Часть 4. 1932 год. Тяжелый год для Гусельщикова И.А.
В 1932 г. Иван Алексеевич, работал бригадиром 1-ой бригады в
своем колхозе. В семье у него было уже 4 детей: Марфа 1926-2008 г.г,
Володя 1927-2007 г.г., Николай 1929 г. (недавно отпраздновал 94-летие),
был Петр (год рождения неизвестно, умер в апреле либо в мае 1932 г.).
26 марта 1932 г. пришли в дом к Ивану Ал. сотрудники НКВД, произвели
обыск. В ходе обыска забрали шашку, привезенную Иваном А. с
Гражданской войны, и арестовали. В тот же день в разных деревнях
арестовали еще 9 человек: Кошатников Ефим Григорьевич, 1892 г.,
Горбунов Матвей Аркадьевич, 1875 г., Горбунов Григорий Михайлович,
1862 г. (его в силу возраста потом отпустили под подписку о невыезде),
Бельский Петр Сергеевич, 1876 г., бывший священнослужитель, (вместе
с Иваном Ал. они все были с одной деревни, сейчас улица Октябрьская),
Законов Степан Александрович, 1866 г., Эзенкин Петр Васильевич,
(Законов и Эзенкин были с соседней деревни, сейчас улица Советская),
Сядайкин Яков Иванович (был из д. Питеркино), Макаров
Дмитрий Кириллович, Балдашников Константин Иванович, данные
анкет на Макарова и Балдашникова мной не переписаны. У всех к ордеру
на арест и обыск прилагался протокол обыска. Ордер на арест и обыск по
размеру был в четвертинку современного листа. В протоколе обыска у Ивана
Ал. было записано, что он был середняком, имел лошадь, металлический
однолемешный плуг, и у него обнаружена бумажка, на которой были 2 адреса
с московской пропиской (это были адреса К.Е. Ворошилова).
Всех арестованных отвезли в Ядринскую тюрьму. Все 10 арестован-
ных были разными людьми, не состояли в родственных связях, кроме
Горбуновых. Одна часть была членами колхоза, другая часть была
единоличниками. Жили в разных деревнях. Но они все были лишен-
цами, т.е. это были граждане, лишенные избирательных прав.
Жена Ивана Ал. несколько раз запрягала лошадь и ездила через лес,
который был до самого поселка Ямоза, потом переправлялась на паро-
ме через реку Сура и передавала мужу передачи. Так и узнал Иван Ал.
о смерти сына.
Само уголовное дело на Законова С.А. и других лиц расследовалось, им
всем до 8 апреля 1932 г. предъявили обвинения по ст.ст. 58-10, 58-11 УК
РСФСР. В те далекие года эти статьи называли делом «за разговоры».
Далее, постановлением Особого отделения ЧООГПУ от 27 мая 1932
года уголовное дело в отношении Гусельщикова Ивана Алексеевича
было прекращено, мера содержания - под стражей отменена, и он
был из-под стражи освобожден.
Об этом мне была выдана справка из Управления ФСБ РФ по ЧР 6.6.2001г.
Остальные лица, проходящие по этому делу, были осуждены спецтрой-
кой, 1 получил условный срок, а 8 человек были осуждены на срок от
полутора до 3 лет. В 1990 годах все 10 человек были реабилитированы
Верховным Судом Чувашской Республики, т.е. признаны невиновными
по уголовному делу.
По справке о реабилитации, выданной Прокуратурой Чувашской Респуб-
лики, дети Ивана Алексеевича, проживавшие с ним на момент его
ареста, с 2001-2002 г. получали (получает сейчас Гусельщиков Николай
Иванович) от государства небольшую компенсацию, как пострадавшие
от политических репрессий.
Я сам ознакомился с эти делом в ФСБ в 2000 г., и никаких документов,
подтверждающих о виновности этих людей в уголовном деле не видел.
Была одна записка на оторванном листке, на которой непонятно кем-то
несколько раз было записано, что обвиняемые вели разговоры о колхо-
зах, и сравнивали жизнь в колхозе с предыдущими годами.
Что повлияло на прекращение уголовного дела на Гусельщикова
Ивана Алексеевича сейчас сказать трудно, т.к. в те времена НКВД редко
освобождало арестованных. Мое мнение, была проведена проверка за-
писанных на бумаге московских адресов, и после выяснения, что эти
адреса принадлежат Ворошилову К.Е., одному из руководителей страны,
было принято решение о прекращении дела на Гусельщикова И.А.
При освобождении Ивану Ал. шашку не вернули, тем более, в прото-
коле обыска об изъятии шашки не было ни одного слова. Так и шла
жизнь Гусельщикова Ивана Алексеевича, то шла белая полоса, а потом
шла черная полоса.