Ваш ребёнок надел кошачьи ушки, говорит, что он волк, и не хочет снимать хвост даже в школе? Или, может быть, он ползает по полу, изображая животное, и называет это “новым спортом”? Звучит странно, да. Но не всегда — опасно.
Психолог Станислав Самбурский объясняет, что современные подростковые субкультуры — это не просто странности. Это попытки справиться с тревогой, одиночеством и потребностью в безусловной любви.
Любая субкультура — это прежде всего большое сообщество людей
Они своим внешним видом, поведением или мировоззрением отличаются от принятых в обществе базовых норм.
Однако важно понимать: речь не идёт о разрушении основ. Скорее, это движение в сторону расширения культурной палитры, поиска своего голоса, своего “я”.
Субкультура — как островок, где можно быть собой, особенно когда в «большом мире» чувствуется отверженность или непонимание.
Это не разрушительное течение, а сообщество людей, которые дополняют культуру общества и не противоречат базовым ценностям. В метафорическом смысле — это как сад, в котором растут разные цветы. И даже если какой-то цветок выглядит иначе, он не перестаёт быть частью этого сада.
Люди могут объединяться в субкультуры по различным принципам
Эти объединения не зависят от пола, возраста и других характеристик. Это объединения по интересам, боли, желанию принадлежать.
В Советском Союзе любых представителей субкультур называли неформалами — тех, кто выходит за рамки. И хотя внешний вид часто бросается в глаза первым, суть глубже: в ощущении причастности, в чувстве, что «я не один».
Люди, принадлежащие к определённой субкультуре, подчёркивают свою принадлежность, визуализируя это: используют определённые символы и одеваются в стиле своего течения.
Это не просто игра в стиль — это способ сказать миру: «Я есть. Я вижу и хочу, чтобы увидели меня».
Почему подростки идут в субкультуры: не только бунт, но и поиск себя
Современные субкультуры мало отличаются с технической точки зрения от того, что было в прошлые десятилетия.
Однако стоит изучать, чем представители той или иной культуры стремятся заниматься и что именно мотивирует их. Часто за внешней формой стоит внутренняя потребность в безопасности, контакте, принятии.
В юности особенно остро переживается необходимость быть понятым. В этот период идёт формирование идентичности — того, как человек отвечает на вопрос «Кто я?». И если на него невозможно ответить словами, подросток начнёт искать выражение в действии, в одежде, в языке тела, в сообществе.
Это нормальный путь взросления.
Квадробика и хоббихорсинг: чем они так цепляют?
Пожалуй, самыми необычными увлечениями последних лет являются квадробика и хоббихорсинг.
Как и на всё новое и необычное, реакция общества, а особенно близких людей, неоднозначна. Родители чаще всего встревожены — ведь им сложно понять, зачем их ребёнок скачет с игрушечной лошадкой по улице или ползает на четвереньках в парке.
Важно задать себе не только вопрос «Что он делает?», но и «Зачем он это делает?».
Были стиляги, панки, рокеры, готы, а теперь на смену пришли квадроберы и хоббихорсеры.
Каждое поколение создаёт своё уникальное культурное пространство, чтобы отличаться — не из вредности, а из желания быть собой. Это как подростковый прыщ: да, раздражает, но он — признак роста.
Любое движение начинается с какого-то технического изменения
Это могут быть экономические потрясения, культурные факторы, социальное давление. Но всегда в центре — человек с его чувствами, поисками и болью.
Основой может стать музыкальный стиль, специфическое поведение, одежда. Но это только вершина айсберга. В глубине — история про то, как хочется быть замеченным.
Зачастую подростки руководствуются желанием шокировать родителей и вырасти "не такими, как они". В этом и кроется парадокс взросления: чтобы стать собой, нужно сначала отколоться от тех, кто дал тебе жизнь.
Были хиппи, которым ничего не нужно было кроме песен у костра и всеобщей любви.
На смену пришли яппи, для которых комфорт, финансовое благополучие и признание в обществе стали основой жизни.
Каждое поколение переизобретает ценности — в надежде, что их собственный путь будет более честным, более настоящим.
Хоббихорсинг: взрослая игра в детство
Хоббихорсинг — один из самых безопасных способов завести друзей, хорошо провести время и развить свои социальные навыки.
Внешне это может показаться странным, но если убрать оценку — мы увидим живое, искреннее, игровое поведение. Это возможность вернуться в состояние “как будто”: как будто я — всадник, как будто я побеждаю. А значит, я имею власть, влияние, я существую.
Для подростков хоббихорсинг — отличный способ развивать фантазию: это почти не отличается от игры в казаки-разбойники, которые так любили прошлые поколения. Это не регресс, это восстановление связи с телом, воображением и радостью.
Игра в хоббихорсинг достаточно безопасна и одновременно выполняет функцию привлечения внимания, что так важно для подростков, которые выходят в новую жизнь.
Увлечение позволяет искать единомышленников, начать общаться, завести друзей. Это помогает преодолеть социальную тревожность, а также страх быть отвергнутым.
Это один из самых простых способов подтолкнуть растущий организм заниматься фитнесом. И если вдуматься — мы ведь всю жизнь ищем формы, в которых можно двигаться, развиваться и чувствовать удовольствие от жизни.
Квадробика: спорт, игра и немного метаморфоз
Увлечение квадробикой популярно по той же причине, что и хоббихорсинг: это прекрасный способ завязать отношения и шокировать родителей.
Но за провокацией стоит желание быть замеченным. «Посмотри, мама, я другой!» — кричит подросток не словами, а телом.
С технической точки зрения это фитнес, который смог увлечь большое количество людей. Сейчас квадроберы из весёлого фитнеса сделали ролевые игры 2.0. Если ролевики одевают исторические костюмы и едут в лес, чтобы восстанавливать события, то квадроберы развлекаются прямо в городе.
Город стал сценой, а тело — инструментом самовыражения.
С точки зрения физиологии хорошо, когда люди регулярно занимаются фитнесом.
Однако некоторые пошли дальше и, как ролевики, стали погружаться в эту игру глубже: они передвигаются на четвереньках и имитируют повадки животных.
Тут важно понять: это не всегда игра. Иногда это способ уйти от напряжения, от сложных чувств, от реальности.
Тут может сработать механизм психологической защиты, называемый регрессией — это когда человек бессознательно возвращается к более раннему этапу развития, чтобы справиться со стрессом. Уход в "животную" форму поведения становится способом пережить эмоции, с которыми иначе не справиться.
Пока речь идёт только о физическом перевоплощении, это прекрасное времяпрепровождение.
Если подросток полностью отказывается от человеческой роли, игнорирует социальные правила и коммуникацию, — стоит присмотреться: возможно, это уже крик о помощи.
Териантропство: под маской зверя — живая боль
Квадроберы — это последний из вариантов зооантропоморфизма, предпоследним были фурри.
Древние египтяне изображали людей с головами кошек, а современные люди носят головы животных. История повторяется, только маски становятся мягче, пушистее — а внутренние причины всё так же остры.
С психологической точки зрения здесь работает важный механизм под названием сублимация — это способ направить внутреннее напряжение (например, тревогу, гнев или одиночество) в социально приемлемую форму.
Играть, притворяться, становиться кем-то другим — иногда это единственный способ не сломаться.
Люди могут быть недовольны своим текущим положением и хотят получить удовольствие от жизни в своих фантазиях, которые вырываются в реальность. Это может быть и просто игра, и форма терапии. Положительным моментом игры является то, что это способ справиться с эмоциональными перегрузками и стрессом. Особенно когда не хватает слов, чтобы объяснить, что внутри болит.
В моей практике был случай с подростком
Он начал носить хвост и уши волка в школу. Родители были в панике, думали, что он "сошёл с ума", а в реальности оказалось, что это был его способ выжить: в новом классе его травили, и он искал хоть какой-то способ почувствовать силу.
Волк — символ независимости. Через игру он вернул себе ощущение контроля и важности. Когда мы начали терапию, он постепенно перестал нуждаться в маске — потому что появился кто-то, кто видел и принимал настоящего.
Конечно, самая популярная причина ухода в такие образы — это звенящее одиночество. Особенно в большом городе, где легко раствориться в толпе, но трудно почувствовать, что ты кому-то по-настоящему нужен.
Больше всего страдают от одиночества и эмоциональной перегрузки первокурсники, которые пришли в новый коллектив, изучают новые предметы, осваивают всё с нуля. У них нет опоры, и роль «кошечки» или «волка» становится своеобразной бронёй. Возвращение в игру даёт возможность снять эмоциональное напряжение и почувствовать: "Я что-то значу, хотя бы здесь".
Териантропы: сигнал о потребности в любви
Териантропы — это следующий уровень идентификации себя с животным, и это однозначно сигнал родителям обратить внимание на проблемы своего ребёнка. Это уже не просто игра — это дом, где тепло и нет критики. Это способ быть, не оправдываясь, не стараясь соответствовать.
Териантропия для подростков становится убежищем, где они находят понимание и не встречают осуждения. Это следующий уровень защиты психики человека — когда повседневная реальность становится слишком агрессивной, и хочется спрятаться. Быть кошкой проще: не нужно сдавать экзамены, не нужно быть “успешным”, достаточно просто лежать на солнце.
Териантропы идентифицируют себя с животными, и причина кроется в том, что многие домашние животные гораздо более любимы, чем дети. От собаки хотят, чтобы она была ласковой, не гадила дома — и всё. И за это её любят, обнимают, берут с собой. А ребёнку нужно “соответствовать” каждый день: уроки сделал? пятёрку получил? почему не так одет?
Глядя на то, что собака или кошка получает безусловную любовь, у ребёнка возникает желание тоже получить это внимание и стать более ценным. Чтобы хотя бы прекратили ругать и обняли. Чтобы просто любили — не за успех, а за то, что он есть.
Под костюмом милой кошечки в большинстве случаев скрывается эмоционально травмированный ребёнок, который живёт, не чувствуя поддержки со стороны родителей. И в этом контексте, возможно, главный вопрос, который стоит задать себе как взрослому — не “Что ты надел?”, а “Как ты себя чувствуешь, когда ты в этом костюме?”
Эти костюмы — просто красный флаг, который сигнализирует о том, что у ребёнка проблемы дома. Любая субкультура опирается на то, что члены сообщества поддерживают друг друга и принимают со всеми плюсами и минусами, не осуждая. Там, где дома не хватает безопасности, подросток будет искать её на улице, в игре, в других формах жизни.
Сталкеризм: когда контакт превращается в навязчивость
Сталкеризм — это ещё один из признаков нашего времени. Сталкеры — это люди, которые стремятся быть рядом постоянно, преследуют свою жертву и ищут повод оказаться рядом. Вроде бы не преступление, но по ощущениям — как если бы кто-то постоянно дышал тебе в затылок.
В России сталкеризм пока не является преступлением с юридической точки зрения. Однако сталкеры в ряде случаев представляют реальную угрозу для своей жертвы. Они могут быть «невидимыми» — писать каждый день, ждать у подъезда, “случайно” оказываться в тех же местах. Это психологическое давление, от которого сложно отгородиться.
С психологической точки зрения сталкерами становятся люди по ряду причин. Часто — это серьёзные внутренние проблемы: шизофрения, биполярное расстройство, нарциссическое расстройство личности. Но также это может быть и “простой” страх одиночества, неумение справляться с отказом, болезненная зависимость от другого.
Каждое взаимодействие со сталкером эмоционально подтачивает жертву. Жертвы становятся тревожными, замкнутыми, начинают сомневаться в себе. Им кажется, что они сами “дали повод”. Но правда в том, что границы были нарушены. И они имеют право на безопасность.
По статистике сталкер отстаёт от своей жертвы через 25 месяцев. Это почти два года. Два года тревоги, страха, ощущения, что ты под прицелом. Такой длительный период сложно выдержать в одиночестве. Поэтому первое, что необходимо сделать жертве преследователя — запастись помощниками. Люди рядом могут стать щитом — не только физическим, но и эмоциональным.
После избавления от сталкера будет правильно обратиться за психотерапией, чтобы минимизировать последствия, восстановить границы, вернуть себе ощущение контроля. Иногда достаточно 2–3 сессий, чтобы выстроить стратегию, почувствовать почву под ногами.
Что делать взрослым?
Влияние субкультур и увлечений на психику детей многогранно: может иметь положительные и отрицательные стороны. Родителям важно не спешить с выводами и не идти по пути запретов. За каждым проявлением стоит что-то важное. Часто — боль. Иногда — надежда. И почти всегда — потребность в любви.
Люди — это сложные механизмы, и психика — это нечто большее, чем просто набор программ. Она живая, текучая, адаптивная. Особенно в подростковом возрасте.
Поэтому, если вы вдруг замечаете, что ваш ребёнок надевает хвост, скачет по двору или начинает подражать животным — остановитесь не для того, чтобы осудить, а чтобы прислушаться. Возможно, он просто говорит вам на том языке, который сейчас ему доступен: «Заметь меня. Полюби. Будь рядом».
Берегите себя и родных. А если не справляетесь сами — не стесняйтесь просить помощи. Психотерапия — это не “для сломанных”. Это пространство, где можно снова стать собой.
По вопросам консультаций: https://t.me/samburskiy_office
По вопросам сотрудничества: yes(А)samburskiy.com
Рабочая страница: https://samburskiy.com/
***
ВК — https://vk.com/samburskiy_blog
Телеграм — https://t.me/helpward
Дзен – https://dzen.ru/samburskiy