У Гали муж Саня про свою зарплату перестал рассказывать. Прямо вот уж второй год про размер не признается. И не понимает Галя - сколько Саня получает той зарплаты на карточку. Иногда и поругаются даже на этот счет.
- А нечего чужие деньги считать, - Саня ругается, - нечего алчной такой быть. И даже пословица имеется про чужой каравай. Для таких женщин пословицу выдумали!
- А чего каравай-то чужой, - Галя обижалась, - может, и я тогда тебе уже чужая? И пятилетие нашей совместной жизни - одна роковая ошибка? Чего с чужой теткой живешь? Нашел бы другую какую, которой про деньги не сильно интересно знать.
- А ты свои деньги считай, - муж на такое отвечает, - а в мой карман носа не суй. Я семью вполне содержу. И дитя наше Антошу, и тебе крышу дал с питанием. Не нуждаетесь, чай. А коли тебе все про зарплату рассказывать, то и по миру пойдем. Голоштанные.
И прячет карточку свою подальше.
А Гале на такое нечего особенно возразить - и крыша, и питание, и Антоша - это все, конечно, в семье имеется. Но размер зарплаты-то Галя не знает. И как-то ее грызет данный факт изнутри, как-то портит хорошее настроение. И Саня будто врагом ей даже порой видится.
- В нормальных семьях, - к совести мужа она призывает, - у людей все общественное. И тайн никаких друг от дружки не водится. Нет там слов “мое” или “твое”. А есть одно лишь слово - “наше”. Я свою зарплату полностью на нужды семейные трачу. И размер ее не скрываю. Приношу свои сорок тыщ. И движение каждой копейки не утаиваю: вот это на “булавки” ушло, а вот это на Антошин кружок. На остатки родне подарки взяла. А ты вон какой жук стал. Небось, сумасшедшие деньги заколачиваешь. И от семьи скрываешь. У, жук какой.
У самой Гали, в семье родительской, все иначе складывалось. Приносил отец получку - и всю ее жене отдавал. Прямо до копейки. На папиросы и обеды только просил с получки. Отдал и забыл себе. И дальше работает спокойно. Голову не забивает всякими деньгами.
И у сестры Оли такая же ситуация. Принесет супруг, молодожен, зарплату - и сразу всю ее отдает с удовольствием. И премию неожиданную не скроет. И на обеды даже никогда не выпрашивает. А Оля уже на свое усмотрение деньгами всеми распоряжается. И ежели распорядится неправильно, ежели потратит все до копеечки на какую-либо глупость - сапожки, к примеру, из дикого кабана приобретет, то и ничего страшного. “Заработаем, - муж Олин хохочет, - еще. Один раз живем. И отказывать женщине в сапожках из кабана грешно”.
А Оля-то сама даже и не работает. Бездельничает в своих сапожках радостно.
А Галя, быть может, тоже такие сапожки себе позволить может. Может, даже и получше еще. Но доход супруг не показывает. Вот и сиди, гадай - может Галя такое позволить себе или нет.
И даже у подруги Риты ситуация прекрасная. Та зарплату и бывшего супруга отлично знает. А про нынешнего и говорить нечего. Она у супруга бухгалтером трудится потому что. Очень удобно у Риты в жизни все сложилось. И правильно она из рабочего коллектива только мужей себе подбирает. И все они как на ладони.
Иногда так уж Гале печально сделается, что и пожалуется она Рите.
- Он, - про муж Галя рассказывает, - какой-то призрачный гонщик. Не поймаешь его доходы категорически. Про свою работу ничего мне не рассказывает подробно. Изредка лишь сообщение в телефоне про зачисление аванса поймаю. Но полной-то картины все равно не складывается. У него еще и подработка имеется. Как тут отследить? Может, мы богаты как Крезы? А он не признается. И я в тратах вечно ужатая. Живем средненько. С гречи на курицу перебиваемся. А могли, быть может, шиковать. И квартиру побольше приобрести, и Антошу из госсадика в частный отправить. И на курорте приличном побывать уже раз двести. И сапоги кабаньи взять. Хоть десять пар. А он скрывает. Молчит рыбиной жадной. Прямо обидно до глубины души.
- Разводись категорически, - Рита советует, - коли имеет от тебя секреты Саня, то и пусть один живет. Без жены и наследника. Подашь на алименты. Тут-то его доход и раскроется. Все лучше, чем ужатой сидеть. Коли прячет сумму, не обнародует ее, то явно имеется подвох. Может, на любовницу все спускает. Или копит на личные прихоти. Я так бывшего своего словила. Не сошелся у меня по нему приход и расход. И любовница тут как миленькая всплыла. Но в любом случае, ситуация не сильно здоровая. Разводись, Гала. Доверия меж вами нет, и мучиться ни к чему тебе далее. А с возрастом люди лишь жаднее делаются. Подрастет Антоша - так он и вовсе тебя на хлеб и воду посадит.
А Галя совет слушает и все больше ему последовать склоняется. А как без доверия жить в семье можно? И у женщин окружающих совсем иное положение. И доверие там, и оклады не прячутся, и любовниц не всплывает. И пусть Саня этот в одиночестве с зарплатой своей сидит.