Загадочный пассажир / Поезд / Pociąg. Польша, 1959. Режиссер Ежи Кавалерович. Сценаристы: Ежи Кавалерович, Ежи Лютовски. Актеры: Люцина Винницка, Леон Немчик, Збигнев Цибульски и др. Прокат в СССР – с 18 июля 1966: 9,8 млн. зрителей за первый год демонстрации. Прокат в Польше: 2,0 млн. зрителей.
В советском прокате 1960-х фильмы Ежи Кавалеровича (1922-2007) занимали особое место: почти все его работы, поставленные им до 1966 года, благополучно были закуплены и показаны. Особый успех у советских зрителей имела его цветная историческая драма «Фараон».
Начиная с 1966 года, только одна новая лента Ежи Кавалеровича попала в советский прокат. Причину этого можно, наверное, найти в том, что «у Кавалеровича есть особенность – каждый его новый фильм словно зачеркивает всё, что было достигнуто в предыдущем. Он всегда в поиске, и потому каждый его фильм можно назвать экспериментальным» (Соболев, 1967: 15).
И если его эксперименты 1950-х – первой половины 1960-х годов находились в рамках, дозволенных советской цензурой, то откровенно постмодернистские «Игра» (Польша, 1966) и «Магдалина» (Италия-Югославия, 1970) уже никак не вписывались в эстетику соцреализма, а «Смерть президента» (1977) и «Аустерия» (1982), скорее всего, показались цензорам слишком политизированными. По сложившейся инерции никто, конечно, не запрещал советским киноведам называть Ежи Кавалеровича классиком польского экрана, но о том, что он снимал с 1966 по 1989 год, читателям одной шестой части света было почти неизвестно…
Драма Ежи Кавалеровича «Поезд», вышедшая в советский кинопрокат под «завлекательным» названием «Загадочный пассажир», считается одной из вершин его творчества.
И рецензии в советской кинопрессе на этот фильм были, как правило, восторженными.
Так киновед Валентина Колодяжная (1911-2003) писала, что «Поезд» с беспрецедентной глубиной и тонкостью показал на современном материале жизни затаенные, изменчивые внутренние переживания человека. … В «Поезде» Кавалерович ставит этические проблемы, исследует эмоциональную жизнь современника. Отражение в искусстве человеческих чувств приобретало на рубеже 60-х годов большое значение, поскольку в социалистическом обществе усиливался интерес к гармонии духовной жизни человека. Кроме того, «Поезд» открывал полемику с модными западными картинами, которые исследовали сложный внутренний мир героев ради того, чтобы доказать, что человек порочен по своей биологической природе или в лучшем случае обречен на духовную летаргию.
Кавалерович видит духовную неустроенность своих героев, но он верит в их добрые свойства и в то, что счастье достижимо. Определяя тему этого фильма, Кавалерович писал, что он посвящен вопросам «эмоционального голода», романтическим порывам и «потребности в ласке, в любви». А это требовало исследования потаенных уголков чувств и мыслей, изображения изменчивых и мимолетных настроений. Трудность этого фильма для актеров была в том, что за незначительными словами скрываются большие чувства, что слова героев зачастую противоречат их подлинному душевному состоянию.
Винницкая создала в «Поезде» свой лучший образ. Актриса отлично раскрыла богатый духовный мир Марты и в то же время показала, что несчастливая любовь привела ее к эгоцентрической поглощенности своими чувствами и мыслями. Очень тонко Винницкая объясняет, что толчком к необходимым для нее контактам с людьми послужило потрясшее ее жестокое преследование убийцы. А затем в случайном попутчике она находит понимание и сочувствие. И эта встреча, у которой нет продолжения, приносит ей душевное выздоровление.
«Поезд» поставлен с большим мастерством. Внешне статичное, а по существу динамичное внутреннее действие отлично сочетается с динамичным фоном. Благодаря тому, что герои изолированы в поезде от своих обычных житейских связей, их переживания, даже самые «неуловимые», возможно рассмотреть, по выражению Кавалеровича, «под микроскопом» (Колодяжная, 1974: 59-61).
Столь же высоко оценил «Поезд» и киновед Ромил Соболев (1926-1991):
«Наиболее интересным с точки зрения поэтического кино является, бесспорно, «Поезд» Кавалеровича - фильм поразительного мастерства и тонкого лиризма. Это фильм… Его действие ограничено спальным вагоном поезда, идущего из Лодзи к морю. Время действия уложено в пределы одной ночи. Здесь есть и "занимательная" сюжетная линия - разоблачение и поимка убийцы. Но суть не в этом нарочитом детективном элементе. Суть фильма - в исследовании духовного мира людей, которых мы повседневно встречаем на улицах и даже не замечаем; в показе того, как люди, случайно встретившись, вступают в сложные взаимоотношения, ищут друг у друга поддержки, как мгновенно рождаются симпатии и антипатии.
В фильме много действующих лиц, пассажиров вагона, и каждого из них режиссер "раскрывает" с помощью одной - двух типичных черточек. Мы безошибочно узнаем характеры, социальное положение и даже прошлое этих людей. Но главное внимание автора отдано Марте (Л. Винницка) и врачу (Л. Немчик), двум против воли сведенным в одном купе и потому сначала неприязненно отнесшимся друг к другу людям. У каждого из них свои неприятности, и каждый отчужденно прячет свое неблагополучие в душе. …
«Поезд» по праву можно назвать одним из лучших фильмов в польском кино, однако его своеобразие не было должным образом оценено, и по его адресу даже раздались обвинения в экзистенциализме. На самом деле «Поезд», как не трудно заметить, является как раз преодолением концепции одиночества, питавшей предыдущий фильм Кавалеровича – «Настоящий конец великой войны» («Этого нельзя забыть»), а его утверждение мысли об общности и готовности людей прийти на помощь друг другу прямо враждебно экзистенциальным взглядам на человеческую природу» (Соболев, 1967).
Но, как известно, из каждого правила есть исключения. И знаток польского киноискусства, киновед Янина Маркулан (1920-1978), признавая достоинства «Поезда», все-таки в своем анализе фильма была не столь позитивной, как ее коллеги:
«Поезд» вышел в 1959 году, в период расцвета военной темы в польской школе. Почти все фильмы этих лет были связаны с «народной драмой». Кавалерович будто бросает вызов «военной трагедии» и строит свою драму «жажды чувств» вне всяких влияний и опосредствований. Он замыкает ее в коробку поезда, изолирует в одном купе…
Герои «Поезда» могут иметь любую национальность, их чувства, ситуация не определены временем и местом. Правда, делая космополитами основных героев, Кавалерович скупо, но точно и конкретно рисует характеры второпланные. …
Но вся ситуация и, главное, климат, атмосфера картины скорее западного, чем польского происхождения. Невозможность людей пробиться друг к другу, пресловутая некоммуникативность, воспетые Годаром, Антониони и многими другими, здесь выглядят несколько условными категориями.
Рождается вопрос: а почему, собственно, такая обреченность на вечное одиночество, почему только иллюзия счастья, а не само счастье? Изящная, умная, красивая Марта — какими силами обречена она на «неутоленность чувств»? Она сама пытается объяснить это, когда говорит о покинутом ею парне: «Он смотрелся в меня, как в зеркало... трудно найти того, кто любит... каждый ищет себя в другом».
Значит, причина ее одиночества в эгоизме других, в их эмоциональной бедности и душевной слепоте. Если принять такую позицию (а Кавалерович дает много оснований для этого), то возникает в картине общественная тема, наполненная позитивным содержанием, резко отличная от выводов множества западных фильмов. Одиночество — не неизлечимая болезнь. Сделайте усилие, проявите добрую волю к пониманию друг друга, и одиночество рухнет. Любовь тоже не иллюзия, но не все умеют любить, и этот талант надо воспитывать в людях. Жажда романтики, приключения, острого переживания естественна для человека. И об этом нужно помнить. Недостаточно дать людям хлеб, одежду, жилье, работу, идею, необходимо помнить и о мире его эмоций, об утолении голода чувств. Мало воспитывать сознание, может, стоит иногда заглянуть и в подсознание. …
Фильм Кавалеровича — интересное и серьезное психологическое исследование, смелая экспедиция в мир человеческих чувств, в сферу глубинных течений психики. Мастерство режиссера, виртуозность оператора Яна Лясковского, совершенство актерской игры (особенно Люцины Винницкой) достигают здесь полного художественного единства, не так часто встречаемого в искусстве! Купе, узкие проходы вагонных коридоров, тамбуры становятся богатыми и разнообразными площадками действия, а диалог, поза актера, жест, мимика, отражение в стекле, взгляд приобретают значение инструмента в симфоническом оркестре, играющем сложную полифоническую музыку. Есть здесь еще одна краска, без которой фильм стал бы беднее — ирония, юмор, легкая усмешка.
И, несмотря на все, «Поезд» лишь великолепный этюд. Бедность драматургии нельзя преодолеть ничем, и все титанические усилия режиссера и его помощников разбивались о пустоты сценария, его эскизность, а подчас и банальность. Но зачеркивать «Поезд» нельзя, он объективно содержит в себе ценности, о которых речь шла выше» (Маркулан, 1967: 193-195).
Зрители XXI века до сих пор очень тепло отзываются об этой выдающейся работе Ежи Кавалеровича:
«Великий и простой фильм о слабостях, которые делают человека человеком, и о слабостях, которые делают человека мерзостью. Наблюдения и конструкции равно беспощадны и наполнены любовью» (Влас).
«Игра актёров великолепна! Одними взглядами передаётся море эмоций. Очень понравилась операторская работа. Музыка великолепна. Женский вокализ за кадром на протяжении всего фильма подчеркивает загадочность ситуации. Фильм -кинематографический шедевр» (В. Беляева).
«Хороший фильм всегда тайна. И этот "Поезд" тоже бесконечная тайна, которую так увлекательно разгадывать и до конца так и не разгадаешь. С детства помню впечатление от дивного джазового вокализа. … Недавно пересмотрела этот фильм Кавалеровича! Шедевр супершедевральный на все времена! Какие характеры, судьбы, и так всё почти акварельно, как бы вскользь. Кроме сцены массового преследования преступника. Это сильнейшая метафора массового помешательства, тупого озверения общества! Зародыш фашизма кроется во взвинченной нужными и правильными лозунгами толпе, когда отключается разум и буйствуют лишь инстинкты!» (Н. Петрова).