Наверно, главные характеристики мира для меня сейчас – это бесконечность и разнообразие, а конечность и однообразие лишь моменты, в основном, моего прошлого. Интереснейшее разнообразие без конца и начала, а постылость беличьего колеса повседневности, «день сурка», матричное дежавю - лишь моменты бесконечного серо-бурого подмножества бесконечного разноцветного множества. Разнообразия данного, сотворённого и творимого.
Отдельное подмножество – это унылая тягомотина последних дней террариума экспериментальной серии «Вселенная 25», либо Веретена из книги «Нейромант» Уильяма Гибсона, или это предрассветный «Час Быка» И.А. Ефремова? Иная антиутопия или их синтез? Если погружаться в исследование подобной стороны современности, то стоит помнить, что обычно в этих сценариях есть запрет на создание утопий, воодушевляющих идеалов, стремление к которым вводит нас в реальность наилучших чувств и состояний. Некоторые познания позволяют преодолеть это табу, особенно если надоел «апокалипсис».
Мир