Во время студенчества у меня была странная подработка. В местную художественную академию требовались модели. Сама я училась в педагогическом и даже не представляла, как работают скульпторы и художники. Были подозрения, что это совсем не легко и весело. Я оказалась права. Часами сидеть с затёкшими ногами и неудобно задранной головой — было. Лежать среди заплесневелых фруктов, пока студентка пытается повторить потерянную картину сумасшедшего художника — ставлю галочку. Дышать через трубочки с гипсовой маской на голове — и этим я занималась. Вот с последнего начались проблемы. Было что-то неприятное в ощущении гипса, застывающего на теле. В холодной мази, которой покрывали кожу. И в полной темноте, окружавшей меня. Я даже не могла слушать музыку или книгу: звуки не доносились через гипс и беруши. Сидеть, прислонившись к стене, считать удары собственного сердца, и ничего больше. Иногда меня касались руки студентов и преподавательницы, но от этого становилось только страшнее. Через десять, двадцать, тридцать минут — не знаю, часов-то не было — голова начинала кружиться. Я теряла себя, превращалась в что-то холодное и неподвижное. В статую. С художниками работать было легче. Даже сидя в неудобной позе, я могла украдкой изучать людей или слушать сплетни. Жалобы на преподавателей, волнение перед просмотрами или сессией, ничего необычного. И, конечно, студенческие легенды. Эти ребята с усталыми глазами и кожей, испачканной красками, они перешёптывались про закрытые кладовки с запрещёнными картинами. Или статуи, которые оживали по ночам и бродили по коридорам, умоляя о помощи. Странная история. Интересно, откуда тянулись её корни? Я перестала туда ходить после письма от преподавательницы по технике скульптуры. Её ребятам требовалась модель для слепка всего тела. Ничего страшного или опасного, уверяла она, просто нанести гипс и подождать, пока он застынет. Они обязательно вытащат меня из формы и отпустят домой. Я решила найти другую работу. Иногда я вожу младшие классы в музей при академии. Классика детям нравится, студенческие работы, к счастью, не очень. Наверное, мне стоит знакомить их и с современным искусством. Но я всё ещё не могу подойти к статуям. Мне кажется, внутри холодных и неподвижных скульптур кто-то есть. 2/366.
Одна из историй, которые я пишу каждый день - для творческой практики и создания контента.
Соцсети с моими текстами - если вам интересно.