёл я с листом белым, неписанным. И сказал мне ин