#время_историй
Из десяти тысяч юрт своего племени выбрала Барчин десять джигитов-гонцов, дала им свое послание Алпамышу и проводила их в путь, сказав такие слова:
"Полная луна сиянье льет вокруг.
Лучник в бой берет свой самый лучший лук…
Чужедальний край - земля горчайших мук.
Выручить Барчин придет далекий друг…
Я желаю вам в пути не ведать бед,
Родине прошу мой передать привет,
Коккамышским водам, всем родным местам,
Нашему народу, что остался там…
По пути к родной Байсунской стороне
День и ночь скакать вы обещайте мне.
Всем большим и малым, всей моей родне
Скажете, как тяжко на чужбине мне,
Дяде-бию эту сообщите весть:
Стать мне калмыку женой угроза есть, -
Не хочу в плену безвременно отцвесть!
Плачет мать моя - ей утешенья нет,
У отца в очах померк от горя свет,
Да простятся мне ошибки юных лет!..
Мчитесь же, мои послы, в родной Конграт,
Выручить меня народ мой будет рад, -
Там друзья мои, сестра моя и брат".
От Барчин письмо захватив,
На коней горячих вскочив,
Густо пыль дороги всклубив,
Скакунов своих горяча,
Их сплеча камчами хлеща,
Гикая на них и крича,
Десятеро тех смельчаков
Едут из страны калмыков.
Скачут их тулпары, фырча,
Радуя сердца седоков,
Держат путь джигиты в Конграт.
Рвением посольским горят,
Скачут дни и ночи подряд, -
Так между собой говорят:
"Надо, - говорят, - поспешить!
Головы хотя бы сложить,
Службу Ай-Барчин сослужить!"
У кого за близких печаль,
Близкою становится даль…
В край Конгратский скачут послы, -
А пути в Конграт тяжелы…
Девяносто высится гор, -
Перевалы - небу в упор.
Многие уже позади,
Много еще есть впереди,
Горы-великаны пройди,
Все пески-барханы пройди,
Край конгратского хана найди!
Стало не под силу коням.
Счет ночам потерян и дням,
Держат путь гонцы, говоря:
"Время ли для отдыха нам?
В срок нам не поспеть, - говорят, -
Пропадет бедняжка Барчин!
За нее ль болеть? - говорят. -
Иль коней жалеть? - говорят. -
Будем же и впредь, - говорят, -
День и ночь лететь! - говорят. -
Родину и родичей нам
Надо посмотреть, - говорят, -
Бека не видавши лица,
Шаха не видавши, отца,
От Барчин не сдав письмеца,
Как мы ей в глаза поглядим?..
Слезы Барчин-гуль горячи, -
Если мы помочь ей хотим,
Значит, дни и ночи скачи,
Только помощь в срок получи!.."
Не щадя коней скаковых,
Снова хлещут плетками их,
Скачут дальше, мчатся, как вихрь,
Десять байбачей верховых.
Так они держали свой путь…
За Барчин душою скорбя,
Скачут - пыль клубами клубя, -
Надо доскакать как-нибудь!
В седлах им сидеть все трудней,
На исходе силы коней.
Где страна их цели - Конграт?
Ничего не слышно о ней!
Путь гонцы держали к ней так.
Ехали дорогой Алатаг,
Глянули - под ними Конграт.
Вот она, земля их отцов!
Радость обуяла гонцов:
В девяносто дней, посмотри,
Прибыли в страну Байбури!
За девяносто дней и ночей шестимесячный путь проскакав, отощали кони их - поджарыми стали, подобно лисицам степным.
Подъехали гонцы к дому Байбури, - с коней не слезая, "садам" сказали. Байбури подумал: "Кто такие невежи эти?".
Извлекли гонцы спрятанное послание Барчин, вручили его старому бию. Байбури, приняв письмо племянницы своей, приказал махрамам снять каждого гонца с коня, всякие почести оказать им, заботливо прислуживать им, богатое угощение подать.
Послание же, гонцами привезенное, спрятал Байбури в ларец, слова никому о нем не сказав.
Пробыли гонцы в гостях у него целых двадцать дней, почет им все время оказывался, хорошо все время поили-кормили их, только со двора гостьевого никуда не выпускали их и к ним никого не допускали, кроме приставленных слуг.
Стали гонцы в обратный путь собираться, - одарил их Байбури золотом, доброго пути пожелал им - и такое слово сказал:
"Слушайте, гонцы, о чем я вопию!
Сына, что принес мне свет в юрту мою,
Посылать не стану ради Барчин-ай
В дальний тот, чужой, недружелюбный край,
Чтоб из-за Барчин во вражеском краю
Голову сложил в неравном он бою.
Он, как вам известно, у меня один, -
Не пошлю я сына ради Ай-Барчин!..
На майдане скачет конь коню в обгон,
Обогнавший всех - попоной награжден.
Хватит Алпамышу и в Конграте жен!
Слушайте, гонцы, вам надо уезжать.
Хоть и не хочу вас этим обижать, -
Языки прошу на привязи держать,
Чтобы Алпамыш, храни аллах его,
Знать о вас не знал, не слышал ничего!
Ночью уезжайте с места моего,
И никто чтоб вас не слышал, не видал,
Алпамышу бы о вас не наболтал,
Чтобы он в поход коня не оседлал, -
Враг не ликовал бы, друг бы не рыдал, -
Чтобы хан конгратский жертвою не стал!
О невесте спорной сын мой не мечтал.
Ну, гонцы, в дорогу! Я ответ вам дал!
Если же о вас дойдет до сына весть,
Я вас догоню и окажу вам честь:
У меня в Конграте виселицы есть!
Помните, гонцы, я вас предупреждал!"
