Полная луна освещала всё вокруг, лейтенант Морозов уже в какой раз выругался в адрес ночного светила. Надо было бы подождать, но истекали последние сутки отведённые командованием на то, чтобы взять языка. Разведчики под его командованием почти неделю наблюдали за немецкой позицией. Знали распорядок смены часовых, знали, что за завалом у немцев скрытый пост, а особо важной информацией было то, что ночью, ровно в два часа, по траншее проходит офицер. Он доходил до её конца, потом возвращался. До появления немца оставалось чуть больше часа, а разведчикам ещё надо доползти до траншеи. Немцы не спали, непрерывно пуская осветительные ракеты. Лейтенант засёк интервал, между тем как потухнет предыдущая и взлетит новая ракета, был от силы три минуты. Мазуров и Лежнин уже десять минут как поползли в сторону скрытого поста, лучших мастеров тихо убрать часового Морозов не знал. За кустом хрустнула ветка, возвращающимся разведчикам досталось несколько ругательств командира.
- Управились, командир, - первым подполз Лежнин.
- Вы чего шумели?! Такой грохот стоял, что леший испугался!
- Виноват, командир, не увидел под листвой ветку.
- Вперёд, - скомандовал Морозов.
Только кажется, что три минуты это уйма времени. Разведчики успевали проползти от силы пару метров, а потом лицо в грязь и жди, когда потухнет ракета. До траншеи оставалось метров тридцать, ветер донёс запах табачного дыма. «Курят пока офицера нет! У нас за это под трибунал можно загреметь!» - подумал Морозов. Теперь нужно было быть особенно осторожными. Сами того не понимая, немецкие солдаты помогли русским разведчикам скрытно подобраться ещё ближе. Взлетая, ракета шипела, раздавался тихий треск, а это несколько секунд, которые разведчики использовали с пользой. Всё, один рывок и они в траншее. Перед операцией разведчики хорошо потренировались у себя в расположении. Посадив в окоп двух бойцов, наваливались на них, имитируя удары ножами. Они потом жаловались, что у них всё тело в синяках. Пшшш – взлетела ракета, не долетев до земли, она потухла. Вскочив, лейтенант бросился в траншею первым. Один немец курил, второй заряжал ракетницу. Луна высветила широко открытые глаза врага, уж чего-чего, а такого они не ожидали! Всё прошло быстро и тихо. Двое разведчиков, быстро сняв с немецких солдат шинели и каски, переоделись, остальные залегли за бруствером с немецкой стороны. В небо взлетела очередная ракета.
Лейтенант посмотрел на часы, вовремя успели, минут через пять появится офицер. Вот теперь время шло медленно, казалось, что одна минута тянулась, как пять. Послышались шаги, едва видимый свет фонарика освещал офицеру путь. Дойдя до переодетых разведчиков, офицер что-то у них спросил, в ответ Лежнин, в упор, выстрелил в него из ракетницы. Немец упал, закрыв голову руками, а дальше всё просто. Через минуту офицер был связан, а его рот заткнули кляпом. Кто-то из разведчиков выпустил в небо последнюю ракету, теперь домой.
Разведчики прошли через лесополосу, до спасительного оврага оставалось совсем ничего, когда в их сторону полетели пули. «На немецкую разведку напоролись!» - понял Морозов. Немцы сразу рассмотрели своего офицера среди русских бойцов. На его жизнь им было плевать, почти весь их огонь был сосредоточен на нём. Лейтенант Морозов поднялся, сбил с ног офицера, закрыв его собой, тут же две вражеские пули оставили свой след на его спине. Последнее, что он услышал было: «Командира ранило, уводите его!».
Почти месяц лейтенант пролежал в госпитале, молодцы ребята, вынесли тогда командира! После выписки имел желание вернуться в свой полк, в своё подразделение, но командование всё решило за него. К тому времени войска Красной армии с ожесточёнными боями освобождали один населённый пункт за другим. К концу октября 1944 года вышли на границу Венгрии. Предстояла крупная операция, а как без разведки? В полку полковника Сохова был сформирован дополнительный разведвзвод. Набирали туда бойцов, ранее служивших в разведке и только добровольцев, вот таким взводом и предстояло командовать лейтенанту Морозову.
Прибыв в расположение взвода, лейтенант, на первом же построении спросил:
- Может, кто-то передумал? Может, сгорел запал?
Из строя вышел один боец.
- Я больше года в разведке провоевал, два раза был ранен. Вызвался, а теперь понимаю, что боюсь. В атаку пойду, в рукопашную, но не в разведку.
- Иди в штаб, скажи, что это я тебя забраковал. Остальные как?
В ответ - молчание, это Морозова радовало.
Поздно вечером лейтенанта Морозова вызвал к себе комбат.
- Первостепенной задачей нашего полка является пробитие бреши в обороне врага. Даже ценой своей жизни мы должны обеспечить проход основных сил к реке Тисе. О расположении немцев мы знаем очень мало. При наступлении многие подразделения в азарте продвинулись гораздо дальше, чем предполагалось. Возникла неразбериха. Где наши, где немцы? Нужно это выяснить. На разведку трое суток, больше не получится. И вот ещё что, лейтенант! Ни при каких условиях вы не должны себя обнаружить. Враг не должен знать, да что знать, даже подумать, что у нас есть интерес к этому участку его обороны! Понятно?
- Так точно. Мы когда на своей территории были, то хоть местные помогали, а здесь в сроки не уложимся.
- Местные, говоришь? Будут тебе местные! Сержант, - крикнул комбат в сторону двери, - заводи.
В комнату вошли двое в гражданской одежде, у каждого немецкий автомат, по паре гранат.
- Это венгерские партизаны, пока мы не пришли, они здесь с немцами воевали. Ребята стреляные, местность знают. Вот тебе и помощники, - комбат был доволен собой.
- А как с ними разговаривать?
- Стефан - старший, по-русски понимает. Идите.
Лейтенант молчал, пока не прибыли во взвод.
- Давно в партизанах? – спросил он Стефана.
- Два года.
- А война уже четыре года идёт!
- Нас всем селом на нефтяном заводе заставляли работать, как только удалось сбежать, так сразу в партизаны ушёл.
- Товарища твоего как зовут?
- Михай. Он молодой совсем.
- У нас с немцами дети воевали, а это лоб здоровый, - возмутился старшина.
Стефан промолчал, ему нечего было сказать.
- Старшина, мы на три дня уходим, позаботься о припасах и вооружении.
- Уже, товарищ лейтенант, только про этих я не знал.
- На всех хватит. Сейчас отдыхать, выходим рано утром.
Солнце ещё было за горами, когда взвод лейтенанта Морозова вышел на задание.
- Скажи, лейтенант, а правду говорят, что мои соотечественники у вас плохое делали? – спросил Стефан, догнав Морозова.
- Правда.
- Сам видел?
- Видел.
Стефан сказал несколько слов на своём языке, и без перевода было понятно, что он ругается. Вышли к лесу, к Морозову подошёл Стефан:
- Я вас на гору выведу, оттуда хорошо всё видно, а потом по ручью пойдём.
- Сколько идти?
- Километров десять, может больше. Тут всё быстро меняется, можем и не пройти.
- Послушай, Стефан! Мы разведчики, мы должны пройти так далеко, насколько нам это надо. Вызвался помогать, так будь добр.
- Строгий ты, командир.
- На том наша армия держится. Думай, как пройти.
- Хорошо, я буду думать.
С горы, и правда, открывался отличный вид на окружающую местность. Лейтенант нанёс на карту всё, что смог увидеть.
- Веди к ручью, - приказал он Стефану.
Вода была холодная, ноги у разведчиков быстро замёрзли.
- Другого пути нет? – спросил Морозов у Стефана.
- Есть, но там будут немецкие посты.
- Веди дальше.
Уже темнело, когда бойцы вышли к каменному завалу.
- Нужно здесь ночевать, - сказал Стефан, - дальше идти опасно, в темноте плохо врага видно.
- Ты это Петрову скажи, - улыбнулся Морозов, - он в темноте как кошка видит. Петров, вторым в охранение заступаешь.
- Приказ понял, ложусь спать первым, - шуткой ответил разведчик.
Наскоро перекусив, разведчики устроились на отдых. Ночь прошла спокойно.
Утром Стефан вывел группу на очередной холм.
- Там, возле леса, пушки стоят, те, что против самолётов, - рассказывал он, - здесь аэродром был. Самолётов уже нет, а пушки остались.
- А дорога где, такая, чтобы танки, машины проехали?
- А она здесь одна, через аэродром идёт и к самой реке выходит. Только там давно никто не ездил, может, заросла.
- Ничего, наши танкисты новую сделают. Веди дальше.
Пообедав, разведчики вышли к немецким позициям.
- Они здесь давно. Глубокие траншеи, блиндажи. В кустах тоже пушки, но уже не для самолётов, видимо отсюда дорогу прикрывают.
- Сколько раз здесь ходил? – спросил Морозов.
- Много. Командир отряда отправлял, говорил, что мы всё должны знать.
- Хороший у тебя был командир! Живой?
- Нет. Погиб. Михай - сын его.
Михай всё время молчал, разведчики пытались с ним заговорить, но тот как будто не слышал их.
- А мать его где?
- Убили. Она трубу повредила, нефти много вылилось. Выдали её, немцы в той нефти и утопили.
Ближе к вечеру над головами разведчиков пролетели три немецких самолёта, а через несколько минут раздались взрывы бомб. Лейтенант решил отойти с намеченного маршрута, стало интересно, кого самолёты бомбили. Возле высокого холма, в лесу, разведчики разглядели несколько советских танков и пехоту. «Куда забрались! Теперь ждите наступления!». Вторая ночь прошла тоже тихо.
На очередной возвышенности, Стефан предложил задержаться.
- До реки километр остался, зачем дальше идти?
- А здесь что? – Морозов в бинокль разглядывал местность внизу.
- А здесь самая главная оборона. Там, - Стефан указал в сторону дороги, - танки, пушки, пехоты много. Везде, где можно проехать заминировано, мы ночью проверяли, мины есть. Слева тоже немцы, но их мало, выгнать можно, если ударить сильно.
- На самой реке что? Вот главный вопрос!
- Немцы мост там сделали, такой, воздушный…
- Понтонный?
- Наверное, я не знаю как это по-русски. Его охраняют, но если бой будет, взорвут.
- Откуда знаешь?
- Мой родственник там служит, разговаривали. Говорил, что они на тот берег убегут, как только Красная армия покажется.
- Пошли обратно.
Разведчики шли быстро, на ночёвки времени не было, делали лишь короткие остановки для отдыха. Возле леса, где видели свои танки, заметили «виллис», рядом с водителем сидел майор, сзади два автоматчика. «Эти-то куда прутся?!». Из леса по машине открыли огонь.
- Это же ваши, помочь надо! – крикнул Стефан.
- У меня приказ себя не обнаруживать! – ответил Морозов.
- У тебя есть приказ, а у меня - нет. Уходите!
Стефан что-то сказал Михаю, тот согласно кивнул головой.
- Стой, Стефан! Возьми.
Морозов снял со спины разведчика вещмешок с гранатами.
- Я за своих земляков оправдаться хочу! – Стефан кивнул, принимая гранаты.
- Удачи тебе!
Разведчики уходили знакомой дорогой, за их спинами шёл бой.
Уже вечером Морозов и комбат переносили выявленные разведчиками позиции немцев на карту комбата. Вошёл майор, из правого рукава его шинели на пол капала кровь.
- Вы кто? – спросил комбат.
- Майор Тоцкий, я из службы тыла корпуса. Приехал посчитать бойцов, зима скоро, одеть надо, а нас немцы атаковали. Моё охранение прикрывать осталось, там ещё двое гражданских было, не они, не уйти бы мне! – сбивчиво рассказал майор.
- Уйти?! Вы хотели сказать сбежать? Рано считать приехали, завтра наступление. Идите в санвзвод, мне Вам больше сказать нечего.
Утром лейтенант Морозов и его разведчики, провели две роты по тропе, которой их вёл Стефан. Удар для немцев был неожиданным, красноармейцы быстро заняли немецкие позиции, уничтожив расчёты немецких орудий, которые должны были прикрывать дорогу. Едва утихло, Морозов отправил людей к месту, где принял бой Стефан. Разведчики принесли четыре тела. Венгерских партизан похоронили в одной могиле с советскими бойцами.