Расскажи мне, моряк, о спящей под снегом пустынной равнине (ей снится весна, нива, капель, обвитый солнцем апрель).
Расскажи о высокой печальной калине, растущей у дома с резным крыльцом (там ждет тебя дева - руса коса, с румяным лицом, вечерами плачет голубыми глазами).
Они - твой маяк, среди рифов, прикрытых волнами. Среди красок заморских, слов, въевшихся в кровь, на наречье чужом. Слов не сходящих с твоего языка.
Но в душе...
Ты стоишь у одетого в иней окна, на плече той, что ждет, держишь руку, смотришь в осколки неба, не агата..
Я развею, моряк, твою мрачную скуку.
Моё тепло - твоя плата.
Шелком, золотом, серебром. Ты вернешься к той странной грёзе потом. А пока...
Мои волосы чёрны, красно кимоно. Заварю тебе чай, самовара нет, не серчай, но есть хокку и танка. Есть наш маленький бумажный дом, сад-камней - он хранит моё сердце-мрамор. Ручьи безо льда. За дверью нашей - целый многоголосый мир, не зима. Ты видел его своими глазами от Нагасаки до Ганга, лично пересекал экватор.
Так к чему ты тоскуешь моряк?
Она - сон. Твоя жена - я, пока порт охраняет покой корабля. Ты - мой самурай, муж, император. Ляг на футон. Забудь про калину и русые косы.
... Среди сакур о них пусть вздыхают матросы.
