Мастер мог бы жить напротив Третьяковки
Храм Успения в Казачьей слободе (улица Большая Полянка, 37) сейчас восстановлен и передан православной церкви. И это вся недвижимость, оставшаяся здесь от Казачьей слободы. Так в 16 и 17 веках называлось это место на тогдашней окраине Москвы. Дело в том, что храм Успения был построен на месте деревянного храма св. Флора и Лавра – покровителей конских промыслов. А само место называлось Ямской слободой. Ремеслом ямщиков на Руси промышляли казаки из южных областей. Но Москва расширялась. В 18-ом веке казаков сменили стрельцы, привилегированное войско того времени. А позже низкие берега Москва-реки напротив Кремля заселили богатые купцы из русской провинции. Так здесь появились сначала особняки, а потом и доходные дома, которые строились для сдачи квартир в наем.
Подруги и друзья моей мамы могли жить в коммунальных квартирах, появившихся после революции в бывших доходных домах. Например, в доме номер 54 на Большой Полянке. Он был простроен в 1912 году по проекту архитектора Дубовского. Дом напоминает средневековый замок с изображениями двух рыцарей, опирающихся на мечи на фронтоне здания. Фигуры двух симпатичных кошек на фасаде в нишах делают облик дома милее и приятнее. До революции квартиры здесь сдавались в наем. В доме имелись два лифта и центральное отопление, подоконники и лестницы были облицованы белым мрамором.
Замоскворечье облюбовали писатели. В Старомонетном переулке стоит пятиэтажный доходный дом (№14) 1912 года постройки. В нем в советское время жил моряк и писатель Андрей Некрасов, автор повести «Приключения капитана Врунгеля», знакомой нам по веселому мультфильму. Сегодня здесь размещается посольство Омана.
Моя мама могла проходить мимо дома писателей в Лаврушинском переулке, 17. Здесь жили : Агния Барто, Илья Ильф и Евгений Петров, Эммануил Казакевич, Антон Макаренко, Борис Пастернак, Михаил Пришвин, Константин Паустовский. Михаил Булгаков также хлопотал о квартире в этом доме. Но так и не получил заветное жилье. Зато жилплощадь получил злейший враг Булгакова, критик , позже выведенный писателем в романе «Мастер и Маргарита» под фамилией Латунский. Почему Михаилу Булгакову не дали квартиру в доме писателей, расскажем в четвертой новелле.
